262

Наталья Азимова

Затаившееся во времени. В двух временах

Том 1

  • Затаившееся во времени. В двух временах  | Наталья Азимова

    Наталья Азимова Затаившееся во времени. В двух временах

    Приобрести произведение напрямую у автора на Цифровой Витрине.

Аннотация

Третья книга серии "Затаившееся во времени". Том 1. Мир продолжает существовать и после открытия врат, но почему же так встревожены ангелы? Пока Лундес и Элестер борются за право возглавить стражей, Карнелий и Дагерти оказываются в будущем и становятся частью безумного магического расследования. Преступники, за которыми охотятся сыщики, жестоки, неуловимы и способны действовать сквозь время. Чтобы избежать новых жертв, детектив Мэй Квейт обращается за помощью к бывшему сыщику Тэасу Мойро. Он уже противостоял банде ранее и сумел выжить.


Читать бесплатно ознакомительный фрагмент книги

Затаившееся во времени. В двух временах

Глава 1

Ночь нескольких убийств

  
   Стрелка часов переползла на цифру двенадцать, и по комнате разнесся мягкий звон, оповещающий о наступлении нового часа. Было еще совсем темно. На первом этаже потрескивали в камине дрова. Сверху слышались неспешные шаги, и Рендел мрачно поднял взгляд, обхватив себя руками. Его лицо освещал свет, что лился из камина, у ног вилась белая пушистая кошка. Какое-то время эльф не двигался, затем все же поднял животное на руки и прижал к себе, однако взгляд его по-прежнему был мрачным. Он и подумать не мог, что окажется в подобной ситуации, и все, что ему оставалось, - надеяться, что тот раненый не умрет в его доме. Шаги тем временем продолжались, и это начинало действовать на нервы. Рендел опустился в бархатное кресло возле камина и, поглаживая кошку, прикрыл глаза.
   Заскрипели ступени, кто-то стал неспешно спускаться, старательно пригибая голову. Рендел приоткрыл глаза, но с места не сдвинулся. Как он и предполагал, врач сам зашел в гостиную и сообщил:
   - Зря ваши друзья так беспокоились. Он вовсе не умирал...
   - Они мне не друзья, - поспешил возразить Миротелло. - Один из них съемщик. Всего лишь снимает второй этаж моего дома, а женщину я не знаю. Так или иначе, спасибо и простите за беспокойство в столь поздний час.
   Врач откашлялся. Ему было лет восемьдесят, но он был магом, а для мага то был не такой уж и большой возраст. Густые усы даже не до конца поседели, кое-где виднелись рыжие волоски. На голове была та же картина, но волос не было видно из-за примятой невзрачной шляпы. Нет, врач был не из бедных, просто не страдал аккуратностью. Кто знает, где именно он хранил шляпу, в каких ящиках или углах.
   - Не хотите ли выпить чаю? - поинтересовался Рендел. - Ночь сегодня неспокойная, вновь убийство...
   Врач помрачнел и тихо сказал, придержав края шляпы, словно отгораживаясь от коридора, хотя там никого и не было:
   - Да. Я слышал. У меня от таких вещей мороз по коже. Поэтому, когда вы пришли, я вначале не хотел покидать дом, но вы сказали, что человек может умереть, и я принял решение. Говорят, банда убийц вернулась, но, насколько мне известно, на улицах Фо?ртона они прежде не орудовали.
   - Да, - выдавил из себя эльф. - В Рудре?те они тогда были. И все это... все это просто... - Он не мог подобрать слов, поэтому вскинул брови и провел рукой по лицу, лишь затем продолжив: - Страшно подумать, что будет дальше.
   - Сыскная служба разберется...
   - Да уже "разобрались" они тогда в столице. Этого беднягу в клубе прожгли насквозь.
   - Откуда вы знаете такие подробности? - тихо уточнил врач. Он даже побледнел.
   Рендел указал пальцем вверх и объяснил:
   - Человек, что снимает у меня второй этаж, кажется... маго-техник. И он был там, в клубе, и видел все своими глазами.
   - Маго-техник? - Врач тут же оглянулся на лестницу. - Великие, как и жертва.
   Рендел кивнул, а врач нахмурился, посильнее натянул на голову шляпу и поспешил сообщить:
   - Спасибо за предложение, но я не останусь в этом доме. И вам не советую.
   Он вышел в коридор и резко распахнул дверь. Снаружи дунул легкий ночной ветер, и кошка, спрыгнув с рук Рендела, неспешно направившись к двери.
   - Закройте дверь! - поднявшись на ноги, крикнул Миротелло вслед врачу. - Закройте дверь, не выпускайте кошку! - повторил он, но дверь так и осталась раскрытой. Она немного покачивалась, тихонько поскрипывая. Кошка устремилась наружу, и эльф поспешил вслед за ней, заподозрив неладное.
   - Вейс! Стой! - крикнул он и прыгнул вперед, но кошка ловко выскользнула из его рук и помчалась по каменной дороге. Рендел остановился на пороге и напряженно убрал с лица светлые пряди. - Эй! - Он спустился по ступеням и немного пробежал вперед, туда, где ожидал врача кучер. - Где человек, которого вы ждете? - обратился он к извозчику.
   Тот задремал, голос Рендела разбудил его. Он вздрогнул и не сразу понял, что от него хотят. Эльф сдержанно повторил вопрос:
   - Пожалуйста, скажите, где врач, с которым я приехал сюда...
   Кучер растерянно пожал плечами и указал на дом Рендела, сообщив:
   - Вам лучше знать. Полагаю, там. Пока что он не выходил оттуда.
   - Выходил! Вы спали и не видели! - раздраженно сказал Рендел и от досады даже притопнул ногой. - Проклятье! - Он прокрутился на месте, напряженно вглядываясь в темные улицы. А после тяжело вздохнул и сказал:
   - Вы можете ехать.
   Кучер какое-то время тоже глядел по сторонам, но как только эльф отпустил его, поспешил погнать лошадей подальше от того места. Рендел же вбежал обратно в дом и закрыл дверь. Он оставил окно приоткрытым, чтобы Вейс могла вернуться, и поднялся по винтовой лестнице на второй этаж. Таинственный раненый лежал на диване, укрытый теплым одеялом. Возле него с мрачным видом стояла Мари, в противоположном углу зала расположился Ю?джин. И поскольку ученый неотрывно глядел в окно, эльф сразу же шагнул к нему и спросил:
   - И долго вы стоите у окна?
   Юджин обернулся.
   - Что?
   - Вы видели, куда ушел врач?
   Юджин напряженно посмотрел на эльфа, затем на Мари. Женщина изобразила, что ничего не услышала. Наверное, она бы даже уши закрыла, если бы оторвала руки от теплого платка, который обернула вокруг своих плеч. С тех пор как она дважды переместилась во времени, ее буквально трясло от холода.
   - Я не все время смотрел на дорогу, - наконец ответил Юджин, и Рендел перевел взгляд на разломанные часы в руках изобретателя.
   Быстрым движением эльф вырвал их из рук ученого, и шестеренки, и так плохо державшиеся на сломанной основе, рассыпались по полу. Рендел сдержанно спросил:
   - Что это?
   Когда Юджин промолчал, Миротелло не выдержал и выплеснул свое раздражение:
   - Что это?! Я имею право знать, что творится в моем доме! Вы обещали мне все рассказать, и я требую правду! Врач вышел из моего дома и пропал, словно его и не было! За секунду исчез! В моем доме взрываются часы, появляются полумертвые люди! - Он рукой указал на незнакомца. - Либо вы немедленно мне все объясните, либо я сейчас же отправлюсь в сыскную службу.
   По его глазам было видно, что он не шутил. Неистовая решимость так и лучилась в его взгляде.
   Юджин замер, затем, не отрывая взгляда от Рендела, обошел его и, бросив на пол оставшиеся куски часов, сказал не менее твердым тоном:
   - Сначала подумайте, стоит ли вам вмешиваться в это, ведь если вы узнаете, то встанете в один ряд с нами. С теми, на кого будут охотиться в этом городе. Не лучше ли вам не знать?
   Эльф подошел к нему вплотную и шепнул:
   - Почему-то мне не хочется выгонять вас на улицу в такое ужасное время. Мне кажется, что вы неплохой человек. Но вы подвергаете опасности всех в этом доме, и себя самого в том числе. И уверяю вас, лэн маго-техник, что никто не станет разбираться, знаю я правду или нет. Врач всего лишь вышел из этого дома и пропал. И скажите мне, было ли ему известно хоть что-нибудь?
   - Нет, - признала Мари.
   - Вот именно. Им все равно. И у вас выбор отныне небольшой. Либо вы сейчас ответите на все вопросы, которые я вам задам, либо завтра утром вопросы будут задавать другие. Вас посадят в тюрьму и, может, даже обвинят в убийстве или краже, потому что у меня найдется достаточно улик против вас.
   Он оборвал свою речь, смерив присутствующих неприветливым взглядом.
   - Вы уверены, что хотите знать? - еще раз уточнил Юджин.
   - Да. Для начала - кто этот человек? - Он указал на раненого. В этот момент заскрипели ступени: ветер из раскрытого окна на первом этаже. Мари поспешила сказать:
   - Мы и сами не знаем, кто этот человек. Он выпал на меня, я не могла от него отцепиться, да и бросить его умирать в пещере среди тел...
   - Тел? - Эльф сделал едва заметный шаг назад.
   - Мы не убийцы, - заверила его Мари. - Юджин сам может оказаться жертвой. Поэтому я не хочу говорить о том, что произошло. Вдруг нас подслушивают? Это опасно.
   Она отвела раздраженный взгляд. Ее пальцы так и плясали мелкой дрожью. Казалось, что она вот-вот разорвет платок.
   - Не опаснее, чем молчание, - возразил Рендел. Он в который раз посмотрел на Юджина. Тот явно не собирался говорить, зато Мари приступила к объяснениям, хоть и весьма неохотно:
   - Изобретение Юджина...
   - Подумайте, к чему это может привести! - тут же прервал ее ученый.
   - Говорите! - вновь потребовал Рендел. - И хватит шептать. Если вы так боитесь их, если, по-вашему, они так всемогущи, то и ваш шепот они услышат, если захотят.
   Юджин напряженно покосился в окно и в который раз вздохнул, лишь потом он устало посмотрел на женщину и кивнул ей, сопроводив этот жест нелепым взмахом руки.
   Мари поняла, что он сдался и пустил все на самотек. Мол, говори хозяину все, что он захочет услышать, иначе будет хуже. Воровка также отметила, что ученый переложил это мерзкое дело на ее плечи. Должно быть, еще не простил ей попытку кражи.
   - Ну хорошо, - начала она. Вот ведь странный предстоял разговор. - Он изобрел машину времени, и мы испробовали ее в эту ночь. В комнате открылся портал времени...
   - Портал времени? - Рендел отрицательно покачал головой.
   - Но разве современные знания не достигли того уровня, когда можно поверить в это? - не выдержал Юджин. - Давно уже доказано, что это реально - разорвать ткань времени...
   - Доказано? Кем? Вами? - уточнил Рендел.
   - А я думал, ваш край не менее развит, чем моя родина, но, видно, мы ушли дальше. Я прибыл издалека. Наши маго-техники давно признали, что разрыв во времени и путешествие по нему возможны.
   - И где сейчас ваши маго-техники? Зачем вы приехали сюда из столь развитого края, в нашу дикую глушь...
   - Заметьте, это вы сказали, - отрезал Юджин.
   - Вы не ответили на мой вопрос.
   - Кто-то мертв, кто-то жив, а кто-то вынужден скрываться. Но дело не в том, что они маго-техники. И там и тут не может орудовать одна банда. Расстояние огромное...
   - Существует перемещение, - мрачно напомнил эльф.
   - Да, - согласился Юджин. - Но зачем банде действовать на таких огромных расстояниях?
   - Это вы мне скажите, почему вы оказались здесь незадолго до первого убийства?
   Юджин выступил вперед, повернувшись спиной к окну.
   - То есть вы думаете, что я один из них? Тогда почему вы еще живы, ведь вы свидетель...
   - Нет, вы не охотник, вы жертва, как и все маго-техники. И это вы привели за собой убийц в этот город. Вы явно в бегах.
   - Меня не преследовали. Да, я был вынужден уехать из родного королевства, так как быть создателем машины времени - это очень большой риск. За право обладать таким изобретением любой маг пойдет на риск. И дело тут не в банде. У нас не убивали маго-техников систематично. Я же сказал, что ученые маги гибли, но у каждого из них была своя история, убийцы были разные. - Юджин опустил взгляд и стал напряженно разглядывать сверкающие от лака доски на полу. - Мой помощник и друг погиб. Мы вместе создали временную стрелку. - С особой горечью Юджин добавил: - Он так и не успел увидеть ее в действии, хоть и вложил в нее больше сил, чем я. Его убили. Мне пришлось скрываться, потом навсегда уехать оттуда. Но я уверен, что там орудовал один человек или двое. К банде это не имеет никакого отношения. Как-то я спросил своего друга, станем ли мы известными и богатыми - великими людьми, если создадим машину времени. Он сказал, что не знает, станем ли мы богатыми, долго говорил о возможностях, которые открывает это изобретение, но затем добавил вот что: "В мире всегда найдется кто-то, кто захочет получить эти возможности. Так всегда было и будет. Но это не означает, что мы не должны ничего делать. Кто-то должен сделать шаг, найти в себе смелость двигать жизнь и развивать ее, несмотря ни на что".
   - И вы такой человек? - спросил Рендел.
   - Да. Я сделал это. Сделал, даже несмотря на то, что теперь меня могут убить. Я показал силу и умения, и ваши преступники, наверное, очень скоро почувствуют это. Я думаю, они боятся прогресса. Но мы не должны бояться. Если мы будем стоять на месте, если будем отказываться от познания, то убийцы только выиграют от этого. Так считал мой друг. Уверен, они так же ценят изобретения, как и мы, поэтому убивают создателей и похищают их творения...
   Рендел стал нервно расхаживать по комнате, затем развернулся:
   - И вы изобрели машину времени? Как скоро они явятся сюда за вашим детищем?
   - Я не знаю, но не стану опасаться их, жить в страхе!
   И вновь они вспомнили о незнакомце, который по-прежнему неподвижно лежал на диване.
   - А он кто? - спросил тогда Рендел. - И о каких телах говорила эта женщина?!
   Они вновь обратили взгляды на раненого.
   - Меня зовут Мари. И я говорю вам, что не знаю! Не знаю, кто он. Юджин открыл портал, и я прошла туда. Этот человек появился... - Она раскинула руки и, дергая ими, бешено сказала: - Я не знаю откуда. Он был весь в крови! Я и понять не успела. Он что-то произнес, кажется, просил помочь ему. Я не разобрала всех слов, и там были тела, много тел. Так мерзко, и запах, и я...
   - Тише, - приструнил ее эльф. Все они замолчали, после чего Рендел медленно подошел к неподвижному незнакомцу. - Он из другого времени?
   Юджин и Мари кивнули.
   - Когда он придет в себя, то все расскажет, а до тех пор нам всем лучше молчать. И где она, ваша машина времени?
   - Ее нет, - ответила Мари. - Стрелка времени была в часах, они взорвались, и выходит...
   - Я не нашел ее, наверное, она тоже не уцелела, - сказал ученый. - Может, это и хорошо.
   Он отвернулся, не хотел, чтобы они видели его лицо. Разумеется, о существовании второй стрелки, более мощной, он умалчивал. Для остальных же получилось, что его последние слова лишили смысла все, что он сказал до этого. Мари нахмурилась: он же противоречил сам себе! Что значит "хорошо"? Если машины нет, значит, он проиграл, а не выиграл.
   Рендел тем временем согласился:
   - Да. Теперь никто не может украсть машину времени. Представьте, что бы было, если бы ваше изобретение попало в руки к убийцам. Я рад, что его больше нет. И рад за вас. Надеюсь, что теперь вы не будете им нужны.
   - И что дальше? - поинтересовалась Мари.
   - Будем молчать, - заключил Юджин. В его голосе чувствовалось напряжение, но то был не страх, что-то другое.
   Какое-то время Мари смотрела на него, но в итоге он одарил ее мрачным взглядом, словно говорил ей: "Я не доверяю тебе больше. Ты всего лишь воровка".
   Она кивнула самой себе. Теперь и Юджин вызывал у нее стойкое отторжение. Совсем недавно он говорил, что миру нужны люди, лишенные страха перед открытиями и последствиями, а следом спокойно объявил, что стрелки больше нет - и слава богам, мол, теперь его не тронут. Так что ученый ее больше не интересовал. Она верила, что машины времени больше не было, а раз такое дело, ей безопасней было держаться подальше от Юджина.
   Она развернулась и сказала:
   - Мне пора домой. Сестра, наверное, сходит с ума от волнения...
   - Вы пойдете домой ночью? - удивился ученый. - Одна? Не самая хорошая идея.
   - У меня ничего нет, - напомнила она. - Что им с меня взять, разве что рубашку сорвать. Там безопасней, чем с вами, лэн Фавелли.
   Она поспешно спустилась по лестнице, конечно же ударившись о деревянную балку, и покинула дом. Оказавшись на улице, она оглянулась, посмотрев на второй этаж. Эльф и ученый наблюдали за ней через большое окно. Демонстративно повернувшись к ним спиной, она двинулась по темной улице. Пешком.
   Сначала было очень тихо. Уже давно было за полночь. Мари посильнее обернулась в платок и быстро шла вперед, наполовину вприпрыжку, чтобы немного согреться. Ветер был теплый, но ее пробирала иная дрожь. Ох уж эти перемещения во времени. Ей и самой не верилось, что она побывала в другом времени. Она даже пожалела, что не задержалась там подольше, но следом вспомнила о мертвецах, что лежали в будущем повсюду, и мысли тут же утащили ее в другое, темное русло. Очень некстати. Остановившись возле перекрестка, Мари огляделась. Мрачные каменные улочки были повсюду. Лучше было пройти немного больше, зато вдоль реки. Там и ночью проезжали кареты и самодвижущиеся экипажи. Главное было добраться до одной из центральных улиц, там всегда было светло от многочисленных ламп и фонарей. Там же располагались круглосуточные пабы и гостиницы, бурлила ночная жизнь Фортона. Так что Мари свернула в сторону моста и посмотрела вперед.
   До ее слуха донесся стук копыт. Он стремительно приближался, и Мари покрутилась на месте. По бокам от нее чернели стены домов, а с обеих сторон улицы к ней приближались всадники. В их руках сверкали лампы, ими они буквально ослепили ее. Прикрыв глаза, Мари прижалась к стене ближайшего дома.
   - Кто здесь?! - громко спросили ее. Тот, кто сделал это, первым спрыгнул на дорогу и подошел к ней. Остальные верхом перегородили ей дорогу. Мари немного привыкла к свету, да и всадники более не светили ей в лицо. Теперь она узнала их. Ей следовало сразу же понять, что то был ночной патруль сыскной службы города. Разве что в тот раз их было больше, чем обычно, целый отряд.
   - Вам не страшно бродить в одиночку по городу в такой час? Кто вы?
   От этого голоса воровке стало не по себе. Она уже встречалась с подобными ему. В ее глазах все сыщики были одинаковыми. И она не имела ни малейшего желания называть ему свое имя.
   - Не тяните.
   - Нет...
   - Что?
   Он уже собирался подать своим сигнал, как она ответила:
   - Мари Риде?йн...
   - Ну конечно, кто ж еще! - раздался голос другого детектива. Мари напряженно оглянулась на всадников. Она знала этот голос и теперь стала выискивать его владельца. Тот сразу же оставил коня и подошел поближе. Сначала он ослепил ее фонарем, а затем подсветил свое лицо.
   - Эдвард, - мрачно произнесла она, уловив знакомые острые черты.
   Эльф-сыщик кивнул. Стоит отметить, что смотрелся он пугающе при таком контрастном освещении. Его пытливый взгляд казался еще жестче из-за грубых теней под глазами, а темно-русые волосы и вовсе тонули во мраке, проглядывались контуры шляпы.
   - Я знал, что скоро мы о тебе услышим, - немного выждав, сказал он. - Как только ты зарегистрировалась на вокзале, что, кстати, удивительно для тебя. Я посмотрел на твое имя, повернулся к своей напарнице и сказал, что с этого дня никто не может держать окна открытыми.
   - Можешь проверить, у меня ничего нет. - Она даже поднесла сумку под свет фонаря. Пустую сумку...
   Эдвард понимающе покачал головой и заключил, на этот раз не без иронии:
   - Неудачная кража...
   - Слушайте, вы! - не выдержала она и указала пальцем на Эдварда, а затем на второго сыщика, того, что подошел к ней раньше. - Вы не имеете право меня допрашивать или останавливать. Я не сделала ничего плохого...
   - Не страшно бродить по городу в такое время? - полюбопытствовал Эдвард.
   - Нет. Это что, запрещено? У нас введен комендантский час?
   Эдвард промолчал, скрестив руки на груди, потому что командир отряда выступил вперед и сообщил:
   - Три убитых человека за одну ночь - это много.
   - Три? - Мари побледнела и незаметно заломила себе руки, далее опустив их на пояс.
   - Три, - подтвердил начальник. - Если хотите, мы проводим вас до главной улицы, там и гуляйте. Новые тела нам не нужны.
   - Старых достаточно, - добавил Эдвард. У них с Мари были старые счеты. Она бы не удивилась, если бы этот сыщик предложил ей добираться самостоятельно. Что он и сделал: - Ей помощь сыщиков не нужна.
   Мари уже в который раз открыла рот, чтобы дать негоднику достойный ответ, но промолчала. Лучше спать дома, чем в тюрьме.
   - Я больше не ворую. Я свой срок отсидела, детектив Де?рби. И не потерплю издевательств. А вы ведь стражи порядка, как вам...
   - Порядком мы и занимаемся, - прервал командир отряда. В отличие от других ее собеседников, он всегда был спокоен и вежлив. Эдвард, впрочем, тоже был вежлив, но его ирония в отношении Мари имела глубокие корни. Любой вор считал особым талантом умение обхитрить не просто сыщика, а сыщика-эльфа. Поэтому Мари все время крала вещи и вмешивалась в дела, которые вел Эдвард и его коллеги-эльфы. Она была значительно моложе тогда, ей это нравилось. Но в один прекрасный день Эдвард поймал ее и посадил за решетку, а романтика и азарт улетучились на полтора года. И вот он опять стоял перед ней.
   - Поедешь или так и будешь сверлить меня взглядом? - оборвал ее воспоминания Эдвард, после чего вернулся в седло. Командир отряда также взобрался на лошадь. Теперь Мари одна стояла среди всадников.
   - Вас проводят двое. Остальные, продолжаем патрулирование! - приказал командир, а затем не успел никто и рта открыть, как он уточнил: - Сыщик Дерби, сыщик Ловенс, сопроводите женщину до главной улицы, затем возвращайтесь на маршрут.
   - Да, командир! - подчинились оба, а остальные развернули коней и рассредоточились по темным улочкам и переулкам. Эдвард и другой всадник замерли. - Ну, вперед!
   - И вы хотите, чтобы я пешком?
   - Да, хотим, - ответил Ливс Ловенс. - Вы и так шли пешком. А бывших воров мы не катаем.
   Она не ответила, вместо этого двинулась вперед в сторону моста. Оба сыщика пустили своих лошадей вровень с ней, охраняя с обеих сторон.
   - Он вас так ненавидит? - после некоторой паузы поинтересовалась она.
   Эдвард мельком глянул на нее и вновь стал смотреть вперед.
   - Ваш командир, - продолжила она. - Что отправил именно вас со мной...
   - Просто мы знаем тебя, а другие еще не сталкивались, - пояснил Эдвард. - Хватит вопросов. - Он заметно помрачнел. - Сегодня мы видели такую силу и жестокость, что сарказм и вовсе циничен в эту ночь.
   Мари не стала спорить. Наверное, они были правы. Далее она молча шагала вперед, обхватив себя руками.
   Сначала они услышали музыку, а затем их осветили магические прожектора огромного дирижабля, что медленно путешествовал по небу, развлекая любителей ночной жизни. Мари подняла глаза, прикусив губу, и подумала, что неплохо было бы отвлечься, забыть об изобретениях и ученых. Поэтому, когда сыщики въехали на освещенную улицу, она обернулась на них и демонстративно, но по-дамски изящно склонила голову.
   - Всего вам доброго. Смотрите не упустите след. - Она бодро направилась вперед по знакомой и приятной ночной улице.
   Какое-то время Эдвард и Ливс наблюдали за ней. Чуть позже глаза эльфов вспыхнули оранжевым светом.
   - Враг... Эдская площадь! - сообщил Эдвард. Сыщики пришпорили коней и помчались вперед, обогнав Мари и устремившись на смежную улицу:
   - Дорогу! - прокричал Ливс, и жители поспешили расступиться, пропуская хранителей порядка. Сыщики вновь ударили по бокам лошадей, и Эдвард жестом указал помощнику на темнеющую вдали аллею. Они свернули туда и, промчавшись по узкому переулку, подъехали к главным воротам центрального парка Э?ды. - Сыскная служба, откройте ворота...
   Из небольшой будки показалась голова охранника. Он поспешил кивнуть, и двое его помощников открыли кованые ворота. Сыщики въехали на территорию. Вдали виднелась Эдская площадь с большими часами. Их циферблат был разбит, а сами цифры были разбросаны по земле.
   Эдвард потянул на себя поводья и спрыгнул с лошади.
   - Чувствуешь ауру? - спросил его напарник.
   Эдвард кивнул и осторожно двинулся к часам, вслед за ним на площадь спрыгнул и Ливс. Часы становилось видно все лучше и лучше. Фонари в руках сыщиков слегка вздрагивали даже от медленного движения. Их свет постепенно прорисовывал площадь, окружающие деревья и парковые скамьи. Эдвард двинулся быстрее, но к часам напарники подошли одновременно. Ливс огляделся: аура была просто невыносима, но хуже было другое.
   - Еще один мертвец, - сообщил Эдвард и опустился на одно колено, поставив фонарь возле тела мужчины, распростертого среди выбитых из часов шестеренок.
   - Человек или эльф? - Ливс стоял рядом, склонился прямо над Эдвардом.
   Тот коснулся облаченной в перчатку рукой обугленной корки.
   - Уши.... Округлые, - сообщил он и еле заметно прикрыл глаза, ничем более не выдавая своего отвращения. Запах жженой плоти вызывал тошноту. Эдвард всю жизнь проработал сыщиком и привык раскрывать убийства, видеть изуродованные тела и монстров, но с подобным сталкивался впервые. Огромная и совершенно непредсказуемая сила. - Человек. Его опять выжгли.
   - Документы есть? - поинтересовался Ливс, попутно разглядывая часы.
   Эдвард скользнул пальцами по уцелевшим кускам пальто жертвы в надежде найти хоть что-нибудь.
   - Есть фрагменты купюр, - ответил он. - Полагаю, это все, что лежало в его карманах.
   - Часы намеренно разбили потоком магии, - тем временем доложил Ливс.
   Эдвард отряхнул полы своего серо-коричневого пальто и, захватив почерневшую шестеренку, выпрямился.
   - Магия. Детали расплавлены, искорежены до неузнаваемости. Кто-то очень не любит время и часы.
   - Здесь не все цифры, - заметил Ливс.
   Эдвард оглянулся и стал внимательно разглядывать все еще не покрывшиеся листвой кустарники. Он перемахнул через ограду, прихватив с собой фонарь, а затем посветил в самую гущу веток.
   Ливс обошел часы вокруг и обернулся. Его окликнул Эдвард.
   - Нашел что-то?
   - Цифры, - откликнулся Эдвард и, вернувшись на площадь, раскрыл ладонь: там лежала большая цифра пять.
   - Это был взрыв, да еще такой силы, что цифры отлетели от циферблата на приличное расстояние. Взрыв такой силы мы бы услышали.
   - Мы его почувствовали, как маги-сыщики чувствуют угрозу для города, но не услышали.
   - Почувствовали, Эдвард, как и любое нарушение магических правил в городе, но в этом деле мы чувствуем только место преступления, а не преступников, обычно наоборот...
   Эдвард кивнул. Ливс дело говорил. Обычно сыщики чувствовали самого нарушителя и его силу, а теперь только ауру уже после его присутствия. Неужели магия порядка притупилась или противник был настолько силен?
   - Ливс, нужно оцепить местность, позвать сюда помощников, пусть все обыщут, обследуют, магически просмотрят. Я поговорю со своей напарницей.
   - А Мэй разве не патрулирует?
   - Нет. Она занимается бумажной работой. Ищет Кью?лака.
   Ливс указал на тело:
   - Так это он сделал?
   - Кто знает, действительно ли его зовут Кьюлак и главарь ли он этой банды.
   - Мэй что же, собирается найти его по спискам? - удивился Ливс. - Да в городе может быть не один и не два Кьюлака. Мы даже не знаем, имя ли это или его фамилия. Может, псевдоним. Это иголка в стоге сена.
   - Без Кьюлака никак, - серьезно сказал Эдвард. - Позови других, я поговорю с Мэй.
   Эдвард запрыгнул на коня и помчался в сторону раскрытых ворот.
   - Не закрывайте ворота. Парк оцеплен с этого момента! - на ходу сообщил охраннику Эдвард и отправился вперед. Он даже не стал спрашивать, слышал ли тот что-нибудь, потому что знал, что не слышал. Никто никогда ничего не слышит. Эдвард понимал: нужно выйти на "К", улик они не дождутся.

Глава 2

Перемены

  
   Двести лет назад
   Двойные двери круглого зала распахнулись. Фавластас и Ирвинг синхронным шагом вошли внутрь, при этом оглядываясь по сторонам. Император замер, по жесту его руки замер и Ирвинг. Глаза Фавластаса слегка закатились, он запрокинул голову. Какое-то время его беспокойный взгляд блуждал по потолку и стенам. Верные подданные и советники Дагерти замерли на пороге с некой надеждой, что великая тайна сейчас откроется.
   Фавластас знал, что практически все жители Ночного Лика - ученые, к тому же безумно преданные своему наместнику. Поэтому император не сомневался, что пропажа Дагерти искренне волнует каждого из них и никто из жителей Ночного Лика не причастен к случившемуся.
   Закончив изучение зала и обернувшись к наблюдателям, Фавластас поинтересовался:
   - Когда это случилось?
   Вперед выступил Эльбо - первый советник Дагерти. То был невысокий человек с седыми волосами и короткой бородой. Прежде чем заговорить, он склонил голову.
   - Три дня назад, мой император, - ответил советник, выпрямившись. - Именно тогда мы видели наместника в последний раз. Он находился в этом зале.
   - Один?
   - Нет. Когда наместник был в Океании, на судно странным образом пробрался человек.
   - Маг? - уточнил Фавластас.
   - Нет, император. Человек. Простой.
   - Он назвался?
   - Простите, император. Этого я не знаю. Наместник и сам хотел понять, кто этот человек. Поэтому пленника и привели в зал...
   - Связанным?
   Эльбо отрицательно покачал головой:
   - Нет, он не был магом, поэтому наместник не считал его опасным.
   Фавластас внимательно посмотрел на Ирвинга, а тот просто ожидал распоряжений императора и, конечно же, внимал каждое произнесенное в зале слово. Многословностью Ирвинг не отличался. Фавластас уважал его за это и доверял больше, чем остальным своим личинам.
   - Почему Дагерти принимал именно в этом зале? - продолжил допрос император.
   Советник растерялся. Он пожал плечами и сказал:
   - Наместник всегда принимает в этом зале.
   - Разумно ли тащить врага в такой ценный зал?
   Эльбо слегка опустил подбородок, но ничего не сказал.
   - Я знаю, что это за зал, только раньше он не так работал.
   - Да, не так, - согласился советник, после чего неуверенно глянул на Ирвинга.
   Фавластас переключил свое внимание на других членов свиты Дагерти и спросил:
   - Кто-нибудь может сказать мне, что произошло? Кто-нибудь видел процесс или был поблизости?
   - Нет, мой император, - вновь за всех ответил Эльбо. - Наместник попросил оставить его с пленником наедине. Когда мы решились своевольно зайти внутрь, там уже никого не было.
   - А что ты знаешь об этом зале? - в таком случае полюбопытствовал Фавластас. Сам он знал многое, ведь Дагерти был частью его души.
   - Эти круги на полу, те, что разного цвета, их наместник называл сферами временного пространства. Я не настолько глубоко знаком с его исследованиями, но мне известно, что при правильном освещении, определенном положении кругов и достаточной концентрации магии посреди зала возникает туманный сгусток, через который можно смотреть в будущее.
   - Да, - Фавластас утвердительно кивнул. - Именно этот зал поставлял идеи для технологий Дагерти. Но теперь я хочу кое-что уточнить. Через сгусток можно было только смотреть в будущее или перемещаться туда?
   Непоколебимцы Ночного Лика переглянулись.
   - Только смотреть, - аккуратно ответил Эльбо. - Наместник очень долго пытался сделать так, чтобы портал позволял перемещаться, но как бы Дагерти ни старался, ничего не происходило. Вернее, не уходило дальше наблюдения. Насколько нам известно, наместник давно завершил свои попытки переместиться в будущее. Он покончил с этим еще до пребывания за вратами. Вы думаете, что он смог переместиться во времени? Разве это возможно?
   - Вы ученые, вы мне и скажите. - Фавластасу нравилось наблюдать за их напряженными лицами. Когда они отрицательно покачали головами, он сказал: - Если перемещение во времени невозможно, то наместник куда-то переместился в пространстве или кто-то переместил его, раз он странным образом вошел в зал и растворился. Пленник исчез вместе с ним. Поэтому я еще раз хочу уточнить: вы уверены, что пленник был простым человеком?
   - Да, император, - ответил советник. - Клянусь своей головой.
   - В таком случае оставьте меня и наместника Ирвинга. Оставьте в этом зале. Если будут какие-то известия, немедленно докладывайте мне, ясно?
   - Как прикажете, император.
   - Свободны, - объявил Фавластас, и приближенные Дагерти медленно покинули зал, не забыв мягко закрыть двери.
   Далее император сел на один из стульев, что располагались вокруг стола. Ирвинг стоял неподалеку, скрестив руки на груди и разглядывая зеркала на стенах.
   - Странное дело, не находишь, Ирвинг?
   - Исчезновение?
   - Не только исчезновение. Дагерти играет с нами. А мне не нравится, когда со мной играют. Я склонен даже назвать его предателем.
   Ирвинг непонимающе вскинул брови:
   - Почему? Исчезновение...
   - Это далеко не все. Я позвал тебя с собой, чтобы рассказать, что происходит. Я понимаю, после того, как Рантуана не стало, ты получил Вечерний Лик взамен уничтоженного Фредриком Утреннего. Ты был удовлетворен. За свой город ты отомстил сполна. Уничтожил графство Фредрика, взорвал его замок, а затем получил новый город, куда и переправил всех своих подданных. Но ты никогда не задумывался, почему такой эльф, как Рантуан, был убит, и убит простым человеком? Заколот оружием без магии.
   - Обычно великих колдунов и воинов магия не берет. Берет обычный нож или кинжал. И неожиданность. Фредрика мы сразили так. Чем Рантуан умнее Фредрика? - Ирвинг скривил губы в насмешливой улыбке. Фавластас знал, что Ирвинг ненавидел Рантуана.
   - Фредрика сразили не простым кинжалом. Да и потом, графа убил именно Владимир, а удалось ему это лишь потому, что Фредрик подпустил его к себе. Важно было, чтобы верховный страж не успел заблокировать свою силу до удара, иначе, даже убив Фредрика, мы бы его магию не получили и врата не открыли.
   - Я же сказал - неожиданность, - осторожно напомнил Ирвинг.
   - Вот и скажи мне, подпустил бы Рантуан к себе врага настолько близко, чтобы его смогли убить?
   Ирвинг внимательно посмотрел на императора и спросил:
   - Друг? Рантуана убил кто-то из наших?
   - Тебе знакомо имя Луис Оэлан? Он аэриец, советник покойного короля Велери.
   - Впервые слышу это имя, - ответил Ирвинг.
   - Зато его душа должна быть тебе близка. В некотором смысле мы все сейчас там, где мы есть, благодаря этой душе. Я говорю о душе твоего сына Алькана.
   Ирвинг Альфостер ошеломленно распахнул глаза, впившись взглядом в своего императора. Казалось, у наместника перехватило дыхание, когда он попытался выдавить из себя:
   - Алькан переродился аэрийцем?
   Фавластас жестко кивнул, не став уточнять, что не совсем уж аэрийцем тот переродился.
   - Немыслимо, - вот и все, что смог сказать Ирвинг, после чего двинулся к одному из окон, что размещалось между двумя зеркалами на стенах.
   - Ты разочарован? - спросил его император.
   - Не ожидал, - признался Альфостер.
   В этот момент в дверь постучали, послышался голос Эльбо:
   - Вы просили сообщить, если будут известия. К вам прибыл генерал Ридж.
   - Пусть войдет, - велел Фавластас, и Ирвинг неохотно обернулся на дверь.
   На пороге возник генерал. Этот маг был крепким и широкоплечим. Все его движения были твердыми и четкими. Такими же, как и его кивок, который подразумевался как приветствие императору.
   - Что? - спросил Фавластас.
   Тот поспешил сообщить новости:
   - Победа. Эсмелеи оказались полезны! Корабль, на борту которого была Лундес Эверли, утонул.
   - Это точные сведения? - спросил император.
   - Да. Она была на борту вместе с черным магом и принцем Владимиром.
   - Лундес простила Владимира? - Кажется, Фавластаса эта новость впечатлила больше, чем все остальное. - Вот уж чего не ожидал. Вот ведь Владимир - черт проклятый, оправдался-таки.
   Генерал тем временем продолжал говорить о своем:
   - Мне сообщили, что корабль потопили мощным ударом черной магии. Но это в конце, а до этого эсмелеи устроили ураган и шторм и осыпали несчастных шаровым дождем. Никто не выжил. Но и это еще не самые главные новости.
   Фавластас тут же поднялся со стула и спросил:
   - Лундес точно мертва?
   - Она уже была мертва, когда попала на борт. Они везли ее тело в тайное логово стражей.
   - Известно, кто ее убил?
   Генерал уже предчувствовал реакцию Фавластаса, но решил изложить все по порядку. Он сказал:
   - До нас дошли слухи, что у принцессы была связь с душой Фредрика Гауса.
   - Как это? - протянул он, приблизившись к генералу. Позади Ирвинг стал более напряженным. - Душа Фредрика не развеялась в аданее? Это невозможно... - Странный голос был тогда у демона. Словно за него говорила ледяная искра в его глазах.
   - Есть свидетели ее странного поведения, ее возможностей. Быть может, душа Фредрика существовала только благодаря принцессе, но тем самым и убила ее. Они объединились в силах, чтобы защититься от одного из эсмелеев, и оба погибли. Душа Лундес вышла и не вернулась в тело. Ее сообщники везли ее для погребения в Астанию, но эсмелеи перехватили судно и потопили его.
   - Я удивлен.
   - Разве это не победа? - осторожно поинтересовался Ирвинг. - Двух врагов не стало разом, что не так?
   - Нет, это не то, чего я добивался, - неожиданно объявил Фавластас. - Адент разочаровал меня. Он оказался не похожим на Трейвела. Забирая душу Фредрика в аданей, я рассчитывал, что граф в точности повторит мою судьбу. - Судя по тому, что генерал присутствовал при этих словах, он был посвящен в историю души Фавластаса. - Я рассчитывал.... Нет! Я был просто уверен, что Адент, при его мягкосердечии и преданности своему подопечному, сделает все, чтобы Фредрика возродили, пусть даже с искрой. Для этого я разморозил ангела и позволил ему бежать. Я хотел, чтобы мир увидел Фредрика таким. Чтобы его стражи, его друзья поняли, что такое искра и что получает тот, кто слишком верит в ангелов. Мне хотелось, чтобы Фредрик сам погубил свое окружение, чтобы его искра уничтожила их всех.
   - Но позвольте возразить, - решился генерал. Он был смелым и очень хорошо знал императора. - Лундес мертва, Фредрик тоже, даже более чем мертв - стерт из вселенной. Остался Элестер, но он вряд ли сможет что-либо противопоставить нам. Он слаб. После гибели своего ученика он не способен ни на что. Океания, Аэрия в наших руках, и мы почти обнаружили песчаный султанат. Мы и так победили. Зачем нужен еще один сильный враг? К тому же, если бы Фредрик возродился с искрой, он мог бы превзойти вас по силе. Это совсем не нужно.
   - Он ничего бы не смог мне сделать, ведь он так и не успел разгадать источник нашей силы. Ему пришлось бы починиться. - Фавластас стал привычно холоден, когда сообщил: - Но не стоит забывать, что у нас по-прежнему есть очень опасный враг. Его стоит бояться больше других. Из-за своего просчета я сам выпустил его на свободу.
   - Кто?
   - Адент. Он на свободе, а Фредрик в союзниках мог бы стать нашей козырной картой. Значит, война переходит в другую стадию, но до полной победы осталось недолго. Ангел быстро отреагирует на гибель Лундес. Нужно только добить стражей, и ангел обязательно пойдет против нас самостоятельно. Но только тогда, когда другого выхода у него не будет. А пока он готовится. Готовиться будем и мы.
   - Есть еще кое-что, император. Империало доложил, что аэрийцы растворились. В одно мгновение во время атаки на Клестон. Дагерти предал нас, предупредив врагов о нападении Империало. Когда корабли нависли над городом, аэрийцы открыли по ним огонь из пушек. И заметьте, они точно знали, где у кораблей слабые места. К тому же у аэрийцев была магия.
   - Дагерти, - жестко произнес Фавластас. Особенно неприятно, когда тебя предает одно из твоих собственных "я".
   Генерал продолжил:
   - А затем над городом что-то вспыхнуло, и все разом исчезли. Хотя никто на корабле Империало не почувствовал перемещения. Более того, исчезли не только жители столицы, но и огромная часть обитателей ближайших городов. Это при том, что изначально у них не было никакой магии.
   - Дагерти, - вновь повторил Фавластас. - Он пожалеет, что предал меня и скрылся. Где бы он ни был. Отныне все люди в его Лике мои, так же как и все изобретения, все лаборатории, все записи. Все. Я немедленно созываю высшие чины Ночного Лика, чтобы объявить их наместника предателем. Соберите всех, генерал.
   Ридж поклонился и покинул зал, а Фавластас жестом приказал Ирвингу удалиться. Потом император сам вышел к двойным дверям и, казалось бы, ушел, но вдруг развернулся прямо на пороге. Два огромных магических потока вырвались из его глаз и взорвали стол, затем посыпались стекла, прогремел взрыв. Фавластас лишь слегка пошатнулся. Взрывная волна осыпала его волосы каменной россыпью, но ему было все равно. Он руками сорвал с петель двери и швырнул их в одного из ближайших доверенных лиц Дагерти. Тот отлетел в стену и упал, придавленный тяжелой дверью. Остальные, кто сбежался на взрыв, посторонились. Фавластас стоял перед ними посреди коридора, и за его спиной продолжал взрываться великий временной зал.
   - С этого момента вы все подчиняетесь только моему приказу! Каждое мое слово - закон! Каждый мой жест - правило! Вы будете строить столько кораблей, сколько я сочту нужным, вы сделаете все, что я потребую. А если Дагерти посмеет объявиться, он тут же будет брошен в аданей. Если вы предадите меня, туда же отправитесь и вы. Ясно?
   После таких слов взгляд его был пугающе безразличным и отрешенным.
   - Да, император, - ответил Эльбо весьма сдержанно. - Но вы уничтожили зал. Ваш источник...
   - Я смогу его восстановить, если захочу.
   После этих слов Фавластас двинулся вперед по коридору вместе с Ирвингом. "Ночные" поспешили расступиться, чтобы не оказаться на его пути.
   - Потушите огонь, пока весь дворец не сгорел, - посоветовал император так спокойно, словно зал взорвал кто-то другой. Эльбо бросил на его спину воинственный взгляд, а затем спокойно подошел к залу и, раскрыв ладони, прошептал заклинание. С потолка полилась вода, и пока она тушила пожар, советник хищно глядел вслед Фавластасу.
  
  

***

  
   Рифус медленно вышел на подвесную площадку и потер глаза. Было совсем поздно, но ему не спалось. Он устало вздохнул и облокотился на бамбуковые перила, что растянулись перед ним. Его взору открылась следующая картина: раз за разом новые стражи Элестера отрабатывали удары и магические манипуляции. Рифус различил среди них и самого Элестера. Верховный эльф стоял прямо перед ними, его голову скрывал темный капюшон, так же как и головы всех стражей. Однако именно он отдавал приказы, и каждый его жест был законом для тех сотен воинов, что он сумел собрать в свое новое войско.
   - А они не привлекут внимание врага столь масштабным использованием магии? - тихо поинтересовался бывший король у приблизившегося Фладена.
   Тот расположился слева от Рифуса и, посмотрев вниз, отрицательно покачал головой:
   - Элестер знает, что делает. За последние месяцы ему удалось добиться таких результатов, каких не удавалось за четыре года. И потом он вновь окреп, и не только физически. Магически. Стражи надежно укрыли долину. Здесь нас никто не найдет. Магию враги также не почувствуют. Элестер ас по магической защите.
   - Да, - горько произнес Рифус. Ему было тошно это слышать. Особенно после того, как он получил то письмо. Письмо союзников Лундес - Ми?ло и Владимира. В нем они сообщили, что его сестричка мертва и они везут ее тело для захоронения в Астанию. Подробности ее гибели не сообщались, единственное, что они отметили в письме, так это то, что вина полностью лежит на эсмелеях. У Рифуса не было причин не верить этому: он знал, кто такие эсмелеи. Письмо попало в Астанию с помощью перемещения. Оказалось в руках у Элестера. А тот хотел скрыть его от Рифуса. По каким-то своим, непонятным самому Рифусу причинам. Если бы верный и преданный командир Зиа?нд не выкрал письмо и не показал Эверли, то Рифус бы до сих пор не знал, что Лундес погибла. А теперь Эверли думал об этом и качал головой. Наверное, лучше бы не знал. Но оказалось, что на этом неприятности не закончились.
   Фладен долго смотрел на молчаливого Рифуса, прежде чем сообщить то, зачем, собственно, и разыскал бывшего короля.
   - Боюсь, у меня снова плохие новости, - осторожно приступил он.
   Рифус лишь обратил на него усталый взгляд.
   - Судно, что везло тело принцессы, было уничтожено эсмелеями...
   Рифусу и этого было достаточно. Он слегка махнул рукой, чтобы Фладен не продолжал, а затем медленно двинулся вперед по подвесному коридору. Фладен какое-то время грустно смотрел ему вслед, а затем направился в обратную сторону, не желая больше видеть состояние Рифуса.
   Бывший король шел вперед, не торопясь, аккуратно ступая на деревянную основу подвесного моста, затем спустился вниз по веревочной лестнице и развернулся. Он неспешно вступил в ряды тренирующихся стражей и стал обходить их, пока не возник перед Элестером Телестри. Тот замер, так и оставив в руке жезл Фредрика, которым он только что показывал удар.
   - Вы не уделите мне время? - твердым голосом поинтересовался Рифус. Элестер глянул на замерших стражей. Они не шелохнулись, ожидая приказов. Тогда Телестри громко произнес, обращаясь к ним:
   - Тренируйте магический оборот в течение двух часов.
   Они приложили руки к груди и склонили головы.
   - Да, командир! - отозвались эльфы в один голос. Рифус глянул на них лишь мельком. И обратил внимание, что в основном там были песчаные и лишь немножко северных. Должно быть, воинам близнецов Элестер доверял больше. Рифусу это не понравилось.
   Для разговора Телестри предложил Эверли пройти в подвесной зал. Тот самый, что был на платформе.
  
   - Вас удивляет, что среди новых стражей столько песчаных эльфов? - спросил Элестер, едва они оказались наедине в подвесном зале.
   Рифус скрестил руки на груди и согласился:
   - Да, очень. В долине много сильных воинов-астанцев. Почему вы считаете их менее достойными пополнить ряды стражей?
   Элестер сверкнул глазами. В последние дни он был особенно тверд и уверен в своих действиях и не терпел, когда ему указывали. Он сказал, казалось бы, спокойно, как учитель обычно говорит ученику:
   - У вас свои воины, у меня свои. Я управляю стражами не один и не два года. У меня богатый опыт, и мне лучше знать, кто подходит для этой роли, а кто нет. Так что, при всем уважении, не вмешивайтесь.
   - И все же. - Рифус вовсе не собирался так просто закрывать эту тему. - Песчаные эльфы - другой народ, они не привыкли воевать в холодных краях.
   - Они привыкнут, - заверил его Элестер.
   - Поэтому вы тренируете их дни и ночи напролет. Какой воин выдержит такую нагрузку?
   Элестера начинал раздражать этот разговор, но он сумел побороть поток возмущения и сдержанно произнести:
   - Я учил многих стражей, и никто не погиб во время обучения. Зато все они выросли достаточно сильными воинами. И все равно врата пали. Значит, я был недостаточно строг. Мы были плохо подготовлены, и чтобы загнать обратно то зло, которое мы выпустили, нужно быть подготовленными лучше. И мы будем.
   - Это если они не умрут во время обучения. Ведь вы не с детства их учите. Они не привыкли расходовать столько магии за раз.
   - Не вмешивайтесь.
   Рифус какое-то время глядел на него и пытался понять, тот ли Элестер стоял перед ним. Эверли никак не мог найти сходство с тем первым эльфом графства. Этот - еще более жесткий, категоричный и холодный. Его лицо было изрезано морщинами, бледное и такое же холодное, видно, как и его сердце. Черные волосы кое-где поседели. Для эльфов это было нехарактерно. Только очень серьезное переживание или болезнь могли сделать с эльфом такое. Так состарить его. Рифус знал, в чем дело, и, наверное, ему было даже жаль старого воина, переставшего любить жизнь.
   - Скажите, а почему вы не хотите брать юных учеников? Пускай людей, которым не нужно очень много лет, чтобы вырасти. Но дети быстрее и лучше усвоят боевое искусство, как, например, усвоил в свое время Фредрик...
   Элестер тяжело втянул в себя воздух, затем кивнул.
   - У меня нет времени ждать, пока они вырастут.
   - Иногда разумнее подождать, тогда результат...
   - Нет, - грубо прервал его Элестер, и его глаза залились синим огнем. - И отправить их на гибель?!
   Рифус бешено покачал головой и, указав на тренирующихся эльфов, воскликнул не менее твердо:
   - А их? Этих эльфов можно посылать на смерть?! Я не прошу посылать на смерть детей. Я предлагаю обучать воинов с детства и отправлять в бой, когда они возмужают. Вы все равно не можете сражаться сейчас и с взрослыми эльфами. Они погибнут! Чтобы идти против Фавластаса, нужно готовиться много-много лет и только тогда выступать! Этого времени хватит, чтобы вырастить целое войско стражей. У которых опыт обращения с жезлом и магией будет в крови.
   - Я не буду воспитывать новых учеников.
   Рифус замер, ожидая объяснений. Какое-то время они прожигали друг друга взглядами, а потом Элестер все же объяснил:
   - Скажи, Рифус, тяжело тебе было терять сестру?
   - Вы отлично знаете, что да. Я изо всех сил старался уберечь ее от этого мирового безумия. Кроме нее у меня никого больше не было.
   - А у меня был сын. Мой ученик. Фредрик. Я учил его с ранних лет. Все его детство только и думал о том, как бы сделать из него того самого воина, у которого магия и обращение с жезлом было бы в крови. Мне это удалось, но я забыл, что он был всего лишь ребенком тогда. Я был настолько тверд с ним, что он ненавидел меня и боялся. А потом осмелел и перестал бояться, но неприязнь никуда не ушла. Да, он вырос хорошим воином, но даже не предполагал, как был дорог мне. Может, он и уважал меня потом, но только за те умения и знания, что я ему дал. А затем я стал для него лишь подчиненным. Уверен, он и другом меня своим не считал. К тому же то, что он стал таким сильным, не полностью моя заслуга. Я лишь подтолкнул его, дал ему направление, но Фредрик добился всего сам. И, конечно же, его врожденная огромная сила. Я не смогу и не стану больше учить детей. Не смогу быть таким же жестким с ними, каким был с Фредриком. Потому что он постоянно будет у меня перед глазами, я постоянно буду ненавидеть себя. Я и так ненавижу себя. Я не хочу больше ни к кому привязываться. И потом, если воспитывать мягче, это гибель для детей-стражей. Они не смогут выжить.
   Он в который раз покачал головой:
   - Пойми. Маленькие ученики для учителя как дети, а мне больше дети не нужны.
   Рифус понимал, о чем говорил старый эльф, и молча выслушал его, а затем тихо спросил:
   - Почему вы не сказали мне, что Лундес погибла? Если понимаете, как это важно.
   - Я собирался. Просто искал подходящий момент.
   - Только что сообщили, что судно, которое везло тело моей сестры, утонуло в море.
   Больше он ничего не сказал, просто покинул платформу и растворился в ночной темноте.
   Элестер туго перевязал волосы и настроился на работу. В его руках стали переливаться светлые потоки. Потом он прикрыл глаза и начал усиливать магию, мысленно сосредоточившись только на силе. Он все искал способ расширить возможности белой магии. Теперь, когда его больше не отвлекали, он мог посвятить этому оставшиеся два часа, а затем проверить, чего добились его воины. Окунувшись ненадолго в горькие воспоминания, он поспешил отогнать их и стал тренироваться с еще большим усердием. Теперь он только воин. Никаких привязанностей.
  
   Рифус спустился с лестницы и сразу же отправился в свои "покои". Они располагались в бамбуковом домике, чуть в стороне от основного поселения долины. Это было его условие. Он любил тишину, но даже сквозь густые деревья были видны магические вспышки тренирующихся стражей. Рифус подошел к своей сумке. Снаружи послышались шаги. Рифус явно кого-то ждал, потому что замер в ожидании стука. Сначала кто-то взобрался на лестницу, затем трижды постучали, и эльф распахнул дверь, глянув на своего верного командира Зианда.
   - Тучи сгущаются, недалеко до сезонных ливней. - Зианд взглядом указал на небо, и Рифус тоже поднял взгляд, затем вернулся к сумке и достал оттуда лук, потом взял колчан со стрелами и ножны с кинжалом. Зианд молча ожидал, пока его бывший король закончит. Тот перекинул колчан со стрелами через голову и резким движением руки вогнал кинжал в ножны, сказав:
   - Ливни не помеха. Теперь ничто не помеха, не так ли, мой друг?
   Зианд несколько опешил: для него было непривычно общаться с Рифусом на равных. По законам Зианд был ниже рангом и не мог говорить даже с бывшим королем на "ты". А поскольку Рифус очень хорошо знал законы, он тут же уловил смятение собеседника и заявил:
   - Перед тобой стоит мертвец...
   - Передо мной стоит мой король. - Он преклонил голову и добавил: - Сир.
   - Наши законы, дорогой друг, те, в которые мы так верили, похоронили меня заживо. И выбравшись, я вдруг решил, что больше не хочу им следовать. Пока мы в этом лагере, мы лишь теряем время. Моя сестра погибла, а я не намерен просто скорбеть, стоя возле перил, и любоваться, как другие пытаются что-то сделать. Элестер готовит новых стражей, Фладен забрал себе всех тех, кто остался от моих подданных. Для них я лишь тень, не король.
   Рифус задумчиво посмотрел на свой лук. Как давно его пальцы не пускали в небо стрелу. Очень давно. Будто в прошлой жизни.
   Зианд не знал, как реагировать на резкую перемену, произошедшую с Рифусом. К тому же законы законами, но своего истинного короля астанцы не забыли. Притворство во имя законов - возможно.
   - Не все ваши подданные верны Фладену. Если вы уйдете, мой отряд лучников последует за вами. Только прикажите. Куда бы вы ни пошли.
   Рифус улыбнулся и тихо сообщил:
   - Я знал, что могу тебе верить, поэтому позвал сюда. Я покидаю долину. С Фавластасом у меня личные счеты. Он отнял у меня Астанию, превратил мою сестру в свою марионетку и погубил тем самым большую часть наших. В стороне я не останусь. Если законы исключают меня из моего народа, то я исключаю законы из своей судьбы. Я отправлюсь к врагу, в его города. Мне нужен лишь небольшой отряд. Ты готов следовать за мной...
   - Да, сир, - поспешил ответить Зианд, но Рифус закончил свой вопрос:
   - ...как друг? Ты готов следовать за мной как друг, равный мне? И все те воины, что последуют за мной, будут на равных. Законы мы забываем сразу же, как пройдем сквозь скалу и вступим во владения Фавластаса.
   - Дайте мне несколько минут, я соберу лучников. Мы возьмем оружие и...
   - Только самое необходимое.
   Зианд кивнул и поспешил удалиться. Рифус замер на пороге и слегка облокотился на косяк двери. Он обдумывал, с чего следовало начать, и первым делом решил узнать, кто сидел на троне в Зеленом дворце его предков.
  
   Элестер сидел на диване среди мягких подушек, глаза его были закрыты. Между пальцами переливалась магия, она то становилась ярче, то гасла, то сгущалась и выглядела словно невесомая белая жидкость. Веки Элестера слегка дрогнули: он был слишком напряжен. Старания, старания и вновь старания. Вечная работа и никакого отдыха - в этом, как считал Элестер, крылся путь к триумфу, к победе, к справедливости. При этом старый эльф слышал все, что происходило вокруг. Поэтому тихие, практически беззвучные шаги верного стража Кадана он услышал еще тогда, когда тот только взбирался по лестнице.
   Страж остановился в шаге от него и осторожно поинтересовался:
   - Вы уверены, что хватит времени и сил?
   Не открывая глаз и продолжая гонять пальцами магию, Элестер ответил:
   - Если развивать магию постепенно и увеличивать часы пользования по чуть-чуть, то организм привыкает, и даже несколько суток вполне возможно работать без передышки.
   - В правилах указано, что так поступать опасно, а следовательно, запрещено, - напомнил Кадан.
   Элестер слегка улыбнулся и на этот раз приоткрыл глаза, глянув на освещаемые факелами контуры его стража.
   - Куда нас привели правила, Кадан? - спросил он, продолжая держать улыбку на губах, только при подобном тоне и выражении глаз улыбка стала издевательской.
   Кадан промолчал.
   - Правильно молчишь. В никуда. Правила привели нас в никуда. Может, это и хорошо. - Теперь от этой улыбки Кадану стало как-то неуютно. Элестер же растворил магию и медленно скрестил руки на груди. - Хорошо, что мы можем действовать иначе.
   - Но ведь правила были созданы ангелом, - недоумевал Кадан. - Наши отцы и матери, наши предки - первые стражи поклялись следовать им. А мы просто обойдем их?
   И вновь Элестер улыбнулся, пояснив:
   - Нет. Мы их не нарушим, мы их усовершенствуем...
   Кадан перенес вес тела на другую ногу и спросил:
   - А Адент?
   Элестер рукой указал на жезл, тихо напомнив:
   - Жезл верховного стража вновь вернулся ко мне, как и было до рождения Фредрика. Адент следит за нами и знает о моих планах. Если жезл после смерти Лундес переместился ко мне и до сих пор в моих руках, значит, я по-прежнему достоин небесного доверия.
   Элестер вовсе не собирался говорить, что лично контактировал с Адентом, и хоть это и было месяц назад, но старый эльф помнил слова ангела. Тот сказал, что хочет увидеть верховного стража в действии. Лундес мертва, но это не означало, что Адент не ждал действий от само собой победившего Элестера. Телестри понимал это. Он хотел доделать незаконченное дело, запереть Фавластаса за врата, вернуть спокойствие, ведь, в конце концов, он был рожден стражем.
   - Что ж... - Кадан задумался. - Я все думал, как новые стражи, которых вы тренируете, столько выдерживают. Целые сутки без отдыха, к тому же использование магии, самых сложных и затратных ее свойств. Такого вы не требовали даже от Фредрика, от нас. А они справляются. Как?
   - Я покажу.
   Кадан шагнул в сторону и замер, ожидая действий от старого эльфа. Тот поднялся на ноги и с необычайной легкостью раскрутился на месте, помогая себе руками. Вокруг стала виться белая сила. Она вмиг залила все его очертания ярким светом, потом вспыхнули и его глаза. Телестри поднял жезл верховного стража и стал крутиться на месте, вырисовывая в воздухе волшебные руны, создавая вокруг себя тройные, четверные, а то и сразу пять защитных полей. Над жезлом возникали белые шары разных размеров, вились потоки, и все эти заклинания возникали лишь с небольшой разницей во времени. Кадан пораженно смотрел на это. Нет, он видел эти манипуляции множество раз, но также знал, сколько сил требовала каждая из них.
   - Элестер? - послышался удивленный голос. Кадан обернулся. На площадку взобрался Лерут, напряжено наблюдая за манипуляциями Телестри. - Он же опустошит себя...
   - Опустошит, - согласился Кадан и хотел было шагнуть к Элестеру, но тот потушил жезл и убрал его себе за пояс. После чего смерил обоих стражей спокойным взглядом. Они же, к своему удивлению, не заметили на его лице ни тени усталости.
   - Как? - спросил Кадан.
   У старого эльфа даже не участилось дыхание и в глазах заиграли живые нотки, которые потухли четыре года назад. Он сказал им:
   - То, что вы прошли обучение давным-давно, не означает, что вы не должны являться на тренировки новых воинов. Я тренирую их по-новому, они стали более выносливыми, чем вы, и более осведомленными в магии. Вы оба были похожи на загнанных кроликов, когда я проделывал все это. Все ждали, что магия опустошит меня. Эмоции. - Он покачал головой. - Хватит. Я распустил вас. Мы и были загнанными кроликами у врат! С такими же напряженными взглядами, что я увидел сейчас. Это враг должен смотреть на нас так, когда его вновь запрут за вратами, а не вы на него, ясно?
   Оба мрачно кивнули, но промолчали. Он был прав.
   - Завтра все стражи будут на тренировке.
  
   Спустя несколько минут оба стража уже шли по джунглям в полном молчании. Они привыкли, что действия верховного стража не обсуждаются, и это правило они нарушать не собирались.
   - Я пойду спать. От ночи и так немного осталось. Чувствую, что потом не скоро выпадет такой шанс, - сказал Лерут.
   Кадан лишь кивнул, а Лерут свернул в сторону и исчез среди деревьев. Кадан замер, облокотившись на ствол дерева, он много думал. Еще недавно казалось, что они проиграли, и тут Элестер вдруг приободрился. События казались какими-то странными и непонятными.
   Вдали мелькнула тень, и Кадан поспешил нагнать ее.
  
   Скала осталась позади. Только отряд лучников миновал ее совсем другим путем. Рифус знал свое королевство лучше, чем кто-либо другой, он знал все входы и выходы в долину и не хотел привлекать внимание посторонних к своему уходу. Всего в отряде вместе с ним и Зиандом было четверо лучников. Они были верными подданными Рифуса. Поэтому, когда появился Кадан, на него уже были нацелены четыре стрелы. Он замер, давая им возможность разглядеть его.
   - Опустите оружие, - сказал Рифус.
   Кадан вышел вперед, как только лучники опустили оружие. Они кивком поприветствовали стража, а тот сказал:
   - Неужели ничто уже не сможет удержать вас здесь, король Эверли?
   - Короля, возможно, и удержало бы, но меня нет.
   - Я слышал, что корабль утонул, - сказал Кадан. - Очень горько за Лундес. Может, вам стоит подождать и не принимать решений в такой тяжелый момент? Иногда, скорбя, мы совершаем неправильные поступки.
   - Я полностью осознаю и отвечаю за свое решение.
   - И куда теперь?
   - К Фавластасу. Хочу посмотреть на жизнь в его Ликах.
   - Опасно, - заметил Кадан, однако в его глазах сверкал интерес. Ему и самому не терпелось в бой, поэтому он добавил: - Но стоит того.
   - Ты можешь присоединиться к нам, - предложил Рифус.
   - Благодарю за возможность. Я бы с радостью, но Элестер начал активно действовать и придумал способ усилить нашу магию. Глядя на его уверенность, я вспомнил, каким Элестер был до рождения Фредрика. Сильным, уверенным и живым.
   - Воспитание ученика ослабило его? - не понял Рифус.
   - Нет. Все было несколько иначе. Сначала ему подали сигнал, что родился тот, кто должен заменить его на посту верховного стража. Элестер не был настолько уж рад, что ему придется подчиниться человеку и стать просто первым эльфом графства. Но он решил, что раз уж ребенок когда-нибудь станет воином, который будет им руководить, то он воспитает его сильнее самого себя. Он и воспитал. Сегодня я увидел в нем нечто подобное: желание сделать из тех, кого он учит, лучших. Лучше, чем он сам. Пока он воспитывал Фредрика, он оставался таким, но когда Фредрик вырос, он передал ему руководство и ушел в тень. Раньше он много развивал магию, придумывал новые приемы и вечно был в деле. Потом этим стал заниматься Фредрик, и поскольку граф был намного сильнее, Элестер стал подчиняться ему, следовать за ним, как и мы все. Телестри забыл, что значит быть лидером, всегда деятельным. И сегодня он вспомнил об этом. Словно кусочек из прошлого вернулся. Так что я останусь.
   Рифус кивнул и протянул ему руку:
   - Удачи вам.
   Кадан пожал его руку:
   - И вам. Если увидите Скарлиза, передайте ему все то, что я только что рассказал вам о Элестере.
   - Разумеется. Прощайте!
   Рифус развернулся, и весь отряд словно призраки растворился в тропических зарослях. Кадан какое-то время стоял на месте, а потом поспешил вернуться. Даже там, возле самой скалы, где они говорили, уже были вражеские территории.

Глава 3

На острове

  
   Залив Бежевых Потоков
  
   Лундес Эверли очнулась от резкой боли в спине. Издав тихий стон, она попыталась выгнуться, и сначала ей это не удалось. Под позвонками чувствовалась влажная деревяшка, словно разбитое дно какого-то ящика. Тогда Эверли с трудом сглотнула и медленно открыла глаза.
   - О боги... - простонала она громко и протяжно. Жизнь вернулась. Да так неожиданно и странно.
   Лундес в очередной раз простонала, но на этот раз ей удалось перевернуться со спины на бок. Из-за этого деревяшка, на которой лежала эльфийка, заскрипела и сорвалась с торчавшего каменного шипа прямо в прохладную соленую воду. Лундес погрузилась с головой, и ее пробрало от холода. Этого хватило, чтобы окончательно прийти в себя. Судорожно взмахнув руками, она вынырнула на поверхность и с яростью отбросила плавающую теперь по поверхности деревяшку. Вокруг было очень темно, и первые мгновения Лундес не понимала, где находилась.
   - Почему? - испуганно прохрипела она. Дрожь сотрясала ее изнутри, поэтому эльфийка поспешила выбраться из воды, сама не зная куда. Кажется, то был плавающий стол. Забраться на него было непросто: он то и дело грозил перевернуться. И все же Лундес добралась до его центра и поджала к себе колени. На пару мгновений она замерла, затем медленно подняла глаза и, с трудом удерживая равновесие, подняла руки. С огромным трудом ей удалось призвать магию и тускло осветить ладонями пространство. Зато теперь она увидела что-то большое и деревянное. Будто огромный колпак накрыл ее, скрыв небо. Отовсюду лилась вода, и деревянное основание покачивалось и поскрипывало, каждый раз, когда снаружи набегала волна. Лундес напрягла глаза и разглядела каменный шип, на котором еще недавно она висела со своей деревяшкой.
   "Рифы", - осознала она. "Это корабль", - промелькнула мысль.
   - Как я оказалась на корабле? - Последний вопрос она задала вслух в пустоту. Кроме нее внутри тех деревянных останков больше никого не было. Корабль напоролся на рифы? Поэтому он утонул или повис? Лундес встряхнула головой. Да какая разница, повис он или уже тонул, когда его выбросило на рифы. Вопрос был не в этом. Каким ветром ее на судно занесло? Она запомнила, в каком месте и в каком состоянии оставила свое тело, последовав в видение. Она была в лесу, в Гаспаре, в пригороде Берона. Сражалась с эсмелеем Освальдом и победила его. Далее ее дух провалился в видение, а тело осталось Владимиру.
   - Владимир, - тоскливо произнесла она его имя. Не нравилось оно ей. Вечно, когда ее жизнь хоть как-то была связана с именем принца, происходил полнейший абсурд. Корабль-то здесь при чем?
   Стол противно скрипнул (Лундес сделала слишком резкое движение) - вода заплескалась у основания. Было темно и не было видно дна. Возможно там, внизу, и не было дна, лишь раздробленный потолок трюма. Судя по всему, корабль перевернулся, а сверху чернело его днище. Именно оно и накрыло принцессу. Озираясь по сторонам, эльфийка все пыталась разобраться, как она оказалась на судне. Она помнила видение, прощание и слова Фредрика, помнила Адента и других ангелов, помнила яркий свет, свое обещание, данное графу, что она непременно вернется и будет жить дальше. И она сдержала обещание, ведь после ухода Фреда задержалась в видении лишь минут на десять, не больше, а затем постаралась вернуться в тело. И вернулась. Но как?! Как она могла попасть на корабль за десять минут? Неужели прошло больше времени? Это ее волновало. А еще она тянула время, потому что боялась, что выхода не было, а был лишь шанс утонуть в попытках выжить.
   Возвращаться в воду ей не хотелось, тем более погружаться в нее с головой, но другого выхода она не видела. Если в трюме и были двери или люки, то они ушли под воду, и чтобы выбраться, надо было искать выход под водой. Однако не только холодная вода пугала Эверли, но и опасные обитатели морских глубин, если, конечно, таковые были в тех краях... Да она даже не знала, в каких краях оказалась.
   Вздохнув и набравшись не только воздуха, но и храбрости, она осторожно погрузила обе руки в темную воду и начала грести, медленно, чтобы искореженный стол ненароком не погрузился под воду раньше времени. Сначала нужно было подплыть к стенке, а уж затем погружаться в воду целиком и искать в ней проход. Эверли гребла до тех пор, пока стол не столкнулся со стеной. Корабль застонал, а эльфийка поспешила схватиться за края своего "плота", так как от столкновения он изрядно накренился.
   Теперь Лундес вновь обратилась к магии. Глянула на свои ладони - они все еще едва заметно светились - и сосредоточилась на своих ощущениях, желая усилить приток силы. Организм ее противился этому: все легкие раны и порезы сразу же заболели, голова закружилась и стало очень холодно, но Лундес предпочла быть защищенной полем, пусть и ослабленной. Что она знала точно, без поля она в эту темную муть не полезет.
   Магия постепенно усиливалась, и в какой-то момент руки принцессы вспыхнули, осветив перевернутый трюм. Лундес широко улыбнулась:
   - Отлично.
   Она в очередной раз глубоко втянула в себя воздух и медленно погрузилась в воду, чувствуя себя уже значительно увереннее. Ее собственные руки стали для нее подводным светом. Она увидела и затопленные деревянные стены, и проход, куда немедля поплыла. Дышать под водой она не умела, и магия в этом деле не стала ей помощником. Скользнув в дверное отверстие, эльфийка увидела свет и устремилась ему навстречу, на поверхность, не теряя ни секунды. Еще немного усилий, и она сделала свой блаженный вдох морского воздуха, увидела наконец звездное небо, сверкающее в проломанном днище другой части судна. Уровень воды там практически достигал "потолка", а острый кусок скалы помог бы окончательно дотянуться до отверстия. Лундес не тратила время на раздумья. Понадеявшись на удачу, впервые за долгое время, она схватилась за каменный выступ, подтянулась и выбралась из воды. От резкой боли в спине она щелкнула зубами и все же продолжила движение, пока не выбралась через поломанное отверстие в днище наружу. Ее тут же обдуло прохладным морским бризом.
   "Уже лучше", - мысленно успокаивала она себя. А ведь все и впрямь складывалось неплохо: вдали виднелись огни побережья, темные мачты раскачивались вдоль берега, были слышны голоса, а дальше чернели покрытые листвой деревья. Лундес задумалась. В Бероне листва еще не успела раскрыться и покрыть леса. Эльфийка хорошо помнила, насколько серым и некрасивым выглядел лес в первый месяц весны. Но на берегу, возле которого она оказалась, было много деревьев с листвой. Неважно, что была ночь. Все было видно при свете многочисленных огней, разбросанных по берегу. А вдали так же легко различимые ночью возвышались гигантские стены какого-то города. Они напоминали далекую мрачную крепость.
   Лундес напряженно посмотрела вниз: теперь ей предстояло доплыть до берега, а значит, нужно было вновь вернуться в воду. И хоть ей и было нехорошо, но она стала осторожно спускаться, пока вновь не оказалась в море. Холодные потоки сомкнулись над ее головой. Перед глазами все кружилось, она с трудом вынырнула наружу и принялась упорно плыть к берегу. Руки плохо слушались, виски будто кто-то беспощадно сжимал.
  
   Тем временем на берегу появились две невысокие худощавые фигуры. Они намеренно отошли в сторону от пирса, туда, где их сапоги утопали в песке. Оба держали в руках по мечу.
   - Нет, нет! Отойдите, отойдите друг от друга! Неправильно! - послышался сварливый голос третьего. Оба мрачно посмотрели на очередного представителя невысокого народца, спешившего к ним по ночному побережью. В одной руке его был фонарь, а другой он активно махал им, при этом что-то бормоча себе под нос. Что-то невнятное.
   В какой-то момент он заорал уже во все горло:
   - Да разойдитесь же!
   Оба глянули друг на друга и стали расходиться. Гном, наконец, прокопался к ним и подошел к тому, что стоял справа от него:
   - Эй, Ма?рло! - сказал он, осветив лицо одного из двоих соперников. Им оказался юноша, человек, лет девятнадцати, с темными густыми бровями и непонятного цвета глазами. Твердо глядя на противника, этот парень по-разному перехватывал меч и пытался понять, как лучше атаковать. - Перестань! Замри.
   Гном долго еще качал головой, всем своим видом показывая, что ему стыдно за обоих.
   - Что не так? - возмутился Марло.
   - Еще дальше! Еще! - гном подтолкнул паренька, а сам странным покачивающимся шагом возник перед вторым и поднес к его лицу фонарь. Эльф, тоже молодой, даже слишком - лет семнадцать. - И ты не забывай о правилах. Думаешь, уши острые, можно правила нарушать? Мой паренек знает толк в драках, так что ты не наглей.
   Марло сморщился, переступил с левой ноги на правую и раздраженно сказал:
   - Не мешай, дядя Ба?рли. Не мешай, мы сами разберемся!
   - А я вижу! - фыркнул гном. - Дуэль они, видите ли, устроили. Хотите сражаться - учитесь сражаться как мужчины, а не как дети. А если не доросли, отдайте мне мечи.
   Он встал между ними, поставил фонарь в песок и упер короткие руки в бока.
   - Правила? - не понял эльф. - Я знаю правила!
   - И я знаю! - тут же сказал Марло.
   Гном встал рядом с фонарем. Теперь его контуры были подсвечены. Особенно оригинально светились волоски на его русой бороде.
   - Во-первых, дуэли, если вы не звери, не дикари, не больные колдуны и не на поле битвы, - так вот, дуэли из-за ссоры никогда не должны заканчиваться чьей-то смертью. Ясно?
   Оба кивнули. Эльфа гном немного смешил, ведь на дуэлях остроухий дрался не раз и знал все, что ему было нужно.
   - Второе, - громко объявил гном, одарив обоих суровым взглядом, - правило!
   Эльф вопросительно вскинул бровь, Марло хмыкнул, вновь поменяв стойку. Когда бы уже приступить к битве? Не терпелось ему.
   Гном же не спешил сообщать второе правило. Он почесал бороду и вдруг спросил:
   - А повод какой? Из-за женщины небось! - И, не дождавшись ответа, продолжил рассуждать: - Нет, женщины - это, конечно, хорошо. Вот это я понимаю. Горячая молодая кровь! Да. Вот тебе, эльф, правда, еще рано. Мой Марло уже скоро станет мужчиной, а ты семнадцатилетний эльф, ты еще... мелочь.
   Марло улыбнулся весьма самодовольно. Эльф разозлился:
   - Мелочь?! Между прочим, женщина тут ни при чем!
   - Вот-вот, - согласился Марло. - Так что, дядюшка, отойди-ка, мы сами все выясним.
   - Нет. - Гном Барли пробурчал что-то невнятное - наверное, ругательство - и мрачно спросил: - Так за что же боретесь?
   - Он украл мой клад! - заявил эльф, указав на Марло.
   Гном распахнул глаза и чуть было не пнул ногой фонарь, тут же спросив:
   - Какой клад?! Где?
   Молодежь переглянулась и указала на корабль...
   - С чего вы взяли, что там есть клад?
   - Вот я и собирался это выяснить, а этот... - начал было эльф, но Марло резко перепрыгнул через гнома и с разбегу повалил конкурента в песок.
   - А ну, прочь, ума лишился?! - взревел Барли и кинулся разнимать их, но те уже успели сцепиться, как дворовые коты. Они даже рычали почти как животные. Гном присоединился к ним, и его поспешно повалили в песок. Он старался отодрать их друг от друга, да и от себя, а они то и дело поднимали клубы песка, продолжая борьбу.
   - Дикие! Дикари! Пусти его! - орал гном сквозь сбитое дыхание, и его тут же засыпали песком. - Хватит! Хватит! Мар! Мар, хватит, ты же мужчина! - все восклицал гном, а потом буквально вцепился в волосы своего ученика. В итоге тот задушил свой гнев и, тяжело дыша, отскочил в сторону. С него посыпался песок. Эльф тоже отошел, но его глаза горели ненавистью. Прокружившись на месте и стараясь успокоиться, он замер спиной к гному и человеку.
   - Повернись лицом! - потребовал Мар и вытер кровь с губ, но эльф теперь уже смотрел совершенно в другую сторону и игнорировал любые слова. Вдали, из воды, пошатываясь, выбралась темная фигура и рухнула на колени, проползла чуть-чуть вперед и распласталась на песке.
   - А ну... - Мар занес руку, но тут же замер, посмотрев туда же, куда и эльф: - Там женщина! Дядя!
   - Великие, где... - гном осекся и глянул вдаль.
   Эльф дернул головой и помчался вперед. Гном и Марло поспешили за ним, но гном заметно отставал, хоть и бежал неплохо.
   - Вале?нти! - грозно прокричал эльфу Марло.
   До женщины молодые добежали одновременно, затем склонились над ней.
   - Она дышит? - спросил Марло.
   Валенти медленно опустился на одно колено и коснулся рукой коротких черных волос женщины:
   - Эльфийка, - объявил он.
   - И что? - проворчал подоспевший гном Барли. - А ну, руки прочь! Дышит?
   Марло стал внимательно разглядывать ее и прошептал:
   - Какая красота, просто поразительно...
   - Они опасны, - перебил его Валенти, и гном с человеком недоуменно посмотрели на него.
   - Они? - не понял Марло.
   - Они. - Валенти указал на женщину. - Северные эльфы.
   Марло покачал головой и заметил:
   - Ты тоже эльф.
   И тут внимание Валенти привлекло нечто на шее эльфийки. Он потянулся к ней, отвлекая словами других:
   - Я не северный эльф, мы совершенно другие.
   - Что ты делаешь? - Марло сморщился от отвращения. - Хочешь украсть вещь у беспомощной женщины?
   Валенти отмахнулся и коснулся рукой небольшого кулончика в виде белой кошечки, выгнувшей спину.
   - Белое золото...
   - Она может быть колдуньей! - предупредил Марло. Его глаза сузились в две небольшие щелки.
   - И что?! Мы-то хотим помочь! - тут же подхватил гном.
   Валенти уже вновь потянулся к кулону, готовясь сорвать его, как вдруг Лундес пришла в себя и бешено распахнула глаза. Огромная магическая волна вырвалась из ее рук и отбросила всех троих. Эверли быстро поднялась на ноги и круто развернулась, пытаясь сориентироваться.
   Марло отступил. Валенти вскочил на ноги, но Лундес вновь развернулась, ловко прижав его к себе и сдавив ему горло.
   - Мне ничего не стоит свернуть твою шею, мглистый, - предупредила она холодно, оглядывая замерших гнома и человека. Те замерли.
   - Ты знаешь, что я мглистый? - удивился Валенти.
   - Это легко определить. Ты еще слишком мал, чтобы понять. Кто вы? - вопрос прозвучал жестко, она требовала немедленного ответа.
   Эльф попытался вырваться, но Лундес еще сильнее сжала его горло:
   - Думаешь, раз я женщина, то в подметки тебе не гожусь? Юнец... - Она гневно сверкнула глазами, эльф тоже. - Сколько крови на твоих руках?
   - Что? - не понял эльф.
   - Что? - насторожились Марло и Барли.
   - Сколько крови?! - Лундес с трудом сглотнула: она еще не пришла в себя, но ослаблять хватку не собиралась.
   Валенти недовольно скорчился, затем мрачно ответил:
   - Мало, и потом, они сами того заслуживали. Кто такая? Откуда узнала, ведьма?
   - Знаю я таких, как ты. Не раз видела - диких и глупых. В твоих глазах только обида и жажда наживы.
   - Ты убьешь меня? - спросил Валенти.
   Лундес замерла. Замерли и гном с человеком. Тишину нарушил топот копыт, поблизости замелькали факелы.
   - Ты убьешь меня? - повторил свой вопрос Валенти и добавил: - Интересно, какова цена за убийство эльфа? - Он посмотрел на чернеющие останки корабля, что болтались на рифах. - Я знал, что ты какая-нибудь пиратка или контрабандистка. Сокровища небось охраняешь...
   - Ты видишь сокровища? Не пытайся отвлечь меня, - предупредила принцесса, однако хватку ослабила. - А вы? Кто вы двое такие?
   Гном и человек в тот момент тоже смотрели на корабль, поэтому отреагировали не сразу. Потом Марло покосился на приближающиеся огни и пояснил:
   - Патруль. Отпустите его. Вас посадят в темницу: этот эльф, - он указал на Валенти, - дружок кого-то из стражников. Вор.
   Валенти лишь покачал головой, мол, говори, дружок, говори, а потом поглядим, что будет дальше. Свет между тем становился все ближе. Лундес уже видела, как местная охрана идет к ним по пирсу.
   - Сейчас они увидят, и... - Валенти прикрыл глаза. - Пусти. Нам обоим тюрьма не нужна, эльфийка, а то сокровища, что на твоем судне, растащат другие.
   - Глупец, - мрачно сказала Лундес, затем толкнула эльфа в песок, недовольно посмотрела на него и заявила: - Так плыви за сокровищами.
   Валенти смерил ее ехидным взглядом, после чего развернулся, зашел в воду и у всех на глазах поплыл в сторону корабля. Марло спрятал меч и уже был готов последовать за эльфом, но Лундес его остановила:
   - Не стоит. Нет там никаких сокровищ.
   Теперь все трое обернулись. Охрана уже подступала к ним по песку. Лундес сощурилась от света факелов.
   - Что тут происходит? - обратился к ним один из стражников
   - Прямо сборище какое-то, - подхватил другой. Лундес молча смотрела ни них. Они тоже посмотрели на нее, даже поднесли факел ближе:
   - Так-так. Не поздновато ли купаться, а?
   - Какое вам дело? - тихо, без злобы, спросила Лундес.
   Ее миролюбивый тон смягчил стражников. Должно быть, они были не в духе и хотели сорваться на ком-нибудь. Не вышло. В любом случае за купание в море никто никого не сажал. Может, они хотели от нее чего-то другого, но она просто смотрела на них, устало и безразлично. Ее одежда была покрыта песком, с волос капала соленая вода, кожа была и без того бледная, а уж в свете луны принцесса и вовсе походила на восставшего мертвеца. Но самое главное, что именно восставшим мертвецом она себя и ощущала. Лундес трясло, она устала, и ей было очень одиноко, так что, прикрыв глаза, она понадеялась, что ситуация разрешится без ее участия. Еще она жалела, что использовала магию против эльфа, человека и гнома. Справилась бы и так, а теперь совсем ослабла и опасалась рухнуть без сознания среди незнакомцев.
   - Эй ты! - Стражник резко развернул юношу и рывком выдернул его меч из дешевых ножен.
   Тот хотел было помешать ему, но гном Барли тихо шепнул:
   - Нет. Пусть берут. Оставь.
   - Это побудет у нас. Невоенным меч запрещено носить...
   Марло не удержался и выступил вперед:
   - И что же? А если саа?ги нападут? Мы-то не за высокими стенами города, как же нам обороняться?!
   - Марло, - проворчал гном, но не агрессивно, скорее покорно. - Не надо, не стоит оно того. Они лишь выполняют приказ.
   Стражники кивнули в сторону гнома и сказали мальчику:
   - Послушай коротышку. Его народ почти весь вымер, а он вот живой тут стоит, значит, умный.
   Развернувшись, они зашагали в обратную сторону. Марло какое-то время угрюмо глядел им вслед, затем потупил взгляд.
   Лундес посмотрела на него и тихо сказала:
   - Не расстраивайся.
   Она тускло улыбнулась.
   Гном похлопал парня по спине, а Марло посмотрел в светящиеся глаза Лундес:
   - Я видел твою светлую магию, ты из города? Ты ведь не пиратка: в тебе слишком много белой магии.
   Она вновь скромно улыбнулась.
   - Правда? - устало поинтересовалась она - Мне казалось, что во мне света не осталось. Я маг, верно, но нет на корабле никаких сокровищ.
   Барли скривил губы, и тут его осенило. Он гордо сообщил уверенным низким голосом:
   - Ты какая-нибудь волшебница-посланница. По пути на вас напали враги и разбили корабль. Выжила только ты, и теперь тебе надо попасть за стенки в город, пока враги не узнали, что ты тут среди отбросов.
   - Отбросов? - не поняла Лундес.
   - Отбросами мой дядюшка называет нас, - пояснил Марло. - Вы, видно, из очень высоких кругов, что даже не знаете о нас.
   Эверли нахмурилась. Она все пыталась понять, о чем они говорили, но никак не могла. Ее приняли за важное лицо. Вот только хорошо это было или плохо, сыграло бы ей на руку или нет - этого она не знала. Фредрик учил ее импровизировать на ходу, подыгрывать. Он говорил, что для мага, для стража, для аристократа, в конце концов, это необходимое качество для выживания.
   - Мне нужно знать... - Она приблизилась к ним и продолжила: - Видели ли вы кого-нибудь еще с судна и с чего вы решили, что там сокровища?
   Гном покосился на своего воспитанника и подхватил:
   - Ну! Говори, мне и самому интересно, чего это ты с этим негодяем связался, да еще все твердил про сокровища.
   - Был ли еще кто-нибудь на судне? - вновь спросила Лундес, перебив гнома. - Живой?
   Она замерла, ожидая ответа. Хотела узнать, как оказалась на корабле, кто ее вез, куда и что, в конце концов, произошло за то время, пока она отсутствовала.
   - Не знаю, - Марло пожал плечами. - Это эльф твердил, что там должны быть сокровища. Он вообще дикий и опасный, но не силой, а подлостью - может зарезать со спины. А еще он любит наблюдать за портом. Нападает на шлюпки, когда те пристают к берегу. Грабит товар. А тут судно, разбитое в пух и прах с помощью магии. Это ведь видно, эльфы и люди на такое нагляделись, вот и видят сразу, где пушки поработали, где маги. На берег вынесло шлюпку, пятеро живые были, их тут же утащили куда-то охранники порта. Может, в город, может, еще куда. Остальные вроде все мертвецы.
   - И много? Мертвецов? - ужаснулась Лундес.
   - Не знаю. Я не видел, все эльф. Могу лишь сказать, что противники ваши явно были сильные маги. В ту ночь был настоящий ураган.
   - Да, - согласился Барли, - давно я такого шторма не видел. Все сразу поняли, что война магов. Эсмелеи, должно быть.
   - Эсмелеи, - тихо повторила Лундес, опасаясь, что эсмелеи то и были. С этого момента она стала еще сильнее волноваться за Ми?ло. Глэ?дис и Владимир не вызвали у нее таких переживаний. Как бы они ни старалась, но, даже понимая, как на самом деле погиб Фредрик, она не могла хорошо к ним относиться. Зелье? Пусть так. Однако теперь ей предстояло начинать новую жизнь без Фредрика. Так что ей было все равно, что стало с Владимиром. А Мило - был ли он на судне, выбрался ли из Берона живым? Неужели нет? Неужели не выбрался и погиб?
   - Те живые, кто их увел? - спросила она.
   - Я, кажется, сказал кто. - Марло напомнил: - Охрана порта.
   - И куда их могли отправить?
   - Ну, если все на корабле были магами, то, думаю, стража отвела их за стены в город, в безопасность, и, возможно, они уже на аудиенции у советников. Если нет... кто знает? Разве что негодяй эльф и знает. Он же следил, он же везде сует свой нос и острые уши. Только бы поживиться.
   - Так с чего он решил про сокровища? - все никак не могла разобраться Лундес. Она на самом деле и сама понятия не имела, что это был за корабль, на котором ее везли, и кто был на борту. Ничего не знала про команду и были ли ценности на судне, лишь хотела узнать, где Мило и что произошло с ней.
   Марло ответил:
   - Эльф, думаю, рассудил просто. Корабль разбился, и на его уничтожение и преследование, судя по магическому шторму, тратили силы сильнейшие темные маги. Вот и он и решил, что на корабле было много ценностей. Это так?
   Барли толкнул парня в бок и буркнул:
   - Не лезь не в свое дело...
   Лундес замерла под пристальным взглядом Марло, потом отрицательно покачала головой и сказала:
   - На борту ничего не было. Как мне попасть за стены?
   Они переглянулись:
   - Сложный вопрос. Это зависит от того, кто вы и ждут ли вас там. За стенами живут только лучшие, как говорят, только маги, высшие чины и народ - вроде как истинные жители Марте?нзи. А все остальные - воры, преступники, бедняки и прочие - отправляются за стену, и путь внутрь для них закрыт.
   - А как они узнают, кто вор, кто убийца? - спросила Лундес. Ей это не нравилось. Как можно отправить кого-то умирать за стену, когда идет война?
   - Они же маги, - не удержался от презрительного тона парень, и гном в который раз толкнул его, указав настороженным взглядом на волшебницу.
   Лундес немного помолчала и задала очередной вопрос:
   - Разве никто не может пробраться в город через стены? Тайком, поверху. Если столько воров и преступников собрались разом в одном месте, разве никто не пытался и не смог?
   Гном фыркнул:
   - Пытались, и не раз. Но только те, кто вообще далек от магии и недалек умом. Город защищен не только этой стеной, но и магией. Речь о сильнейшем поле, которое не пропустит чужаков. Не пропустит как врагов, так и "лишних своих".
   - А охрана? Тоже маги?
   - Некоторые да, некоторые нет. Центральные ворота, конечно, охраняют маги. Наше поселение вокруг стены - тоже часть города, и уверяю вас, что даже не малая его часть. Своя стена у нас тоже имеется, но она гораздо слабее и самая внешняя. Да и охраняют ее не маги, а простые стражники.
   - Ну, допустим, я маг и у меня важное послание к совету. Как мне добраться туда? - поинтересовалась Лундес.
   - Вам нужно идти к главному входу, там есть официальный представитель коронного магического зала. Вы изложите ему суть дела, и он обязательно договорится, чтобы вас провели внутрь. Конечно, не раньше, чем обсудит ваш визит непосредственно с советниками.
   - Но это же абсурд. Что, если дело тайное, касается только советников и сообщить о нем я могу лишь советникам? Как же тогда?
   - Тогда вам придется убедить представителя, что советники вас ждут, или сообщить, что дело не терпит отлагательств и может быть изложено только советникам, - пояснил Барли. - Потом ждать и надеяться, что представитель довольно быстро уточнит, так ли это.
   - А если советники не знают о моем приезде? Если это инициатива с моей стороны и со стороны тех высших лиц, что меня послали? - Импровизация, решила Лундес. Только импровизация.
   - Сейчас война. Все высшие лица, которые контактируют с советом, полагаю, знают об этом, так что не стали бы посылать кого-то в замок без договоренности. Она у вас есть?
   - Что?
   - Договоренность, какая-нибудь бумага, - объяснил гном.
   - Не многовато ли вы знаете о таких официальных вещах для, как вы себя назвали, "отброса", а?
   В ее голосе не было презрения и неприязни. Она назвала его так, как он сам называл себя, и своим тоном показывала, как глупо было опускать так низко самого себя.
   Гном покачал головой и проворчал своим басом:
   - Про представителя всем известно. Мы не раз пытались прорваться на аудиенцию к советникам, чтобы изложить наше опасное и жалкое положение и ждать, что нас пропустят за стены. И каждый раз представитель повторял одно и то же. То, что я рассказал вам.
   - И как это происходит?
   - Заходишь к нему в сопровождении стражи, он поднимается и разглядывает тебя, словно ты жертва, которую он собирается расчленить и ограбить...
   - Уверена, вы преувеличиваете, - не поверила Лундес.
   - Нет, нет, не преувеличиваю. Именно так. Он разглядывает одежду, прикидывает, кто мы, откуда, с какой целью, а затем делает выводы и начинает говорить с тобой соответственно твоему положению.
   - Он маг?
   - Маг. Помню, я пришел тогда к нему, он изучил меня, а далее спокойно спрашивает: "Чем я могу помочь?" Я ему отвечаю, что мне нужно поговорить с советом, что я и мой приемный сын голодаем, что мы не воры и умеем работать руками. И не хотим погибнуть, если враги нападут. Он выслушал и говорит: "Вы можете доказать мне это?" Представляете! Доказать! Как я могу доказать? То, что я не вор. Они могли бы посмотреть в свои дела, последить за моей жизнью. Как еще я могу это доказать?
   - Но, вероятно, у них и вправду нет выбора. Как они поймут, что перед ними честный гном, а не вор? - Лундес не видела в этой системе ничего ужасного. Она даже понимала ее. И сразу же вспомнила тирана Георга. Вот там, если бы гном осмелился явиться с такой просьбой, никто не стал бы вежливо с ним говорить: гном бы давно уже болтался на виселице или лежал бы в могиле с отрубленной головой.
   - Проклятье! Да, ты точно волшебница, одна из них. Вот сама мне скажи, я похож на вора? Если да, то почему говоришь со мной?
   Лундес устало покачала головой:
   - Пообщавшись с вами, я, возможно, могу судить, вор вы или нет. Представитель не просто так задавал вам вопросы. Обычный способ. Представьте, сколько таких просителей является к нему. Уверена, не все настолько честные, как вы. И если всем он будет верить на слово...
   - Но вы же маги! Проверьте магически! - не выдержал гном.
   - Вы явно далеки от магии. Не думайте, что для любого мага так просто лезть в чужую голову, и уж тем более для хорошего мага. Это запрещено.
   - А я разрешу лезть в свою голову, лишь бы они мне поверили и пустили за стены!
   Марло все это время с печальным лицом стоял в стороне, скрестив руки. Лундес вздохнула:
   - Если я отправлюсь к представителю, я попробую замолвить за вас слово.
   Гном тут же посмотрел ей в глаза:
   - Вы серьезно?
   Лундес кивнула.
   - Ну, за это надо выпить! - приободрился он. - Я пойду приготовлю ужин, вы ведь погостите у нас, вам ведь пока что некуда идти...
   Эверли не успела сказать и слова, как гном умчался в сторону пирса, и какое-то время Марло и Лундес следили, как мелькает его черная фигурка вдали и слышится скрип досок под его ногами.
   Некоторое время оба молчали, затем Марло тихо сказал:
   - Вы простите его. Вы не первая, кому он рассказывает все это. Не первый маг, если быть точным. Если он чувствует, что рядом кто-то из высших кругов, то тут же пытается доказать им что-то. Все это время он и ждал от вас этих слов - про то, что вы поговорите с представителем.
   Лундес в который раз тяжело вздохнула, Марло забеспокоился:
   - Просите нас. Мне так стыдно за него. Вы едва стоите на ногах, а мы сразу же загрузили вас своими проблемами. Наверное, мы и правда дикие совсем в ваших глазах. Может, и верно, что нас отделяют стеной.
   Лундес положила руку ему на плечо.
   - Дело не в этом, - возразила она. - Просто я не уверена, что смогу помочь вам, хоть и постараюсь. Возможно, я сама не попаду туда, а мне очень нужно попасть. Если... если... - Она замерла: - Я хочу найти своего друга, он воз... нет, он точно был на борту, и я хочу убедиться, что он был среди живых. Я должна попасть в город. Поэтому я, так или иначе, отправлюсь к представителю и попаду на аудиенцию.
   Марло улыбнулся и просто заметил:
   - Ну что ж. У вас гораздо больше шансов попасть туда, чем у меня или у моего дяди. Вы - маг, белый маг, и, кажется, не слабый. Это понравится представителю.
   - А у ваших врагов магия есть?
   - У саагов?
   - Да. У саагов.
   Марло кивнул:
   - Мглистая вроде. Они оборотни и частенько "благоухают" как мглистые. Хотя в такие времена опасаются разных магов.
   - Этого я и боюсь. Раз идет война, то меня скорее не пропустят в город, чем вас. Я маг, а вы нет. Я скорее могу оказаться вражеским шпионом, верно...
   - Но у вас же послание к советникам. Вы же...
   - Я не говорила так. Я сказала, а что, если бы у меня было послание. А у меня его на самом деле нет. И судно мое случайно забросило сюда.
   - Да, - Марло понурил голову, - проблема.
   - Еще и какая, - согласилась Лундес.
   - Мой вам совет. Не говорите дяде пока. Хоть поедите и будет крыша над головой.
   - Сначала я хотела бы осмотреться в городе. Сама. В одиночку.
   - Конечно. - Марло размял плечи. - Без проблем. Позвольте, я лишь покажу вам кое-что. Не клад, конечно, но это прибило к берегу. Уверен, что с вашего судна. Мне удалось спрятать это еще до появления эльфа. По праву все это ваше.
   Он жестом позвал ее за собой.
   Какое-то время они шли по темному берегу, затем вышли на песчаную тропу и двинулись вперед на небольшую возвышенность.
   - Стойте здесь, - сказал он, после чего стал ногами отмерять шаги и все время поглядывал на дерево, что росло чуть в стороне. - Было бы светлее, было бы лучше видно, где недавно копали, а так... - послышался голос из темноты. Потом вытащил из-за дерева лопату и стал копать, да так ловко и быстро, что вскоре на поверхность с грохотом поставил сундук и раскрыл его.
   - Одежда, - изучив клад, сказала Лундес. Она с интересом склонилась над сундуком. Кому принадлежала найденная одежда, эльфийка явно не знала, но тогда ей было все равно. Да. Рифус бы ее за такое живьем съел. Принцесса носит не пойми что! - Хорошо, что земля не попала внутрь.
   - Ну, я же аккуратно.
   - Зачем было закапывать сундук с одеждой...
   - От эльфа, он бы забрал все себе.
   - Женскую одежду? - не поняла Лундес, затем повнимательнее изучила вещи.
   - Мужскую одежду, - поправил Марло. - Простите, другой нет.
   - И ты сразу же решил, что одежда моя. Как понял, что она мужская, - заметила принцесса. Нет, Рифус бы ее точно не простил. В кого она превратилась?
   - Ну, вы же, маги, не носите платьев. Что женщины, что мужчины, - начал оправдываться паренек.
   Лундес оторвала свой взгляд от сундука.
   - Кто тебе сказал этот бред?
   Тот потупил взгляд и поспешил сообщить:
   - Я, пожалуй, пойду. Если хотите найти наш дом, то это несложно. Спросите, где живут Хорсты, вам в любой таверне скажут.
   Он поспешно растворился в ночной мгле.
   Лундес стремительно развернулась и, склонившись над сундуком, стала рыться в нем. Она напряженно вглядывалась в каждую складку, хоть отлично понимала, что искать жезл там было глупо. В каком-то сундуке. С чего бы ему там быть? В какой-то момент она села возле откинутой крышки сундука и провела руками по лбу.
   - Так. - Эверли покосилась на чернеющее море. Это нужно было постараться так засидеться в видении, чтобы жизнь настолько сильно изменилась. Лундес зло брало. Как она могла быть такой глупой? Ведь Фредрик говорил, что в видении нельзя находиться долго. И что теперь? Если Мило погиб, пытаясь защитить ее, она бы себе этого не простила. К тому же она считала, что потеряла жезл Фредрика. По ее мнению, оружие могло остаться на судне или оказаться на дне моря.
   Разволновавшись, принцесса поднялась на ноги, убрала одежду в сундук, временно опустила его в раскопанную яму, чтобы не так бросался в глаза со стороны, затем завернула рукава и быстро направилась обратно к берегу, где шумело немного стихшее море. Она прошла только два шага, когда перед ней вспыхнул свет. Отпрыгнув назад и издав нервный возглас, она чуть было не свалилась в яму на сундук.
   - Все в порядке? - послышался уже знакомый голос. Лундес, едва устоявшая на краю ямы, выпрямилась и придержала рукой волосы, которые ветер упорно сдувал ей на лицо.
   - Слава Ралусу! - воскликнула она и к своему величайшему удивлению и к удивлению самого ангела кинулась к нему и обняла. - Адент, как же я рада вас видеть!
   Затем она опомнилась и поспешила отойти в сторону, тихо извинившись:
   - Простите, я не хотела.
   Адент мирно сказал:
   - Я рад, что мы поладили, Лундес.
   - Это чудо, что вы здесь, Адент. Я вообще ничего не понимаю. Где я, зачем, но самое главное - как?
   - Месяц - большой срок.
   - Месяц? - ахнула эльфийка. - Но ведь я ненадолго задержалась в видении.
   - Душа не всегда верно воспринимает время, выходя из тела, - пояснил Адент. - Я рад, что ты жива. Хоть другие уверены, что нет. Даже Фавластас. Это тебе на руку.
   - Как насчет остальных? Мне бы жезл найти...
   - Он у Элестера. После ухода Фредрика мы все, честно говоря, не верили, что ты вернешься.
   - Кто это - мы? - осторожно спросила Лундес.
   - Ангелы. Жезл сам оказался у Элестера, когда ты вроде как была признана мертвой. Ты была близка к этому. Я думал, что ты уже не вернешься. Никто не ожидал от тебя месяца. - Адент явно чувствовал себя виноватым из-за того, что поспешил с выводами, но потом добавил: - Я рад, что ты не сдалась. И не важно, что жезл у Элестера, это еще не проигрыш.
   Лундес кивнула:
   - Я не хочу, чтобы кто-нибудь пока знал о том, что я жива.
   - Никто и не узнает. Я не вмешиваюсь в это.
   - Я могу задать лишь один вопрос? Мне очень важно знать.
   - Что произошло за месяц?
   - Нет. Жив ли Мило, был ли он на судне?
   - Вопроса была два, - заметил Адент.
   - Да. Не умею я по одному, - призналась принцесса, передернув плечами.
   - Мило жив, и он за стенами города. Я ответил на твой вопрос?
   Лундес кивнула:
   - Благодарю вас, святейший!
   Тот слегка опустил глаза и исчез. В этот момент ветер резко поменял направление и, перестав дуть в спину, бросил горсть песка Эверли в лицо. Она сморщилась и развернулась. При этом она подумала, что пора сменить одежду и отправиться в город, а то на берегу становилось уж очень неуютно, волны опять набирали силу. Хорошо, что Адент пришел до того, как она бросилась к перевернутому кораблю в поисках жезла. Лундес посмотрела на волны - темные и неприятные.
   - Да. Хорошо, - сказала она вслух.

Глава 4

Записка

  
   Собравшиеся замерли. В темноте их непросто было разглядеть, не старались они выделяться. Как раз напротив - стремились затеряться и раствориться. Это были сааги, те самые враги, о которых упоминал Марло. Их было всего четверо и на вид они были простыми людьми. Ничего особенного, сказал бы непросвещенный. К тому же они были напряжены и спешили покинуть то место, желая оказаться на своих территориях.
   - Обмен совершен, - объявил один из них. - Возвращаемся в лагерь.
   Однако им не удалось далеко продвинуться. Из темноты послышался крик:
   - Засада!
   - Быстрее! - скомандовал другой голос.
   Сааги помчались вперед, что крайне удивило их преследователя - женщину.
   "Насколько же важная информация у вас в руках, раз вы трусливо бежите с поля боя, только бы доставить ее", - подумала она.
   Впрочем, раздумья нисколько не тормозили ее действия. Одного саага она нагнала, повалила на землю и резким движением рук свернула ему шею, другого шустро накрыла магической сетью, следом закидав его силовыми шарами. Остальные ее враги скрылись. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием самой незнакомки-убийцы. Приблизившись к одному из покойников, она шустро обыскала его. Ей повезло: нужную бумагу она обнаружила сразу. Убрав важную находку во внутренний карман своего сюртука, незнакомка поспешила скрыться.
  

***

  
   Внешние границы города очерчивались просто - каменной стеной. Невысокая, чуть выше двух метров. При желании через нее мог перебраться кто угодно, даже простые люди, не то что маги. Да и охрана, стоявшая у центрального моста, ничего не могла. Своим видом она лишь сообщала путникам, что город охранялся, чтобы так называемые отбросы не могли жаловаться на полное отсутствие стражников.
   Лундес медленно ступила на мост. Позади все еще шумело море. Ее пробрала дрожь, так как порывистый ветер не оставлял в покое ее волосы. Опустив взгляд в ров с водой, что окружал город, Эверли впервые за долгое время обратила внимание на свое отражение. И ужаснулась. Никто бы ее не узнал. Даже Рифус, даже будь жив Фредрик... не узнали бы. Щеки ее впали, подбородок заострился, волосы напоминали короткие веревки. Они затвердели от соли, неприятно падая на ее обветренное лицо. Глаза покраснели, и Лундес все время щурилась от любого света. Казалось, головная боль никогда пройдет.
   Одежду эльфийка сменила, но на какую одежду! Она попыталась придать своему виду хоть что-то женственное. Широким мужским поясом перетянула свободную бледно-зеленую рубашку, нашла небольшие сапоги без всяких пряжек и украшений, чтобы не звенели при каждом шаге. В сундуке также был плащ. Тоже зеленоватый, но потертый, да и цвет скорее напоминал болотную воду. Но все это ничего, думала Лундес. Ничего. Лучше, чем любой дворец, защитный "купол" брата и его вечная опека.
   Теперь же она была вольна поступать как хочет, сама отвечала за свои действия.
   "Правило номер один, - думала она, двигаясь по деревянному мосту к воротам во внешний застеночный город воров, - больше ни к кому не привязываться". Ей не хотелось вновь страдать. Она готовилась к войне и училась быть твердой и непоколебимой, как враги.
   - Никаких привязанностей, - утвердила она свое решение вслух и тут же услышала голос одного из людей-стражников:
   - Что?
   - Что? - Она посмотрела в его серые глаза, которые едва различила в свете подвешенных над вратами фонарей.
   - Что ты только что сказала?
   - Это я себе, - ответила Лундес.
   Охранник перегородил ей путь:
   - И часто сама с собой говоришь?
   - Бывает.
   - Сумасшедшая.
   - Не думаю. Мне нужно в город.
   Ее собеседник оглянулся на улицы застеночной части города. И не важно, что застеночная часть тоже была окружена стеной. Каменную ограду со рвом стеной не считали. Губы стражника растянулись в неприятной улыбке:
   - Тебе сюда, в деревенскую часть? Или вон туда? - Он поднял руку и указал на черневшие вдали огромные крепостные стены, защищавшие главную часть города. - В настоящий Мартензи.
   - Сюда. - Лундес указала за его спину. На самом деле ей было нужно в основную часть города, но стражника это не касалось. Он просто приглядывал за мостом и пропустил бы любого. Ведь, как было сказано, стоял он там скорее для вида и чтобы задавать ненужные вопросы и высказывать подозрения. Лундес же не хотела привлекать к себе внимание, и ее ужасный внешний вид был очень кстати. Магию демонстрировать она пока что тоже не собиралась, поэтому на всякий случай повторила:
   - Сюда мне.
   Он ухмыльнулся и отошел в сторону:
   - Ну, проходи тогда.
   Лундес миновала ворота, не заметив странный взгляд, что стражник бросил ей вслед.
   "Ну и оборона в военное время!" - подумала принцесса и поняла, что гном Барли был прав, желая перебраться в основную часть города под названием Мартензи.
  
   Если предположить, что все те люди, что сновали по узким, тесным улочкам застенья, на самом деле были ворами и убийцами, то остров походил на настоящую каторгу. Лундес давно не видела такого количества людей и эльфов на столь небольшом куске суши. Кто-то шел не спеша, кто-то бежал, толкаясь и спотыкаясь, кто-то кричал, кто-то смеялся. И все это одновременно и постоянно. Они не смолкали, и усталая Лундес неуверенно приложила руки к вискам. Она двигалась вперед, не сводя глаз с черневших вдали стен основной части города.
   - Подождите! - Лундес пришлось резко податься в сторону и перегородить путь высоченному эльфу. Она была уверена, что если бы просто попыталась спросить у кого-нибудь на ходу, то ее бы не услышали и, возможно, даже бы не заметили.
   Зато так эльф ее увидел и тут же смерил подозрительным взглядом.
   - Я спешу, - отрезал он недовольно, но при этом не ушел.
   - Эта дорога приведет меня к главным воротам в город? - спросила Лундес. На ней был магический щит, поэтому говорила она спокойно.
   - Ты идешь в Мартензи? - удивился он. - Тебя там ждут?
   - Я лишь спросила про дорогу, - заметила Лундес, при этом продолжая удивляться его росту и мышцам. Она помнила только одного подобного эльфа-гиганта, и он был точно так же подчинен Фавластасу, как и она когда-то.
   - Дорога не доведет, упрется в основание стены. Входа там нет, только охрана везде по периметру. Чтобы добраться до входа, надо... - Он повышал голос, чтобы эльфийка хоть что-то расслышала в царившем вокруг гуле. Словно все жители заговорили разом и не желали замолчать даже на секунду.
   - Так что надо?!
   Эльф глянул на ступени и продолжил:
   - Видишь те ступени, что за лавкой?
   Лундес посмотрела вдаль и даже слегка подпрыгнула, потому что там сновали жители и из-за них сложно было что-либо разглядеть.
   - С трудом, но вижу! - ответила она.
   - Поднимешься по ним и окажешься на уровень выше этого, затем налево и до упора - увидишь ворота! Они не маленькие, охраны очень много, народу значительно меньше, чем здесь! Мартензийцы не любят, когда иные жители подходят к воротам. Мы ведь воры.
   Он так странно улыбнулся, что Лундес поспешила откланяться.
   - Мне пора, спасибо, - отчеканила она и, прежде чем тот что-либо ответил, растворилась в толпе.
   Был бы меч, наверное, ей пришлось бы прорубать себе путь к лестнице, а так она использовала локти и колени. В воздухе витал неприятный запах. В основном это было тухлое мясо. Улавливались и другие нотки, но Лундес не пыталась их распознать. Сделав очередной рывок, она рухнула на первую ступень лестницы и поспешила подняться. В это же время какая-то женщина точно так же с трудом вырвалась из толпы и по инерции столкнулась с Лундес. Незнакомка бы упала, но Лундес быстро схватила ее за руку и удержала. Та не ожидала и вместо благодарности грубо сжала запястье Лундес. Тогда Эверли усилила свою хватку, и обе женщины замерли.
   - Что вы делаете? - напряженно спросила Лундес, указав на свое запястье. - Я лишь поддержала вас, чтобы вы не упали.
   Незнакомка все поглядывала в толпу. Глаза ее выискивали кого-то, поэтому она поздно отреагировала, но все же отпустила запястье Лундес.
   - Спасибо, - невнятно поблагодарила она. - Такой город, не привыкла к помощи.
   Напряженно улыбнувшись, она пригляделась к Лундес и в какой-то момент даже слишком сосредоточилась на ней.
   - В чем дело? - нахмурилась Эверли.
   - Да ничего.
   В очередной раз оглядевшись, незнакомка убежала вверх по лестнице. Лундес нахмурилась и продолжила свой путь. Ей тоже нужно было подняться, но она двигалась медленно, не желая скатиться с лестницы. На ступени она взбиралась в потоке эльфов, людей и, как оказалось, не особо вымирающих гномов.
   Чем ближе становились огромные ворота города, тем меньше встречалось на пути простых жителей. А вот стражников, напротив, становилось больше. Эверли замерла на полпути и задумалась. Ворота были массивные, с тяжелыми коваными замками. Несложно было почувствовать сильную магическую защиту. Да и стражники возле настоящей стены были магами, и не слабыми. Лундес вдруг вспомнила другие врата и других стражей, вспомнила Фредрика, и ее рука невольно коснулась украшения на шее. Вот тут-то Лундес и обнаружила, что ее кулончик в виде астанской кошки раскрыт. Должно быть, крышечка открылась, когда Эверли пробиралась через толпу. Мало кто знал, что это был не просто кулон в виде королевского знака Астании. Внутри был портрет Фредрика, совсем маленький. Лундес сама нарисовала его по памяти после падения графства, но до того, как душа Фредрика связалась с ней. Теперь этот кулон был единственным, что напоминало ей о прошлом. Ну и эти массивные врата в тот миг напомнили ей Тредат. Они показались ей такими же неприступными, какими когда-то были те - магические врата. Может, дело было в настрое, может, в плохих воспоминаниях, но, защелкнув кулончик, Лундес развернулась и твердым шагом стала удаляться от стражников и стен. Она не струсила, она просто знала, что еще было рано. Нужно было отдохнуть, привести себя в порядок и прийти к представителю утром или днем.
   Таким образом, Лундес вновь оказалась в толпе, но теперь стало как-то посвободней. Впереди виднелись еще одни ступени, и Эверли с задумчивым лицом поднялась выше. У нее в тот миг не было определенной цели, она ничего не искала, просто изучала окружающую обстановку, прислушивалась к случайным разговорам, разглядывала лица, пыталась уловить общий настрой. Так она бродила недолго, ровно до тех пор, пока не заметила ту самую женщину, что недавно так странно себя вела. Незнакомка вошла в какую-то таверну. Лундес проверила свое защитное поле и вошла следом.
   Незнакомку звали Ке?рол. Это она не так давно убила двоих саагов, прихватив с собой важную бумагу. Оказавшись в таверне, она сразу же поднялась по винтовой лестнице на второй этаж. Там был свободный угловой столик. Так и должно было быть, таков был уговор. В который раз осмотревшись, Керол опустилась за столик и замерла. Нервы ее были на пределе.
   Лундес неуверенно зашла в таверну. Множество глаз взглянули на нее, оценили и отпустили. Теперь только некоторые продолжали смотреть на нее, остальным стало все равно. Лундес прошла вглубь, вслед за ней зашли еще посетители, и теперь взгляды были прикованы к ним. О ней успешно забыли. Эльфийка стала озираться по сторонам, но нигде не видела ту самую женщину. Лишь убедившись, что никого не пропустила на первом этаже, Лундес поднялась по лестнице. На втором этаже было довольно пусто, но зато сидела Керол. Эверли ее сразу же заметила, но подходить к ней не стала, вместо этого опустилась за один из ближайших к лестнице столиков. Эльфийку клонило в сон, и она ничего не могла с этим поделать.
   А вот Керол было не до сна. Кое-кто опаздывал, хоть и обещал быть вовремя. Она провела ладонью по пустому столу, потом встала, подошла к перилам, глянула на открывшийся ее взору зал первого этажа и вновь вернулась на место, приказав себе успокоиться. Он придет, мысленно убеждала она себя.
  
   Лундес приоткрыла глаза. Все-таки она уснула и неизвестно сколько проспала. Первым делом она проверила кулон. Он был на шее. За угловым столом никого не было, да и посетителей в таверне стало заметно меньше. Лундес вздохнула, поднялась на ноги и решила спуститься вниз и узнать по поводу Хорстов, так как, к сожалению, денег на комнату у нее не было. Оставалось лишь воспользоваться предложением Марло и его дяди. Лундес не особенно хотелось ночевать у них, но выхода не было. У нее вообще ничего не было. Она спустилась вниз и уже зашагала к стойке, как вдруг сзади к ней подошли и шепотом спросили:
   - Мы могли бы поговорить?
   Голос был едва различимый, словно человек подошел и заговорил с ней на свой страх и риск. Еще до того, как она обернулась, принцесса знала, кого там увидит.
   - Вы думаете, я слежу за вами? - повернувшись, спросила Лундес. Ее собеседником, конечно же, оказалась Керол.
   - Даже если так, не важно. Давайте поговорим, разговор будет вам интересен, уверена. Пойдемте наверх.
   Сначала Лундес растерялась и не двигалась с места, пытаясь прогнать сон и понять, как действовать дальше. В итоге она лишь пожала плечами и побрела к лестнице. Керол уже ожидала ее наверху.
   Сначала женщины молчали, изучая друг друга взглядами. Лундес первая нарушила тишину:
   - Я слушаю.
   - Ваш кулон как символ королевского дома Астании, - тихо сказала Керол, указав на кошку. Лундес приоткрыла рот, собираясь что-то сказать, но ее собеседница продолжила: - Я видела, что внутри кулона портрет. Он небольшой, и не сказать, что я сумела как следует его разглядеть, но сопоставлять информацию я умею. Вы северная эльфийка с символом королевского дома на шее. В кулоне портрет мужчины.
   - Я украла кулон, - не моргнув и глазом, заявила Лундес.
   - Нет, не украли. Вы астанка. Тут астанцев нет. Не врите мне, зла я вам не желаю. Хочу помочь. Но лучше не перебивайте, если хотите дослушать меня. В любой момент нас могут отвлечь. Я думаю, что вы Лундес Эверли, а в кулоне портрет покойного Фредрика Гауса.
   Лундес округлила глаза и спросила весьма неприветливо:
   - А вы кто такая?
   - Да не важно, кто я...
   - Не важно? - полушепотом возмутилась Лундес и попыталась подняться из-за стола. - Думаю, важно, или разговора не будет.
   - Стойте! - женщина отчаянно встряхнула темными волосами и удержала Лундес за руку. - Стойте, - тихо повторила она. - Меня зовут Керол. Но это правда сейчас не важно. Ответьте, вы знали графа?
   Глаза Лундес болезненно блестели. Она не собиралась говорить о Фредрике ни с кем. Да и вообще больше не собиралась о нем говорить.
   - Я должна знать, могу ли я вам верить, - объяснила Керол.
   - Кто вы такая?
   - Вы хотя бы были союзницей графа? - Она так посмотрела на принцессу, что та напряженно кивнула.
   - Да была, но не хочу о нем говорить.
   - Понимаю.
   Лундес все же поднялась из-за стола и твердо проговорила:
   - Что вы понимаете? Вы тоже его знали?
   - Нет, не знала, но... - Она вдруг глянула окно, и лицо ее быстро изменилось. - Проклятье!
   - Что?! - удивилась Лундес, но Керол обежала ее, помчалась вниз по лестнице и выскочила наружу. Отпускать ее Эверли не собиралась, поэтому кинулась за ней на улицу. Она увидела, как темная фигура Керол скрывается за поворотом, и поспешила за ней.
   - Отойдите, пустите! - Лундес вырвалась из большого скопления людей, продолжив преследование, но когда она свернула за угол, там уже никого не было. Выходов с той улицы было лишь два, один тот, через который туда попала Лундес, другой - в конце улицы. Принцесса поспешила туда, приготовив свою силу к возможной битве.
  
   Керол упала на колени и бешено распахнула глаза, она даже зажала себе рот руками, чтобы не вскрикнуть от боли. Как же быстро они появились и атаковали. Их было всего двое, и она стала отползать от них, держась за рану на животе, только что нанесенную ими. Она отползала до тех пор, пока не наткнулась на мертвое тело посредника. Именно его она ждала за столиком, и он не пришел, именно его она увидела пробегающего мимо таверны и не успела догнать. Догнать живым. Было глупо следовать за ним. Даже зная, что он погибнет, даже понимая, что без него она не знала, кому отдать украденную бумагу, все равно нельзя было рисковать. То, что сааги один раз сбежали, было неожиданно и нетипично дня них. Зато эти двое действовали вполне обычно - атаковали безжалостно и быстро. И они уже почти вернули похищенное, информацию, которую Керол должна была передать посреднику, а тот - доставить за стены, в город.
   Она хрипела и кашляла, пытаясь дышать и сопротивляться. В какой-то момент, когда надежда почти оставила ее, один из саагов отлетел в сторону и ударился о стену. Его тело рухнуло на землю, а другой сааг метнул мглистый шар в таинственного нападающего. Керол прикрыла глаза, издав очередной мучительный хрип. И все же она видела эту битву из-под полузакрытых век. Видела, как возникла белая волшебница, подруга покойного графа. Сааг выпустил в Лундес шар, но магия разбилась о ее защитное поле. Эльфийка устояла на ногах, а сааг подался в сторону. Тогда-то Лундес и выпустила в него сразу три шара. Глаза оборотня сверкали, и Керол даже успела подумать, что тот вот-вот перевоплотится, но оборотень не успел. Глаза его сверкали даже тогда, когда он пошатнулся и рухнул обратно на землю, с которой только приподнялся. Лундес быстро перепрыгнула через поверженных саагов и попыталась приподнять Керол.
   - Возьми, - шпионка протянула эльфийке ту самую бумагу.
   - Что это? - не поняла Лундес.
   - Теперь ты за меня. Поняла? Ты Керол!
   - Что? - Лундес ничего не могла понять, но шпионка сильно закашлялась.
   - Теперь ты Керол, - сумела повторить она. - Верни советникам эту бумагу. Их предали, и если эти записи окажутся у саагов...
   - Что значит "я Керол"? И как я попаду в город?
   Керол резким движением вцепилась в ворот плаща Лундес:
   - В Мартензи живет семья Э?стелрой. - Она задрожала; видно, эти слова давались ей совсем тяжело, но, даже умирая, она заставила себя договорить: - Семья Каролины Гаус, матери верховного стража, принца Фредрика Гауса. Я не зря спрашивала о нем. Попадешь за стены города, можешь им довериться. И все, больше никому... Теперь ты - Керол.
   Она стала стихать, но Лундес вдруг положила обе руки на ее рану и выпустила огромный поток белой магии, такой сильный, что сама пошатнулась и ахнула. Обе женщины простонали, и Керол вновь приоткрыла глаза.
   - Что ты делаешь? - прохрипела шпионка.
   - Не смей умирать! - возмутилась Лундес. - Не смей! Наговорила мне черт знает что, а затем что? Умирать? - Она рывком подняла обмякшую женщину и продолжила: - Мне ваши тайны знаешь уже где?! Хватит! Ты не умрешь и расскажешь, как надо, а бумага...
   Керол слегка приоткрыла глаза и шепнула:
   - Я умру. Забери бумагу и переместись. Нельзя, чтобы враги получили.
   Лундес твердо кивнула и, подхватив женщину под руки, шепнула ей на ухо:
   - Именно. Именно перемещусь. И ты со мной.
   - Я не могу... - Она чувствовала, что больше не протянет, но затем увидела яркий свет, и, прежде чем они исчезли, в переулок вбежал третий сааг.
   Лундес очутилась посреди других домов, на очередной темной улочке. Она затащила потерявшую сознание Керол за угол какого-то заброшенного дома, уложила в сломанную телегу, а затем тяжело откинулась на стену дома и сползла вниз, приложив ледяную ладонь ко лбу.
   - Так, - протянула она. Потом достала тайную бумагу из-за пазухи и посмотрела на нее: - Что же это такое? - Теперь она перевела свои покрасневшие от усталости глаза на неподвижную Керол. - Не умрешь ты. Я скорее магически истощу себя, чем дам тебе умереть и взвалить на мои плечи очередной магический заговор.
   Какое-то время Эверли сидела на месте, поглядывая на неподвижную женщину и проверяя ее дыхание. Нужно было что-то придумать, чтобы шпионка не умерла. Так что Лундес, тяжело навалившись на стену, попыталась встать, но тут же скатилась обратно на землю. Она стиснула зубы и повторила попытку, на этот раз успешно. Ей было очень тяжело. Поток магии, что удержал Керол от смерти, был очень сильным и резким, а Лундес все еще не успела оклематься после длительного видения. И тут она осознала, на какие опасные действия порой шла, совершенно не думая о последствиях. Так или иначе, женщина пока что была жива, и Лундес присела на корточки возле нее.
   Керол приоткрыла глаза и шепнула в который раз:
   - Беги. А не то они убьют нас обеих. Этого не нужно.
   - Тише. Ты умеешь молчать, а?
   Та лишь отрицательно покачала головой.
   - Тогда, раз не хочешь молчать, ответь на мои вопросы.
   Керол закатила глаза и едва слышно произнесла:
   - Спрашивай...
   - Ты наемница?
   - Нет, - едва слышно ответила Керол, - я не наемница, но в этом деле была вынуждена сыграть роль одного лишь звена. Нужно было с чего-то начать.
   - Раз не наемница, то кто?
   - Раньше я выполняла тайные задания для совета.
   - Грязные задания? Убийства и подставы?
   - Бывали и убийства. Идет война. Иногда нужно избавляться от опасных людей и эльфов. Не убей я их, они убили бы многих. Мне их не было жалко. Но тут, - она указала на бумагу в руках Лундес, - иначе.
   Керол вновь стала стихать, а Эверли мысленно отметила, что женщина теряет сознание именно в тот момент, когда начинает говорить о важном.
   - Вот что, - сказала Лундес. - Я не лекарь, и просто вливать в тебя магическую силу, чтобы восполнять физические травмы, это не лечение. Я просто истощусь, а ты умрешь, когда я перестану подпитывать тебя. Я не умею лечить. Сейчас я волью еще немножко магии в тебя, а затем ненадолго оставлю здесь. Ты лишь сиди тихо, не высовывайся. А я приведу помощь.
   Керол резко раскрыла глаза:
   - Помощь? Это еще кого?
   - Успокойся. Думаю, они помогут тебе. Ну и мне бы помощь и отдых не помешали. Взамен нам придется, конечно, помочь им...
   - И что они потребуют взамен? - напряженно поинтересовалась Керол.
   - Они хотят попасть в Мартензи, за стены. Как я полагаю, мы обе должны отправиться туда. Так что заодно поможем и им.
   - Бумагу никто не должен видеть!
   - Успокойся. Я не болтаю попусту. Закрой глаза, шпионка, и потерпи. Будет больновато.
   - Не важно, - сонно произнесла Керол и закрыла глаза.
   Глаза принцессы залились светом, и она коснулась ладонями раны Керол. Та вздрогнула, а затем изо всех сил стиснула зубы, когда поток магии ворвался в рану. Лундес в тот миг показалось, что мир пошатнулся, или просто у нее перед глазами в который раз все поплыло.
   Она с трудом поднялась на ноги, но Керол ухватила ее за руку и произнесла, не открывая глаз:
   - Верхний ярус, улица Картежников...
   - Что?
   Керол просто продолжила:
   - Там дом в конце улицы. Ключ сбоку, за трубой. Там есть кирпич. Уберешь кирпич и откроешь дверь. Внутри есть секретер, на связке есть ключ и от него. Откроешь. - Она немного отдышалась. - Возьмешь письмо... в конверте, прочитай.
   Теперь она посмотрела прямо Лундес в глаза и попросила:
   - Дай мне умереть, я больше не могу.
   Эверли какое-то время взволнованно смотрела на нее, затем коснулась ладонью ее лба и стала что-то шептать.
   - Что... ты делаешь, - едва слышно спросила Керол и закрыла глаза. Лундес убрала ладонь и медленно отошла в сторону. Она погрузила шпионку в сон.
   - Никто не умрет у меня на глазах, разве что я этого захочу, - тихо заявила Эверли и вздрогнула от своих собственных слов. Далее она покинула переулок.
   Темная улочка осталась позади, и Лундес огляделась в поисках ступеней. Было уже поздно, и людей стало заметно меньше. Медлить было нельзя. Лундес и так потеряла достаточно времени. А еще она заметила, что бежать ей гораздо легче, чем идти. Когда она шла, она была словно пьяная, когда же бежала, то прилагала все усилия, чтобы бежать твердо. Странно, но факт. И тогда она сорвалась с места и помчалась по улице вперед, обегая людей и эльфов, быстро озираясь по сторонам: искала лестницу. В какой-то момент перед ней выпрыгнул кто-то. Она едва не сбила его. Оба резко остановились и замерли, пытаясь разглядеть друг друга в темноте.
   - А я уж начал волноваться! - воскликнул Марло. Это был он, и Лундес даже вздрогнула. Таких совпадений не бывает, но времени на выяснения у нее не было. - Вы еще и бегаете. Мы с дядей волновались, что вы не дойдете до нашего дома.
   Лундес посмотрела на парня и сквозь прерывистое дыхание сказала:
   - Марло, слушай. В конце этой улицы есть переулок, возле белого дома с цветами. В переулке стоит сломанная телега, а в телеге лежит женщина. Она ранена и умирает...
   - Что?! - Вот этого парень никак не ожидал. - Как это умирает, почему?
   - Не важно, - жестко перебила его Лундес, ей было тяжело говорить. - Эта женщина из города, и если мы поможем ей, то она проведет нас всех за стену. Помогите ей, а я сейчас. - Видя полную растерянность в глазах Марло, Лундес добавила: - Пожалуйста. Я могу на тебя рассчитывать?
   Он нерешительно кивнул и спросил:
   - А вы куда?
   - Выяснять, - бросила она на ходу и скрылась из виду.
  
   Перед ней чернели стены города, где-то поблизости залаяла собака. Лундес поднялась по ступеням, пробежала еще чуть-чуть и еще вверх. На этом ярусе дома располагались под наклоном, на холме. Некоторые заметно покосились из-за этого. И тот дом, о котором, должно быть, говорила Керол, не был исключением. Темный, мрачный, с покосившимися окнами и старой дверью. То был наглядный пример темной и бедной жизни. Лундес, выросшая в роскошном замке, особенно хорошо видела разницу между жизнью и существованием. В том доме можно было только существовать.
   Эверли сбавила шаг и осторожно направилась к двери. У основания холма располагалось кладбище. Пустынное и унылое зрелище. Лундес окончательно выдохлась и, откинувшись на стену дома, замерла, пытаясь восстановить дыхание. Ну и местечко! Эльфийка ни за что бы не поверила, что Керол жила в том доме.
   Лундес тяжело шагнула на деревянную ступень, последовал тоскливый скрип. Холодные руки принцессы пробежались по железной сточной трубе и скользнули за нее. Там она нащупала на стене выступающий кирпич и потянула за него. Он легко поддался и тут же выскользнул из ослабших рук Лундес, едва не упав ей на ноги. Ключ был там, как и было обещано. Ржавая связка затрещала в руках принцессы, и она осторожно вставила нужный ключ в отверстие замка. И вновь тоскливый скрип. Дверь отворилась, и дом встретил ее клубами пыли.
   - О боги! - прошептала Лундес. - И она хочет сказать, что бывает здесь? Да что за бред? - возмутилась эльфийка, разгоняя пыль и перешагивая через порог.
   Лунный свет озарил следы чьих-то сапог. Правда, и эти следы уже слегка покрылись пылью. Видно, Керол все же побывала там. Лундес шла прямо по следам. Ей пришлось пригнуться, чтобы миновать деревянную лестницу, затем она скользнула в комнату на первом этаже и руками коснулась секретера. Такого же старого, как и сам дом. Наверное, то был единственный уцелевший шкаф в помещении. Он одиноко стоял недалеко от окна, выходившего непосредственно на кладбище. Лундес глубоко вздохнула. Подошла к окну и в свете луны стала искать нужный ключик в связке. Она раз за разом возвращалась к отверстию в замке, пытаясь открыть секретер, но только третий по счету ключ подошел. После щелчка дверца упала вниз. Лундес замерла и потянула руку к заветному конверту. Печать была сломана, поэтому Эверли осторожно выровняла конверт, соединив две половинки.
   - "К", - прочитала она вслух. Что это? Загадка? Опять!
   Вернувшись к окну и свету, Лундес вытащила само письмо. Конверт она отбросила, и он приземлился на пол, чуть в стороне.
   Послание было следующее:
   "Письмо может читать только тот, к кому оно обращено. Кто вы?"
   Лундес растерялась, когда знак вопроса стал переливаться и привлекать к себе внимание. Эверли впервые видела такое. Она с подозрением огляделась по сторонам. Ей казалось, что за ней кто-то следит. Знак вопроса продолжал светиться, и этот свет с каждой секундой становился насыщеннее. Ощущая себя крайне глупо, эльфийка осторожно ответила в темноту шепотом:
   - Керол.
   Она решила, что раз письмо принадлежало Керол, то и назваться следовало ее именем. Ведь не зря же шпионка все время твердила: "Теперь ты - Керол".
   И это сработало. На листе стали появляться буквы. Лундес не удержалась от восхищенного аха и прочитала:
   "В таком случае это письмо для вас. Хоть я и не знаю, так ли вас зовут на самом деле, но раз вы зоветесь Керол, то пообщаемся".
   Лундес усмехнулась и медленно села на пол, не обращая внимания на пыль. Ноги не держали. Она вновь сказала в пустоту:
   - Какая глупость. Да мало ли Керол в городе?
   И письмо отреагировало, стали появляться другие слова. Лундес прочла:
   "Наши имена начинаются на одну букву. Это интересно. Так что будем считать это перепиской двух "К". Информация, что я буду сообщать вам, очень важная, и все, что я предложу, уверен, будет вам интересно. Готовы приступить?"
   Лундес сглотнула и ответила "да", после чего стала читать появившееся продолжение:
   "Вы должны помочь мне с одним важным делом. Мне многое известно о вас, но нужно еще больше".
   - Что я должна сделать? - поинтересовалась Лундес.
   "Я вижу вариации судеб, сейчас они словно карты перед моими глазами. Мне известно, что вам придется собрать свое войско. Вы сможете, а я помогу вам, буду давать советы".
   - В чем подвох?
   "Если вы будете действовать правильно, то ваша победа сыграет мне на руку", - сообщили новые строки.
   - Ты демон? - спросила Лундес. Письмо не продолжалось. Должно быть, такой вопрос не был продуман создателем. - Какая моя роль в этом месте? - тогда спросила она.
   Буквы заструились по листу:
   "Вникнуть в интриги и повернуть их выгодно для себя".
   - Я плохо разбираюсь в интригах, если честно, - призналась Лундес. Письмо вновь не продолжилось. Оно реагировало только на вопросы. Да и то предсказанные этим "оракулом К". Тогда она спросила:
   - А если я не интриган?
   "Либо так, либо ничего у вас не выйдет. Лидер всегда в игре", - появился ответ.
   - В игре?
   "Лидер по жизни плетет густую сеть интриг. Будьте в центре событий, пока другой лидер не запутал вас".
   - Наверное, я не смогу вам помочь. Керол - не мое настоящее имя, вы искали другую?
   Буквы появились на этот раз очень быстро, буквально вспыхнули ярким пламенем. Лундес к своему удивлению прочла:
   "Теперь я просто уверен, что вы - она. Мне известно, что Керол ваше не настоящее имя".
   Лундес стало не по себе. Она нервно огляделась, но так и не обнаружив никого вокруг, испуганно спросила:
   - Теперь вы потребуете мое настоящее имя? Я вам его не скажу.
   И вновь ответ ее удивил:
   "Нет. Свое настоящее имя можете оставить себе. Меня оно не интересует".
   - Назовитесь вы!
   "К", - скользнул ответ.
   - Полностью!
   "Много хотите, Керол, - возникли слова. - Пока на этом прервемся".
   Не успела Лундес ничего сделать, как письмо вспыхнуло в ее руках и взорвалось. Эверли резко отпустила его и отскочила, но руку даже не обожгла. Она пораженно смотрела в пустоту. Не осталось ни обрывков, ни следов магии - ничего. И первое, о чем после этого подумала эльфийка, это о том, что, когда настоящая Керол читала письмо, оно не взорвалось после прочтения. Словно "К" все знал наперед.
   - Проклятье, - только и смогла произнести Лундес.
   Какое-то время она молча сидела на полу и обдумывала произошедшее. Затем, поднявшись на ноги, она направилась к выходу. Письмо - это странный магический фокус, решила она, и не более того. А она не любила, когда над ней издевались.
   Дом уже остался далеко позади, когда Лундес увидела посреди улицы Марло. Он шел ей навстречу, а когда увидел - остановился и скрестил руки на груди.
   - Как она? - на ходу спросила Лундес.
   Марло пожал плечами, подождал, пока она приблизится, и только тогда заговорил:
   - Даже не знаю, как сказать. Когда мы нашли ее, она была похожа на мертвеца, и мне пришлось приложить огромные усилия, чтобы заставить Барли взять ее в дом. Поэтому я хотел бы спросить: она точно поможет нам попасть в город?
   Лундес покачала головой:
   - Точно я сказать не могу, но она наш шанс. Стоит хотя бы попытаться. Это лучше, чем ничего!
   - А кто она вообще такая?
   - Сначала скажи мне, она приходила в себя, когда вы перетаскивали ее в дом?
   Парень мрачно заметил:
   - Это-то самое неприятное. Выглядит как мертвец, да и пахнет тоже не лучшим образом, но при этом разговаривает. Если бы не говорила, мы бы к ней даже не подошли. А вдруг кто-нибудь бы нас увидел и решил, что мы ее убили. Я в тюрьму не хочу, и дядя тоже...
   - На нее напали сааги, ваши враги.
   - Здесь?! - Парень ошеломленно раскрыл глаза. - За ней охотятся наши враги, а вы сказали перетащить ее в мой дом!
   - А ты бы дал ей умереть? - в лоб спросила Лундес.
   - Да сааги - животные! Они быстро найдут и уничтожат всех.
   Парень даже не договорил, он резко развернулся и поспешил домой. Лундес щелкнула пальцами, и ее ладони слегка засветились.
   - Подожди, я с тобой, - нагнав его, сказала она, и они побежали вниз по лестнице.
  
   Дом Хорстов оказался тем самым белым домом с цветами, за которым в переулке Лундес и оставила Керол. Странное совпадение. Лундес покачала головой:
   - Ты хочешь сказать, что мы были возле вашего дома?
   - Да, лежала бы она дальше, мы бы не стали тащить ее через весь город, - мрачно сказал Марло.
   - А если бы она умерла, если бы от тебя зависела ее жизнь, ты бы тоже ничего не стал делать?
   Они медленно приближались к дому Марло.
   - Я бы взвесил все за и против. Не думайте, что я жестокий, но если с моим дядей что-то случится из-за вас, то не ждите от меня...
   - Тс-с-с, мы почти у дома. - Лундес выпрямилась, ее глаза засверкали, и Марло нервно сглотнул.
   - Что делать? Так тихо.
   Лундес вгляделась в дом. Действительно тихо. Да и на улице было тихо. Жители как-то быстро захотели спать. Лундес понятия не имела, сколько времени, хоть подозревала, что так и до рассвета проплутать недолго. Покосившись на паренька, она протянула:
   - Спокойней.
   - Спокойней? А если там сааги?
   - А с чего ты решил, что они там? Или твой дядя в нормальное время спокойно дома не может сидеть, буянит с утра до вечера...
   - Перестань, - нервно буркнул парнишка. Он чувствовал себя дураком. - Но ведь сааги...
   - Видел их, сражался с ними? - спросила Лундес.
   Марло отрицательно покачал головой.
   - А я сражалась недавно. И лучше знаю, что делать. Идем в дом, думаю, там никого нет.
   - А если...
   - Поверь мне, я бы почувствовала. Ну же, идем в дом. Хочешь, сначала я, затем ты?
   Марло было стыдно признаться, что он хотел этого. Ведь на самом деле мальчишка держал меч в руках только два раза за свою жизнь и так ни разу им всерьез и не воспользовался. Барли был прав, когда пытался вразумить его не сражаться с эльфом на берегу. Эльф умел сражаться, Марло - нет. Все, что Марло говорил остроухому воришке, было показухой. Пустыми словами. Поэтому когда поединок сорвался, Марло в душе был рад. Он вроде и не струсил, но и не сражался. Все так хорошо вышло тогда, а теперь все стало намного серьезней. Если враги напали на дом, то это конец. Марло был бледен и жутко напуган. У него была настоящая паника. Он много слышал о саагах и боялся встретиться с ними, потому что знал, что против них не выстоит и минуты. Но как же стыдно ему было сказать об этом женщине, едва знакомой женщине. Сказать, что он, мужчина, не умеет сражаться. Она-то волшебница, и наверняка сильная. Поэтому, чтобы произнести следующие слова, Марло пришлось задушить свою гордость:
   - Я не умею сражаться.
   Он покраснел. К счастью, было темно.
   Лундес слегка улыбнулась, затем положила руку ему на плечо и сказала:
   - Ну, это ничего. Не всем же быть воинами. Должен же быть в мире хоть кто-то, кто ведет мирную жизнь. Постой здесь и, что бы ни случилось, не приближайся, пока я не дам тебе сигнал, договорились?
   - Да, волшебница, - охотно согласился Марло.
   Она спокойно направилась в сторону крыльца. Марло прищурился, пытаясь разглядеть дом. Он увидел, как она вошла в калитку и двинулась в сторону парадного входа. Идти пришлось недолго, сложно было назвать то небольшое пространство между забором и домом садом. Грязная тропа закончилась, и Лундес, обернувшись на мгновение на парня, поднесла руку к двери и тихонько постучала. Марло прикусил нижнюю губу и невольно сжал кулаки. Прошло всего несколько секунд, прежде чем дверь открылась. Марло вздрогнул и тут же даже издалека узнал в появившейся на пороге низкой фигурке своего дядю. Гном же смерил Лундес оценивающим взглядом и спросил:
   - Где Марло?
   Лундес лишь указала рукой назад. Гном глянул на подбежавшего парня:
   - Чего ты там забыл?
   - Все в порядке, дядя? - вопросом на вопрос ответил Марло, как только вбежал на крыльцо.
   - Проходите. Наша гостья бредит, - только и сказал он недовольно. Лундес переступила через порог и тут же ощутила запах печеного.
   В домике было темновато, лишь тускло поблескивали огни немногочисленных свечек. Гном провел эльфийку в спальную комнату, где на узкой кровати неподвижно лежала бледная Керол. Даже когда все трое вошли в комнату, она не открыла глаз.
   - Она вообще жива, а? - напряженно протянул парень.
   Гном мрачно глянул на него, затем толкнул в бок:
   - Иди лучше на стол накрой, накормим нашу гостью пирогами...
   - Которую? - попытался пошутить парень. Было видно, что он скорее сам с себя пытается снять напряжение.
   - Ту, что стоит. Ну, давай, быстрее!
   Гном вновь подтолкнул его, и парень скрылся за дверью.
   Барли пододвинул кресло, а сам тяжело опустился на низкий табурет:
   - Присаживайтесь.
   Лундес села в кресло, а затем кивнула в сторону Керол:
   - Она приходила в себя?
   - Бредила. Практически до вашего появления. Говорила один и тот же адрес. Марло и направился туда, где, должно быть, и застал вас. И чего это вы так неуверенно к дому подходили, словно в логово воров пробирались?
   Лундес устало вздохнула. Она не хотела новых разбирательств, но гном имел право знать правду, и принцесса ее огласила:
   - Эта женщина подверглась нападению саагов...
   - Великие силы! - Гном взвился с табурета, да так резко, что тот с грохотом перевернулся.
   - Дядя, все нормально? - послышался вопрос Марло с кухни. Он услышал грохот упавшего табурета.
   - Нормально! - буркнул гном и тут же твердо посмотрел на Керол: - Не уверен, что нормально. Я столько лет пытался попасть в город именно для того, чтобы не бояться саагов, но я и подумать не мог, что притащу в дом кого-то, кто перешел дорогу нашим врагам!
   - Если вы называете их врагами, значит, вы все перешли им дорогу, разве нет? - И не дав ему что-либо еще сказать, Лундес продолжила: - Судя по всему, эта женщина выполняла приказ кого-то из высших чинов, может, даже приказ самих советников...
   Барли перевел удивленный взгляд с Керол на Лундес, а эльфийка все говорила:
   - Это ваш шанс и мой шанс, наш общий шанс попасть в город, вы ведь хотите этого и были готовы дать магам даже мысли свои прочитать, только бы вас пустили за стену.
   - Но сааги, будь я проклят. Мы можем не дожить до того момента, как она будет способна помочь нам.
   - Мы доживем, - уверенно возразила Лундес. - Я даю слово. Я маг, не слабый маг. Я сражалась с самим Фавластасом, была в его городах. Моими врагами были эсмелеи. Вы верите, что я, пережив их, могу сделать так, что все мы переживем оборотней?
   Гном напряженно смотрел на волшебницу. Он думал, как следовало поступить. Стоил ли риск того, чтобы попасть в город? Стоило ли верить женщине, с которой он познакомился совсем недавно? Он размышлял какое-то время, а потом вздохнул и решил:
   - Если враги знают, что она здесь, то даже если мы выкинем ее на улицу, они не станут оставлять нас в живых, так что пусть остается. Пойду проверю, чтобы парень там кухню не угробил. Ничего ведь делать не умеет, - с этими словами гном покинул комнату.
   - Лучше вытащите на улицу. Если вы не собираетесь лечить меня, то долго я не протяну, - вдруг едва слышно произнесла Керол. Лундес медленно перевела на нее взгляд, затем пододвинула стул ближе к кровати, и глаза ее засветились. Керол продолжила: - Не трать на меня силы, сама еле живая. Не надо.
   - Я не лекарь, я уже говорила, но я могу попробовать. Твоя рана такая...
   - Серьезная. Да я знаю, вот и прошу не тратить силы просто так, пользы не будет.
   - Да, серьезная. Поэтому они даже не пробуют тебя лечить. Моя магия пока что держит тебя.
   - Не думаю, что это надолго, но все равно спасибо. - Керол тускло улыбнулась.
   Лундес какое-то время печально смотрела на нее. Керол нарушила тишину первой:
   - Ты читала его? Письмо?
   - Ты сама завела эту тему. Так что игры закончились. Ты тоже маг?
   - Какое это имеет значение? - не поняла Керол.
   - Имеет! Ты маг?
   - Да, иначе бы я никогда в жизни не получила бумагу обратно. Сааги - маги, и сражаться с ними может только маг. Я уж не говорю о том, что только маг смог бы забрать у них информацию.
   - Письмо - это дурная шутка? - в таком случае спросила Лундес. - Ты ведь маг, научилась шутить с помощью магии?
   - А я похожа на человека, которому хочется шутить? Нет, но я не зла на тебя, - она усмехнулась и тут же закашлялась, - потому что тоже сначала решила, что это шутка. Нет. Я тут ни при чем.
   Однако Лундес уж очень не хотелось верить в то, что письмо было настоящим.
   - Тогда кто его прислал?
   - Оно было на пороге возле моего дома.
   - И ты никого не видела вокруг?
   - Никого. Совсем никого вокруг. Что ты прочла там?
   - Сначала ты скажи, что прочла, Керол. Это ведь тебе оно было адресовано, - заметила Лундес.
   - Давай по порядку. - Она закрыла глаза и продолжила, не открывая их: - Мой отец был бароном...
   - Был?
   - Много лет назад. Не будем. Я сказала о нем просто для того, чтобы ты представляла мое положение. Моя мать тоже погибла, так что я живу одна в фамильном особняке, в Мартензи, за стенами. Я, как и говорила раньше, занималась различными поручениями совета или их ближайшего окружения. И обычно справлялась с заданиями безукоризненно. А тут это письмо. Сначала я его получила. Тогда я еще ничего не знала о задании, о краже информации и посреднике. Ничего. Письмо было адресовано Керол, так что я даже не стала задумываться, когда вскрыла его. Мне потребовалось немного времени, чтобы понять, как оно действует. Ты сталкивалась с подобным магическим письмом раньше?
   Лундес отрицательно покачала головой.
   - Я тоже не сталкивалась, - сказала Керол. - Мне все это показалось странным, таким необычным. Я давно уже не ребенок, чтобы увлекаться тайнами и их разгадками. Я привыкла точно знать, откуда что берется. В случае с письмом мне ничего не было известно, кроме того, что его послал некий "К". Письмо спрашивало мое имя, я ответила.
   Лундес внимательно слушала: то была самая интересная часть разговора. Прежде всего, ее интересовало, что сказало письмо настоящей Керол.
   Женщина по-прежнему лежала с закрытыми глазами, но дышала спокойно. Просто Лундес держала светящуюся руку над ее раной. Принцесса старалась аккуратно использовать свою ослабшую магию, но ей нужно было, чтобы Керол все рассказала.
   - Как сейчас помню. Появились строки. Я прочла, что письмо, вероятно, попало по адресу. И если я настоящий адресат, то я та женщина, на плечи которой ляжет важная миссия.
   - Подожди-ка? Так и было написано, что письмо вероятно попало по адресу? - Лундес напряглась. Она помнила, что для нее слово "вероятно" не возникало.
   - Да. Вероятно. А у тебя?
   - У меня было просто сказано, что оно попало по адресу. Более того, дальше в письме было сказано, что Керол не настоящее имя адресата, а имя, которым он просто зовется, - пояснила Лундес.
   - Что ж. - Бледные губы Керол слегка растянулись. - Тогда непонятно, зачем оно попало ко мне, а не к тебе. Выходит, и здесь я должна была сыграть роль посредника?
   - Не знаю. Здесь я ничего не могу тебе сказать, я не уверена на сто процентов, что письмо было мое...
   - Твое, твое, - заверила ее Керол. - Ты сама только что сказала, что дальше в письме было написано то-то и то-то, а у меня никакого "дальше" вообще не было. Просто письмо сообщило, что если я та, кому оно отправлялось, то мне предстоит стать лидером. А потом, что бы я ни говорила и как бы ни задавала вопросы, письмо не продолжалось. У тебя оно, видимо, было длиннее.
   - Намного. - Лундес вытянула губы в трубку. - Ух. Не нравится мне это.
   - Самое смешное, что, прочитав письмо, я была уверена, что оно для меня. Когда явились из замка и дали мне поручение, я сразу же согласилась, потому что в письме мне сообщили, что я должна предотвратить начало большой войны. - Она замолчала, затем слегка кивнула: - Да... кажется именно так и звучали те слова в письме. Я согласилась выполнить задание. Человек из замка назвал мне место, где должна была произойти встреча предателей совета и врагов. Там предатели должны были передать врагам секретную информацию, эту бумагу. Мне сказали, что если бумага окажется у князя саагов, то Мартензи придет конец. Я не знаю ничего о содержании бумаги. Да я и не спрашивала. Не раз выполняла секретные поручения и знаю, куда лезть не следует. Они знали, что я маг, что я шпионила раньше и сражалась, что верна совету и достаточно сильна, чтобы помешать передать секретную информацию. И после письма я не могла не согласиться. - Она горько усмехнулась. - Думала, вот шанс сделать что-то действительно важное. Я не смогла помешать передаче информации. Там было слишком много и предателей из Мартензи и саагов. Меня бы убили. Я подождала, пока они совершат обмен. Предатели ведь тоже что-то получили от саагов взамен на бумагу, но об этом мне ничего не говорили. Моей целью было вырвать у саагов эту конкретную бумагу и вернуть ее в Мартензи. Мне не приказывали ловить предателей. Я их отпустила, а сама последовала за саагами. Когда они отдалились от места сделки, я их убила и забрала бумагу. Далее мне нужно было как можно быстрее передать ее тому самому посреднику, но его я так и не дождалась, а потом нашла мертвым. Когда мы говорили с тобой в таверне, я увидела через окно, как он бежит куда-то. И совершила ошибку. Ведь было ясно, что за ним гонятся, а я должна была унести бумагу оттуда как можно дальше. Вместо этого я решила помочь ему. Что было дальше, ты знаешь. Не появись ты тогда, то я умерла бы еще раньше, а информация вновь попала бы к ним.
   - Значит, ты не знаешь, что написано на секретной бумаге и кому она принадлежала?
   - Я видела только посредника. Не знаю, кто послал его. А бумагу запрещено читать.
   Лундес с невозмутимым видом достала из-за пазухи лист с тайной информацией и стала его разворачивать.
   - Не надо, - тихо попросила ее Керол. Глаза она не открывала, но все поняла по шуршанию бумаги.
   - Посредника нет. Не заглядывая в лист, вряд ли удастся понять, кому он принадлежал. Ты говорила о предательстве. Возможно, кому-то из совета в данный момент грозит опасность. Так что давай не будем тянуть время.
   Лундес покосилась на Керол. Чтобы развернуть лист, ей пришлось убрать руку от раны и прервать подпитку магией. А без магии Керол долго бы не протянула. Лундес и сама с трудом соображала, была уж слишком слаба, поэтому странные магические надписи, что были на листах, были для эльфийки мутным пятном. Поняв, что при такой слабости все равно не сможет что-либо разобрать, она вновь убрала информацию за пазуху и потерла глаза руками.
   - Не стоило.
   - Что? - Лундес устало подняла на нее красные глаза. На этот раз они были именно красные, а не покрасневшие. На эльфийку было жалко смотреть.
   - Оставь магию, больше не надо. Сколько протяну на том, что ты влила, столько и протяну. Все равно умру. - В голосе Керол не было даже печали, в нем прозвучала некая покорность судьбе.
   Лундес медленно откинулась на спинку стула и тоже закрыла глаза, зато теперь Керол смотрела на нее:
   - Как твое имя?
   - Лундес, - ответила эльфийка.
   - Значит, я была права. Лундес Эверли, принцесса Астании.
   - А что, здесь многие слышали обо мне? - поинтересовалась эльфийка. Она уже даже предположила, что именно о ней могли слышать. Наверняка что-нибудь плохое, вроде того, что она погубила Астанию.
   - Жаль Фредрика, - к величайшему удивлению принцессы шепнула Керол.
   - При чем тут Фредрик?
   - Говорят, ты его любила.
   Лундес окончательно зашла в тупик. Она уже открыла рот, чтобы поинтересоваться, что, собственно, происходит и откуда этой женщине было столько известно, но Керол ее опередила:
   - Я говорила тебе, что дружила с семьей герцога Эстелроя. Слава богу, старый герцог еще жив. Так же, как и большая часть его семьи. Они точно такая же семья Фредрику, как и Гаусы. Они родня его матери. Разумеется, они интересовались жизнью своих внуков: Констара и Фредрика.
   - Этого не может быть. Мы с Фредриком были... стали... - Лундес разволновалась. Когда дело доходило до Фредрика, она не могла спокойно говорить. Она просто не могла подобрать слов и объяснить, что именно было между ними. Любовь? Но выходит, что тогда она была всего лишь любовницей графа, даже не невестой. - В общем, мы с графом решили быть вместе практически перед самой гибелью графства. Мы и месяца вместе не прожили. И я все это сказала к тому, что родственники матери Фредрика, которые жили, оказывается, все это время здесь, не могли знать о том, что было у нас Фредриком.
   - Об этом знали многие. Мы хоть и на острове живем, но пока еще не с другой стороны границы. Мы знаем и боимся Фавластаса. И о падении графства герцог и его семья узнали одни из первых, они же маги. Фредрик именно в них стал таким сильным, как мать. Они контактировали с Валардом, когда графство было оккупировано.
   - Фредрик говорил, что его отец не хотел подвергать опасности родню Каролины.
   - И все же они контактировали с графством. Фредрик даже бывал в Мартензи, в особняке герцога.
   Лундес промолчала, ей было неприятно слышать, что кто-то что-то знал о Фредрике, чего не знала она. Она не злилась, но ей было просто неприятно. Наверное, она ревновала, хоть и не специально.
   - О любви Фредрика к тебе семья Каролины Гаус узнала от барона Нериана Карнелия.
   Лундес резко подалась вперед, раскрыв глаза:
   - Он в городе?! - Она широко улыбнулась. Как же она волновалась о судьбе барона. Неужели он был в городе, неужели он был за стенами!
   - Нет, - огорчила ее Керол. - Он пробыл в Мартензи недолго. Наверное, считал долгом навестить родственников Фредрика после гибели графства. Они до сих пор не оправились. Сначала потеряли дочь Каролину, когда родился Фредрик, а затем всю семью своей дочери. Обоих внуков. Карнелия они плохо знали. Как и он их. Даже Фредрик редко с ними виделся. Все это из-за войны между графством и Океанией.
   Она вдруг замолчала - видно, ей стало очень больно. Лундес прикрыла глаза. Она сама едва не потеряла сознание, так была слаба, и знала, что не может помочь этой женщине. Но смотреть, как она умирает, было уж слишком тяжело. Благодаря магии Керол хотя бы умирала медленно и не так уж болезненно.
   - Лундес, - шепотом позвала Керол.
   - Да?
   - Побудешь Керол вместо меня. Уверена, это тебе предстоит стать великой.
   Лундес молчала. Она уже почти провалилась в пустоту.
   - Лундес?
   - Да?
   - Обязательно навести старого герцога и его семью. Они слышали, что ты вроде бы жива, и очень хотели с тобой познакомиться.
   Лундес не ответила, у нее больше не осталось сил, она просто обмякла в кресле, провалившись в черную бездну. Последнее, о чем она с горечью подумала, - это о том, что, когда придет в себя, Керол уже не будет в живых.
  
Отзывы о произведении

Чтобы оставить отзыв и оценить произведение, необходимо зарегистрироваться.

Отзывов пока нет