Туманосфера

  • Туманосфера | Вольф Белов

    Вольф Белов Туманосфера

    Приобрести произведение напрямую у автора на Цифровой Витрине. Скачать бесплатно.

Электронная книга
  Аннотация     
 318
Добавить в Избранное


Кто-то верит, что некогда могучий бог Ядра расколол Великую Твердь, кто-то считает, что мир распался на части в результате катастрофы. Как бы то ни было, ныне мир Туманосферы состоит из многих осколков, парящих в тумане. Никто из обитателей этого мира не знает, что скрыто за туманом, разделяющим осколки.

Доступно:
DOC
EPUB
Вы приобретаете произведение напрямую у автора. Без наценок и комиссий магазина. Подробнее...
Инквизитор. Башмаки на флагах
150 ₽
Эн Ки. Инкубатор душ.
98 ₽
Новый вирус
490 ₽
Экзорцизм. Тактика боя.
89 ₽

Какие эмоции у вас вызвало это произведение?


Улыбка
0
Огорчение
0
Палец вверх
0
Палец вниз
0
Аплодирую
0
Рука лицо
0



Читать бесплатно «Туманосфера» ознакомительный фрагмент книги


Туманосфера


Вольф Белов

 

ТУМАНОСФЕРА

 

пролог

 

День ничем не отличался от других. То же небо, то же море, та же буйная зелень, захватившая сушу. Ничто не предвещало беды.

Мутные от водорослей и мельчайших рачков волны лениво накатывали на каменистый пляж. Существо остановилось, вращая большими плохо видящими глазами. Волна подтолкнула существо, словно подгоняя.

Суша казалась гостеприимной, даже гостеприимнее моря с его теплыми, прогретыми солнцем мелководьями. Здесь можно было дышать, не используя жабры. Останься существо здесь и выведи потомство, его правнуки полностью освоились бы в новой среде обитания. Однако, оно было уже далеко не первым, кто выбрался из воды на сушу.

Существо заметило тень, упавшую с неба, когда острые когти уже вонзились в тело, сдирая чешуйки. Но даже не это прервало развитие целого вида.

Небо окрасилось в алый цвет, океан вскипел, взметнув ввысь столбы раскаленного пара, земная твердь раскололась на множество частей, выпуская из трещин и разломов фонтаны расплавленного базальта.

Катастрофа изменила все и предопределила дальнейшую историю этого мира…

 

 

глава первая

 

Смычок в последний раз скользнул по струнам, мелодия смолкла. Барон Мильгран Дитц опустил скрипку. Сзади послышалось деликатное покашливание.

— Фугар, вы можете издавать хоть какие-то звуки при ходьбе? — шутливо спросил барон, не оборачиваясь.

Секретарь и в самом деле всегда передвигался абсолютно бесшумно. Казалось, даже кучи сухих веток или битого стекла под ногами не смогли бы выдать его шагов.

Как всегда в подобных случаях, в ответ прозвучала уже проверенная универсальная фраза:

— Прошу прощения, сэр, не хотел вас отвлекать.

Мильгран Дитц заботливо уложил скрипку в футляр и закрыл крышку. Повернувшись к секретарю, он спросил:

— Ну, что там у нас?

Фугар — невысокий подтянутый мужчина средних лет с начинающей облезать макушкой и флегматичным характером — положил на стол пухлую кожаную папку:

— Нужно подписать несколько документов, сэр.

— Несколько? — с иронией переспросил барон Дитц, выразительно глядя на папку.

— Немножко накопилось, пока вы были в отъезде, сэр — невозмутимо пояснил секретарь.

Фугар служил секретарем у барона уже много лет, и еще ни разу Мильграну Дитцу не доводилось видеть хоть какое-то проявление эмоций с его стороны. В любых ситуациях Фугар всегда оставался невозмутим и спокоен, но при этом его совсем нельзя было назвать равнодушным. Именно это качество, которое одновременно и казалось забавным, и вселяло определенную уверенность и спокойствие, барон ценил в своем верном секретаре.

Мильгран Дитц опустился в кресло и придвинул к себе папку. Фугар предупредительно пододвинул чернильный прибор под правую руку хозяина.

Большой дубовый стол был под стать своему владельцу, крупному широкоплечему мужчине лет сорока. Своей атлетической фигурой Мильгран Дитц воплощал монолитность и надежность гранитной скалы. В полную противоположность секретарю, барон никогда не скрывал своих чувств, был достаточно прямолинеен и не скупился на проявление эмоций. Признавая за собой множество недостатков, Мильгран Дитц ничуть не смущался, а напротив, будто бы нарочно, выставлял их напоказ. Впрочем, никто не мог бы назвать его недалеким и посредственным, в светских кругах этот человек считался разносторонней и весьма одаренной личностью. Помимо игры на скрипке, барон увлекался фехтованием, верховой ездой и кулачными боями, поэтому, в отличие от многих людей своего возраста, сохранил отличную физическую форму. Вместе с тем он имел весьма привлекательную внешность: голубоглазый, всегда улыбчивый и выбритый, в его аккуратной, словно прилизанной прическе никогда не сбивался ни единый волосок, а закрученные вверх кончики тонких усиков придавали лицу выражение некоторой торжественности. Многие дамы томно вздыхали, глядя украдкой на этого закоренелого холостяка, ибо, помимо природного обаяния, Мильгран Дитц обладал так же и солидным состоянием: ему принадлежала крупнейшая рыболовецкая компания и несколько судов, а так же многие земельные участки и доходные дома.

Открыв папку, барон Дитц извлек первый попавшийся документ и пробежал глазами по строкам.

— Премиальный список, — произнес секретарь.

— Вижу, — кивнул Мильгран Дитц. — Похоже, капитан Варсен Калан вновь отличился.

— Безусловно, он лучший капитан из всех, кто работает на вас, сэр, и достоин поощрения.

— Лишь бы поощрение не убавило его служебного рвения, — усмехнулся барон Дитц.

— Это не про него, сэр, — заверил хозяина Фугар. — Вы можете быть уверены в своем лучшем капитане.

— Вы явно благоволите этому парню, Фугар.

— Не более, чем любому другому, отлично знающему свое дело, сэр. Если люди, работающие на вас, блестяще справляются со своими обязанностями, следует отметить это, иначе они могут уйти к другому работодателю.

— Что ж, всецело полагаюсь на вас в вопросах кадров.

Барон принялся подписывать документы из папки. Между делом Фугар поинтересовался:

— Как прошла ваша поездка, сэр?

— Весьма посредственно, Фугар, я бы даже сказал, скучно. В этом мире уже не осталось ничего такого, чего бы я не видел.

— Понимаю вас, сэр, — сочувственно кивнул секретарь.

Будучи страстным путешественником и любителем всего нового, Мильгран Дитц и в самом деле скучал в последние годы. В известном всем мире не осталось ни одного необжитого уголка, даже охота на диких животных осталась в прошлом, последнего медведя пристрелил еще дед барона, теперь шкура того самого зверя украшала одну из стен кабинета.

— Я слышал, в обществе естествознания сегодня выступает господин Корт Ферган, — сообщил секретарь. — Возможно, посещение данного мероприятия немного развеет вашу скуку, сэр.

— Корт Ферган? — переспросил барон Дитц. — Кажется, я слышал это имя.

— О да, сэр, — сдержанно кивнул Фугар — Время от времени его имя бывает на слуху. Этот господин известен своими революционными теориями в области естествознания. Не сомневаюсь, в этот раз он снова поведает обществу что-либо занимательное. Наверняка, и пресса не обойдет это событие вниманием. Впрочем, как всегда. Журналисты падки на сенсации, при этом их не особо заботит, насколько правдива информация.

— Похоже, Фугар, вы не очень-то доверяете теориям этого господина Фергана, — заметил Мильгран Дитц, лукаво прищурившись.

— Вы знаете, господин барон, я сторонник практики, а не теории. Идеи же господина Фергана ничем не подтверждены, поэтому больше похожи на обычное словоблудие. Но, по крайней мере, послушать его не бывает скучно.

— Вы заинтересовали меня, Фугар. Пожалуй, действительно стоит послушать этого господина. В котором часу состоится это… мероприятие?

— В шесть вечера, господин барон. Как раз вернетесь к ужину.

Мильгран Дитц взглянул на карманные часы:

— Через полчаса. Что ж, решено. Велите подать мою коляску, Фугар. Бумаги просмотрю позже.

Когда Мильгран Дитц прибыл к зданию общества естествознания, внутри уже было оживленно.

— Я опоздал? — поинтересовался он у швейцара на входе.

— О нет, господин Ферган только начал свой доклад. Проходите.

Похоже, в этот день многие решили поразвлечь себя новыми теориями известного исследователя — просторное помещение едва вмещало всех желающих. Поскольку на подобные мероприятия вход всегда был свободным, число слушателей ограничивалось лишь площадью аудитории. Только благодаря внушительной комплекции, Мильгран Дитц смог с трудом протиснуться на свободное местечко у самой двери, подвинув сразу несколько человек. Все сидячие места, расположенные полукругом вокруг возвышения с ораторской трибуной, были заняты, кому не хватило стульев и кресел, стояли у стен и в проходах, а кто-то и вовсе сидел на полу.

С трибуны к собравшимся обращался высокий худощавый человек в пенсне, с пушистыми бакенбардами, лет тридцати пяти на вид. Свой сюртук он небрежно бросил на журнальный столик, стоявший у стены неподалеку, оставшись в клетчатом жилете. Длинные руки и ноги, вкупе с худобой, придавали всей фигуре оратора несколько комичный вид. Видимо, не обладая достаточно громким голосом, он заметно напрягался, чтобы быть услышанным всеми. Из перешептываний соседей, барон понял, что это и есть сам Корт Ферган.

— Что мы знаем об устройстве нашего мира? — задал оратор вопрос аудитории и сам же на него ответил: — По сути, ничего. Мы исследовали вдоль и поперек тот небольшой клочок земли, где живем, но нам неведомо, что находится за его пределами.

— Не такой уж и небольшой! — послышался ироничный выкрик из зала.

— Да, для нас он огромен, — согласился Корт Ферган. — Почти пять миллионов квадратных миль — это большая площадь. У нас даже есть море. Но так ли уж велик этот размер в сравнении с остальным миром, что скрыт от наших взоров туманом?

— С остальным? — переспросил кто-то. — Объяснитесь, что вы имеете в виду, господин Ферган?

— Для того я и собрал вас, уважаемые, чтобы поделиться своими наблюдениями и умозаключениями. Но прежде хочу напомнить вам, как до наступления эпохи научного рационализма объясняла религия происхождение мира. По утверждениям теологов в незапамятные времена некий бог отколол кусок тверди от общего ядра и теперь эта частица плавает в тумане. Мы так и называем наш мир — Твердь. Современная наука ставит эту версию под большое сомнение, но до сих пор не предложила иного достоверного объяснения.

— Неужели его предложите вы?! — снова послышался насмешливый выкрик.

— По крайней мере, попытаюсь. Если отбросить миф о боге Ядра, то вполне допустимо, что некогда в результате какой-то катастрофы твердые слои одного большого образования и в самом деле отделились от общей массы и разлетелись в пространстве. Разлетелись ровно настолько, насколько позволила сила гравитации. Вернее, не разлетелись, а, так сказать, расплылись. Несомненно, это должен был быть достаточно плавный процесс, иначе отколовшиеся пласты не смогла бы удержать никакая гравитация.

— Ваша теория не нова, — пренебрежительно заметил один из слушателей.

— Да, подобные суждения уже высказывались научным сообществом, — признал Корт Ферган. — И я один из сторонников этой теории. Всем вам известны результаты масштабных геологических исследований. Согласно им наш мир представляет собой не просто кусок материи, а несколько спрессованных и спаянных временем огромных пластов твердых пород. И если бы что-то очень большое, имеющее ту же структуру, вдруг распалось на части, оно распадалось бы именно такими пластами. Под нашими ногами не просто почва и камень, а именно структурное образование, которое не могло появиться само по себе, плавая в тумане — его создали давление, жар, эрозия. Однако большинство по-прежнему не осмеливается признать вероятность того, что наша, так называемая, Твердь может представлять собой всего лишь малый осколок той великой настоящей Тверди, что когда-то отделилась от общего ядра.

— То есть, вы утверждаете, что наш мир не единственный? — подвел итог его монологу еще один нетерпеливый слушатель.

— Именно так, — уверенно ответил Корт Ферган, подтвердив свое заявление не менее уверенным жестом.

Зал в один миг наполнился гулом голосов.

— Позвольте, не вы ли говорили однажды, что утверждать или опровергать что-то можно, лишь зная наверняка? — напомнил кто-то, перекрикивая остальных.

— Совершенно верно, — согласился Корт Ферган. — Именно потому я сейчас перед вами на этой трибуне, что точно уверен в своих словах.

Шум в зале еще более усилился. Оратору пришлось максимально повысить голос, от напряжения он даже покраснел:

— Господа, позвольте мне объяснить!

Когда стало немного тише, он продолжил:

— Попробую привести вам еще одно доказательство. Наш мир окружен очень плотной атмосферой с высокой облачностью, из-за чего мы можем наблюдать солнце лишь в виде яркого размытого пятна. И каждый из вас не раз мог видеть, как время от времени солнце скрывается за темной завесой. Принято считать, что его закрывают высотные грозовые тучи.

— А у вас есть иное объяснение?

— Несомненно. Видите ли, это явление происходит всегда в одном и том же порядке. Так называемая туча всегда приходит с одной стороны и уходит в другую, никогда не меняя направления, куда бы ни дул ветер. Сам я не очень силен в математических вычислениях, но наши ученые уже много лет наблюдают за такими затмениями и давно выявили закономерность. Это натолкнуло меня на одну очень интересную мысль. Ведь атмосферные явления слишком непредсказуемы, чтобы подчиняться строгому графику, что уже само по себе удивительно. Господа, то, что принято считать высотными тучами, на самом деле является еще одним слоем осколков, таких же, как наш собственный.

Зал вновь взорвался криками. Не обращая внимания на поднявшийся шум, Корт Ферган подошел к доске позади трибуны и принялся что-то рисовать мелом.

— Что за художества, господин Ферган?!

— Позвольте объяснить, как мне это видится, — произнес Корт Ферган, дождавшись относительной тишины. — Есть некий объект, назовем его ядром. А вот несколько слоев частей той самой Тверди, что вращаются вокруг него с различной скоростью. То, что они движутся в пространстве, лично у меня не вызывает никаких сомнений, иначе мы не наблюдали бы периодических затмений. Общая гравитация уравновешивает их, она же не позволяет улетучиться атмосфере. Сколько всего этих слоев, сказать невозможно, но над нами их не менее двух. Таким образом, мы с вами находимся примерно здесь.

— Пустые домыслы! — недоверчиво выкрикнули из зала. — Уже не раз предпринимались попытки изучить атмосферу при помощи оптических приборов, и не было обнаружено никаких твердых тел.

Такой довод Корта Фергана нисколько не обескуражил. Пожав плечами, он с улыбкой ответил:

— Просто не туда смотрели.

— Куда же надо было смотреть, по-вашему?

— Как я уже говорил, наш… ну, назовем его — осколок, окружен высокой облачностью. По моему мнению, происходит это от того, что потоки нагретого ядром воздуха, поднимаясь, сталкиваются с более холодными атмосферными слоями. Именно это порождает облачность и электрические разряды. Вследствие такой атмосферной активности невозможно разглядеть что-либо вверху. Но вполне вероятно, если искать визуальный контакт на одной линии с нашим осколком.

Отложив мел, Корт Ферган поправил пенсне и торжественно объявил:

— Господа, я видел его.

На некоторое время в зале воцарилась абсолютная тишина.

— Видели что? — послышался из тишины осторожный вопрос.

— Я видел другой осколок, — пояснил оратор. — Проанализировав общее движение в пространстве, я расположил мощный оптический прибор на краю нашего осколка и увидел его. Это было мимолетное смутное видение сквозь рассеявшийся на мгновение туман, но я его видел. Если кто-либо из вас обладает достаточным запасом времени и терпения, вы сможете сами убедиться в достоверности моих наблюдений.

В очередной раз зал взорвался гулом голосов. Сообщение исследователя породило бурное обсуждение. Большинство слушателей оказались весьма скептически настроены к новой теории, но нашлось много и таких, кого убедили доводы оратора.

— А этот Ферган умеет завести публику, — вполголоса отметил Мильгран Дитц.

— Еще как! — воскликнул стоявший рядом мужчина, услышав его замечание.

Между тем один из оппонентов Корта Фергана поднялся с кресла и громогласно заявил:

— Ваши умозаключения, безусловно, интересны, но согласитесь, господин Ферган, все это лишь теории! Даже то, что вы что-то там видели сквозь туман, еще ничего не доказывает, это могла быть оптическая иллюзия.

— Возможно! — воздержался от дискуссии оратор. — Поэтому предлагаю перейти от теории к практике.

— Это ново! — опешил сосед барона Дитца. — Интересно, что он придумал на этот раз?

Его удивление разделили и остальные слушатели. Со всех сторон послышались выкрики:

— Как?! Каким образом?! Что вы предлагаете?!

— Я предлагаю перешагнуть границы привычного нам мирка и расширить свой кругозор! — объявил Корт Ферган. — Мы исследуем соседние с нами осколки!

До этого мгновения казалось, что в зале не может быть более шумно, чем было до того. Заговорили все разом и на таких повышенных тонах, что в первые секунды у барона зазвенело в ушах. Понадобилось несколько минут, прежде чем Корту Фергану ценой неимоверных усилий удалось вновь заставить публику слушать себя.

— Господа, вот уже целое столетие наша наука развивается лишь в теории, которую невозможно проверить на практике. Нам известны многие химические элементы и соединения, которых нет на нашем осколке. Мы знаем о них лишь в результате исследований атмосферы. Но не из воздуха же берутся эти самые элементы. Они появляются в результате циркуляции воздушных потоков. Значит, где-то там, на других осколках, все это существует в наличии. Исследовав весь наш огромный мир, мы можем получить доступ к таким ресурсам, которые дадут небывалый толчок техническому прогрессу нашего общества.

— Но каким же образом вы намереваетесь исследовать другие осколки?! Не перепрыгнуть же!

— Мы можем построить корабль! — с некоторой долей торжественности объявил Корт Ферган, вновь вызвав минутное замешательство публики. — Воздушный корабль!

Пока собравшиеся осмысливали его слова, Корт Ферган склонился за трибуну, затем снова выпрямился, держа в руках свернутый в трубку большой холст. Закрепив верхний край на той же доске, где недавно рисовал схему устройства мира, он развернул холст.

— Обратите внимание, господа! Это, конечно, не совсем чертеж, еще многое предстоит доработать и просчитать, но в целом мне это видится приблизительно вот так.

— Поясните, что вы тут изобразили! — потребовали из зала.

— Извольте.

Указывая на разные части своего рисунка, Корт Ферган принялся пояснять:

— Основу всего составляет воздушный шар, заполненный горячим воздухом. Именно он поднимет всю конструкцию вверх и удержит ее в воздухе. Нагревать воздух будет печь, она расположена вот здесь, на палубе самого корабля.

— А что это за рогатины торчат из корпуса? — спросил кто-то.

— Это движущая сила корабля, мачты с парусами. Так как расположить мачты вертикально невозможно, их лучше вынести в стороны по диагонали с обеих сторон. При помощи системы блоков, шкивов и тросов можно будет управлять парусами, не покидая палубу самого корабля.

— Не кажется ли вам, что вся конструкция слишком громоздка, чтобы быть управляемой? — поинтересовался другой слушатель. — Тем более, парусами.

— Возможно, вы правы, — не стал отрицать Корт Ферган. — Но и путь, который предстоит проделать, не так уж велик. Визуально расстояние до другого осколка не более трехсот миль.

— Не так уж и мало, — послышалось в ответ.

— Все относительно. Но на случай, если паруса не справятся с управлением, предусмотрен еще один вариант. Некоторое время назад был опробован паровой двигатель. И если уж на судне будет располагаться печь, она может не только нагревать воздух, но и послужить двигателем для винта.

— Вы увлеклись, господин Ферган! — послышался смех из зала. — Слишком большой груз вы вознамерились поднять в воздух. У вас и двигатель, и топливо для него, и экипаж, которому необходимы различные припасы. Оболочка вашего шара будет немыслимо велика, это колоссальная конструкция. Не представляю, как ее вообще построить.

— Не говоря уж о том, что это будет слишком дорогостоящий проект, — поддержали скептика с другой стороны. — Такой проект неосуществим финансово. Постройка вашего корабля в самом деле слишком сложна, а потому дорогостояща, никто не возьмется за финансирование вашей затеи.

— Вот именно поэтому я взываю ко всему нашему сообществу, — ответил Корт Ферган. — Действуя все вместе, мы сможем достичь цели! Я вижу здесь представителей прессы. Господа журналисты, в ваших силах донести до каждого жителя нашего осколка, что мир гораздо больше, чем нам представляется, и в наших силах освоить его, стоит лишь объединить усилия.

— Утопия! — раздался выкрик.

— Ну почему же?! — не согласился другой слушатель. — Идея очень даже не плоха.

— Только проблему финансирования фантазиями не решить. Мечтателей много, а вот состоятельных людей гораздо меньше, и никто из них не будет пускать деньги на ветер. Даже если удастся построить такой корабль, никто не знает, доберется ли он до другого осколка и что там найдет. Полагаться на волю случая в таком дорогостоящем проекте, это верх легкомыслия.

Зал снова взорвался криками. Противников теории, выдвинутой Кортом Ферганом, и его проекта исследования неизвестного мира оказалось не так уж много, идея явно увлекла многих. Однако абсолютное большинство склонялось к мысли о неосуществимости проекта, в силу очень уж больших затрат и неопределенности конечной цели.

Привалившись спиной к стене и опершись обеими руками о трость, Мильгран Дитц внимательно слушал высказывания как сторонников, так и оппонентов проекта. Бурное обсуждение затянулось почти на час. Когда исчерпались все аргументы «за» и «против», народ понемногу начал расходиться. Через некоторое время стало настолько просторно, что барон смог сесть на освободившееся кресло.

Корт Ферган сражался за свою идею до конца, оживленно жестикулируя и горячо отстаивая собственное мнение перед многочисленными оппонентами. Но в итоге покинули зал и они. Последним ушел пожилой мужчина с пышными усами, сказав напоследок:

— Ваши идеи занятны, господин Ферган, но лучше бы вам заниматься своим делом. Вы ведь доктор. Вот и лечите людей. А кому морочить им голову, найдется и без вас.

Корт Ферган лишь махнул рукой с видом человека, оказавшегося в безнадежном проигрыше. Он опустился в кресло первого ряда и склонил голову к коленям, обхватив ее руками.

Сидя на своем месте в последнем ряду, барон смотрел на чертеж воздушного корабля, висевший на доске, и покусывал нижнюю губу, обдумывая все услышанное. Наконец, он поднялся, вышел к возвышению с трибуной и снова взглянул на чертеж. Корт Ферган не пошевелился. Переведя взгляд на его макушку, Мильгран Дитц произнес:

— Так значит, вы доктор, господин Ферган.

Исследователь поднял голову и поправил на переносице покосившееся пенсне.

— Тоже хотите сказать, что я увлекся не своим делом? — устало спросил он.

Еще совсем недавно так увлеченно и даже азартно убеждавший слушателей в своей правоте, сейчас этот человек казался полностью выдохшимся: взгляд потускнел, уголки губ опустились вниз, плечи обвисли.

— Просто интересно, как вы додумались до всего этого? — Барон Дитц многозначительным кивком указал на доску: — Далеко не всякому обывателю приходят в голову подобные мысли. А вы известны очень многими смелыми идеями. Как все эти теории рождаются в вашей голове?

— А разве вы сами никогда не мечтали? — спросил Корт Ферган.

Мильгран Дитц пожал плечами:

— Не могу назвать себя мечтателем. Но сегодня вы меня заинтересовали и даже увлекли своим проектом.

Корт Ферган вновь поправил пенсне и счел нужным поинтересоваться:

— Простите, а с кем имею честь?

— Барон Мильгран Дитц, — представился собеседник.

— Я о вас слышал, — удивленно произнес доктор.

— Ну разумеется, — кивнул барон, не скрывая самодовольной улыбки. — Скажите, господин Ферган, насколько вы уверены в правильности своей теории насчет существования других… осколков?

— На все сто процентов, — ответил Корт Ферган, ни на мгновение не задумавшись, при этом в его глазах снова появился азартный блеск. — У вас есть причины для сомнений?

— Я деловой человек и не привык полагаться на случай, предпочитаю твердые гарантии.

— Что ж, я с уверенностью могу вам гарантировать, что там за туманом есть другая земля.

— Ее действительно можно увидеть в этот ваш… прибор?

— Было бы желание и время. Я уже говорил сегодня, поймать момент довольно таки непросто. Я вел наблюдения несколько недель. Наши осколки разделяет не просто туман, это атмосферная облачность, в ней движутся воздушные потоки. Сквозь сильные линзы это движение настолько заметно, что видно, как дрожит воздух, даже искажается визуальное восприятие. Знаете, так бывает, когда смотришь сквозь костер. Это было словно призрачное видение.

— Так не могли ли вы ошибиться, приняв желаемое за действительное? — усомнился Мильгран Дитц.

— Я уверен, господин барон.

— Но что же так тянет туда лично вас, господин Ферган? — вновь полюбопытствовал Мильгран Дитц.

— Наверное, жажда знаний, — просто ответил доктор, пожав плечами. — Желание познать неведомое. Говорят, вы любитель путешествий, господин барон. Разве вас влечет в дорогу не то же самое чувство? Не желание увидеть то, чего вы еще никогда не видели?

Барон Дитц рассмеялся.

— Влекло, господин Ферган, — поправил он собеседника. — Увы, в известном нам мире я видел уже все, путешествовать больше некуда. Похоже, мы с вами стоим друг друга. Как вы думаете, что может быть там, по другую сторону тумана? Есть ли там живые существа?

— Не исключаю такого.

— В том числе и разумные, как мы?

— Возможно.

Барон Дитц снова взглянул на чертеж, висевший на доске, и спросил:

— Скажите, господин Ферган, что вам нужно, чтобы построить ваш корабль?

Корт Ферган горько усмехнулся:

— Учитывая, что у меня нет ничего, мне нужно все.

— Но с чего бы вы начали, если бы приступили к реализации своего проекта?

— Прежде всего, понадобится хороший инженер для точных расчетов и постройки. Я даже знаю одного такого человека.

— Допустим, — кивнул Мильгран Дитц. — Дальше?

— Дальше потребуются рабочие и строительные материалы. Потом снаряжение для команды.

— Неплохо бы еще иметь человека, умеющего обращаться с парусами, — добавил барон Дитц.

— Согласен, — кивнул Корт Ферган. — Но бесполезно строить планы, если не в силах их реализовать.

— Считайте, что нашли инвестора для своего проекта, — улыбнулся Мильгран Дитц.

— Вы?! — Корт Ферган на секунду даже приподнялся над креслом от удивления. — Вы готовы вложиться в это дело?! Но ведь оно потребует действительно очень больших средств.

— Признаю, когда корабль будет построен, я стану значительно беднее, — кивнул барон Дитц. — Но, как уже и говорил, я деловой человек, господин Ферган, поэтому думаю о перспективах. Страсть к путешествиям служит развлечением, меня же, кроме всего прочего, увлекает и коммерческая сторона дела. Если мы обнаружим на других осколках залежи ресурсов, которых так не хватает здесь, все мои затраты окупятся стократно.

— А если не обнаружим? — осторожно спросил Корт Ферган.

— Значит, будем искать, — с улыбкой ответил Мильгран Дитц. — Ведь, согласно вашей теории, осколков Тверди, подобных нашему, очень много.

Доктор развел руками и растерянно пробормотал:

— Это так неожиданно. Я даже не знаю, что сказать.

— Ничего не говорите, господин Ферган. Просто постройте корабль.

 

 

глава вторая

 

В портовую контору вошел высокий подтянутый мужчина лет сорока. Судя по обветренному загорелому лицу и крепкому телосложению, большую часть времени человек этот проводил под открытым небом на свежем воздухе и был привычен к физическому труду. Он держался прямо, поступь его была тверда, а лицо хранило практически постоянное выражение суровой невозмутимости, глаза из-под насупленных бровей смотрели жестко.

Мужчину сопровождал мальчишка лет пятнадцати, такой же загорелый и физически развитый, державший в руке походный моряцкий сундучок. В отличие от спутника, в его облике просматривалась изрядная неуверенность, которую мальчишка пытался скрыть, явно желая быть похожим на взрослого товарища.

В просторном помещении несколько клерков заполняли документы, стоя за своими конторками и скрипя металлическими перьями по бумаге. Посетителей почти не было, лишь в кресле у стены сидел крупный мужчина в цилиндре, поигрывая тростью.

— Вы, как всегда, вовремя, капитан Калан, — встретил вошедшего сам управляющий порта.

При этом он взглянул на циферблат часов, которые держал в руке.

— Вы же знаете, я никогда не опаздываю, — ответил моряк.

— Одно из ваших несомненных достоинств, — кивнул управляющий.

— Могу я получить судовые документы?

Управляющий захлопнул крышку часов, спрятал их в кармане жилетки на брюшке и загадочно усмехнулся:

— Не торопитесь, капитан. Командование вашей шхуной уже принял другой человек.

Суровые черты лица капитана стали еще более жесткими, что, наверное, означало удивление.

— Я уволен? — спросил он.

— Скорее, получили повышение, — произнес мужчина в цилиндре, поднимаясь с кресла.

Он приблизился к капитану и его юному сопровождающему:

— Позвольте представиться, барон Мильгран Дитц.

На сей раз капитан выглядел действительно удивленным. Похоже, меньше всего он ожидал встретиться с самим судовладельцем.

— Варсен Калан, — представился капитан.

— Я знаю, — кивнул барон Дитц. — А вы, молодой человек?

Он обратил свой взгляд к мальчишке.

— Грэм, сэр, — робко ответил тот.

— Мой юнга и воспитанник, — пояснил Варсен Калан.

— Приятно познакомиться, — Мильгран Дитц одарил обоих своей обаятельной улыбкой. — Составите мне компанию, капитан?

— Я так полагаю, у меня нет возможности отказаться, — предположил моряк.

Мильгран Дитц рассмеялся:

— О, возможность есть всегда. Хоть я и ваш работодатель, все же не собираюсь ни к чему вас принуждать, так что вы вправе отказаться. Но, думаю, у вас сейчас нет неотложных дел. Временно командование вашей шхуной принял другой капитан. А то, что предложу вам я, наверняка покажется гораздо интереснее ваших обычных обязанностей. Впрочем, если вы откажетесь, будем считать, что вы получили небольшой оплачиваемый отпуск, раз уж вы не вышли в море по моей вине. Но я не советовал бы вам торопиться с решением. Если вы согласны, нам предстоит небольшая поездка.

— Прошу прощения, я не один, господин барон.

Варсен Калан указал взглядом на своего юнгу.

— Честно говоря, я не рассчитывал на столь большую компанию, но места в коляске хватит на всех, — успокоил его барон Дитц. — Думаю, вашему мальчику тоже будет интересно. Идемте же, вы не пожалеете.

Не оставляя собеседникам времени на размышления, Мильгран Дитц повлек капитана и юнгу к выходу, где всех троих ждал экипаж, запряженный парой лошадей. Барон и его спутники разместились в четырехместной коляске. Усевшись напротив барона Дитца, Грэм пристроил сундучок у себя на коленях. Встретившись взглядом с хозяином экипажа, он тут же смутился и уткнулся взглядом в крышку сундучка. Похоже, мальчишка очень робел в присутствии такого большого по своей значимости человека. Варсен Калан, напротив, оставался холоден, невозмутим и суров, как и всегда, его ничуть не смущало, что они с юнгой так неожиданно оказались спутниками своего главного работодателя.

— Трогай! — скомандовал кучеру Мильгран Дитц. — Едем на нашу верфь!

— Так мы едем на верфь? — переспросил Варсен Калан, когда колеса экипажа загрохотали по булыжной мостовой. — Вы занялись судостроительством, господин барон?

— В некотором роде, — ответил Мильгран Дитц. — Я начал строительство нового корабля и хочу, чтобы вы на него взглянули.

Через несколько минут экипаж свернул к выезду из города.

— Мне кажется, по этой дороге мы не попадем к побережью, — заметил Варсен Калан.

— Вы совершенно правы, — подтвердил его догадку барон Дитц. — Но нам и не нужно к морю. Верфь, которую мы посетим, не совсем обычная, необычен и корабль.

— Что же в нем особенного?

— Это воздушный корабль, господин Калан.

При этих словах Грэм встрепенулся и снова осмелился поднять взгляд на барона. Да и Варсен Калан не смог скрыть своего удивления. Мильгран Дитц рассмеялся, довольный произведенным эффектом.

— Вы не ослышались, друзья мои, новый корабль предназначен для воздушного путешествия.

— И для чего же нужен такой корабль? — поинтересовался Варсен Калан. — Как далеко вы собрались путешествовать?

— В новые миры, господин Калан, — снова рассмеялся барон Дитц. — Вы слышали о последнем выступлении господина Фергана?

— Большую часть жизни мы проводим в море и не следим за светскими новостями. Но о Корте Фергане я слышал. Чем он отличился в этот раз?

Мильгран Дитц повернулся к спутнику и внимательно посмотрел на него. Любой другой наверняка смутился бы под столь пристальным и оценивающим взглядом, но Варсен Калан не повел и бровью, его лицо вновь приобрело выражение суровой невозмутимости, он спокойно смотрел прямо перед собой, на проплывающие навстречу поля и фермы.

— Видимо, вы не любитель читать прессу, — предположил барон. — А ведь об этом событии писали все газеты. Неужели даже разговоры обывателей до вас не доходили? Вы ведь уже целую неделю на берегу.

Варсен Калан пожал плечами.

— Позвольте спросить, чем же вы занимаетесь в свободное время между выходами в море? — поинтересовался барон.

— Я не любитель сплетен. А дел хватает и дома.

— Что ж, позвольте вас просветить. Господин Ферган провел ряд исследований, и пришел к выводу, что наша часть твердой земли не весь наш мир, а лишь малый его осколок и за туманом существуют другие такие же осколки. Более того, он лично видел один из таких осколков в оптический прибор.

Грэм заметно удивился, в этот раз он даже осмелился гораздо дольше задержать свой взгляд на бароне. На Варсена Калана слова спутника не произвели видимого впечатления, все с тем же сурово-невозмутимым видом он произнес:

— Попробую догадаться, вы строите свой воздушный корабль, чтобы попасть именно на тот кусок земли?

— Совершенно верно, — подтвердил его предположение Мильгран Дитц, в очередной раз одарив собеседника широкой улыбкой. — Вижу, вас не особо вдохновляет такая идея. Вы сомневаетесь в успехе подобного предприятия?

— Я не особо слежу за научными открытиями, господин барон, но уверен, что любое новое дело сопряжено с трудностями и риском. Вы-то сами уверены в успехе?

— Ну, по крайней мере, я позаботился об успехе. В создание корабля вкладываются немалые средства, над проектом трудятся лучшие специалисты. И вас я пригласил как лучшего эксперта в кораблевождении.

— Такая оценка должна мне польстить? — осведомился Варсен Калан.

Грэм чуть поежился. Обладая довольно таки жестким характером, Варсен Калан никогда не отличался изысканностью выражений, зачастую был резок и чересчур прямолинеен, что всегда восхищало юнгу и одновременно вызывало опасения, особенно когда разговор происходил с особами гораздо выше по статусу, чем сам Калан. Впрочем, барон Дитц, не заметил жесткости тона собеседника, или сделал вид, что не заметил. Как ни в чем не бывало, он продолжал:

— Я лишь отдаю должное вашему незаурядному опыту, господин Калан. Скажите честно, вы считаете невозможным перемещение по воздуху между осколками?

— Не могу судить о том, чего не знаю. Но если вы хорошо подготовились и учли все возможные обстоятельства, наверняка сумеете добиться желаемого.

— Предусмотреть все невозможно. Потому я и хочу, чтобы вы взглянули на корабль. В его конструкции присутствует парусное вооружение, а вы  понимаете в управлении парусами, как никто другой. Быть может, вы заметите что-то такое, что упустили из вида другие.

— Посмотрим, — кивнул Варсен Калан. — Но желательно знать, хотя бы вкратце, что предстоит выдержать в пути вашему кораблю.

— Безусловно, — согласился Мильгран Дитц. — Господин Ферган подробно просветит вас обо всем, что ему известно. Впрочем, мы проведем в пути еще около часа, могу в общих чертах обрисовать вам картину предстоящего путешествия. Вашему мальчику наверняка будет интересно послушать.

Варсен Калан лишь пожал плечами. Грэм же густо покраснел, смутившись от того, что так неожиданно стал объектом внимания столь высокопоставленной особы. Барон добродушно рассмеялся, забавляясь его смущением. То ли желая еще более смутить мальчишку, то ли считая, что обрел в его лице благодарного слушателя, барон Дитц продолжал, обращаясь уже непосредственно к Грэму:

— Видите ли, молодой человек, согласно исследованиям и умозаключениям господина Фергана, весь наш мир, скрытый от нас туманом, состоит из нескольких слоев твердых тел, таких же, как этот осколок тверди, на котором мы, собственно, и обитаем. Все они образуют сферу и вращаются вокруг одного общего раскаленного ядра. Разница температур у самого ядра и в верхних слоях атмосферы порождает воздушные потоки. А движение осколков в различных слоях, постоянно перекрывающих друг друга, делает эти потоки изменчивыми. Так что вполне вероятно, что наш корабль может попасть в воздушный шторм. Это и ураганный ветер, и молнии, и перепад температур. Предвижу вопрос, мой юный друг, насколько велик этот перепад? Спешу вас успокоить, он не столь значителен, чтобы можно было зажариться или замерзнуть. Хотя, на всякий случай в экипировке экипажа предусмотрена теплая одежда.

Грэм и не думал спрашивать ни о чем подобном, однако не решился прерывать так неожиданно обрушившийся на него поток сведений. Барон вновь рассмеялся, глядя на растерянную физиономию мальчишки.

Поля сменялись рощами и снова полями, изредка на пути попадались фермы. Через некоторое время, когда позади осталось очередное фермерское хозяйство, кирпичное покрытие дороги закончилось, экипаж затрясся по ухабам. Капитану подумалось, что они уже совсем недалеко от края осколка, раз никто не счел нужным прокладывать дорогу дальше.

Еще издали Варсен Калан заметил внушительную ажурную конструкцию, окруженную строительными лесами. Мильгран Дитц кивнул Грэму:

— Взгляните, молодой человек.

Обернувшись и выглянув из-за спины кучера, мальчишка обомлел. Сооружение, возведенное среди лугов, превосходило своими размерами самый большой дом, когда-либо виденный юнгой, даже дворец магистрата.

Вскоре кучер натянул поводья, останавливая экипаж.

— Мы на месте, — объявил барон Дитц.

Он первым выбрался из коляски, спутники последовали за ним. Оглядевшись, Варсен Калан заметил еще одно строящееся сооружение неподалеку от первого, но гораздо меньших размеров. Указав на деревянный каркас, возвышавшийся на стапелях, он произнес:

— Полагаю, это и есть ваш корабль.

— Именно так, господин Калан. Прошу за мной.

Мильгран Дитц повлек спутников за собой к стапелям, откуда раздавался дружный стук молотков. Бросив взгляд в сторону ажурной конструкции в окружении лесов, по которым сновали десятки рабочих, растягивая парусиновые полотнища, Варсен Калан поинтересовался:

— Что это?

— Непосредственно сам воздушный шар, — ответил барон Дитц.

— Больше похоже на цилиндр, — отметил Варсен Калан. — На вид кажется довольно хрупким.

— Наш инженер уверяет, что конструкция способна выдержать требуемую нагрузку, — заверил его Мильгран Дитц. — Она собрана из деревянных реек, переклеенных особым способом, что придает им прочность. Внутри протянуты тросы, удерживающие каркас от деформации. Кстати, вот и наш инженер. Госпожа Станг, не уделите ли нам время?!

От группы рабочих, которым только что что-то объясняла, отошла высокая женщина лет тридцати в комбинезоне и быстрым шагом направилась к Дитцу и его гостям. В руках женщина держала блокнот, за ее правым ухом торчал карандаш. Огненно-рыжие волосы женщины инженера были стянуты в пучок на затылке, при этом создавалось немного комичное впечатление, будто именно из-за этого ее большие зеленые глаза распахнуты гораздо шире, чем полагается от природы.

— Знакомьтесь, капитан Варсен Калан и его юнга Грэм, — представил ей барон своих спутников. — А это наш инженер госпожа Майра Станг.

Инженер протянула руку. Калан нехотя протянул свою. Он терпеть не мог светские обычаи, когда мужчина обязан целовать руку дамы, при знакомстве предпочитал лишь кивок головой. Но, к его удивлению, Майра Станг просто пожала руку капитана, хотя, при ее внешнем виде это не должно было быть уж так неожиданно. Рукопожатие инженера оказалось по-мужски крепким, да и двигалась она с несвойственной дамам стремительностью и деловитостью.

— Удивлены, что инженерными работами руководит женщина? — спросила Майра Станг, без труда прочитав явное недоумение в глазах капитана.

— Не то слово, — не стал скрывать Варсен Калан. — Так какой именно помощи вы от меня ждали?

— Лично мне никакая помощь не нужна, — отрезала Майра Станг, гордо вздернув подбородок.

— Не горячитесь, госпожа Станг, — осадил ее барон. — Мы взялись за невероятно сложное дело и лишний взгляд со стороны нам не помешает. Господин Калан опытный моряк, может быть, он заметит что-нибудь, что мы упустили из вида.

— Мы не собираемся в море, — с недовольным видом напомнила Майра Станг.

— Тем не менее, прошу вас показать нашему гостю корабль, — потребовал Мильгран Дитц. — А я должен увидеться с господином Ферганом. Он в конторе?

Майра Станг кивнула. Откланявшись, барон направился к конторе.

— Чем это вы так расположили к себе барона, что он притащил вас сюда? — поинтересовалась Майра Станг.

При этом женщина демонстративно сморщила нос, по-прежнему ничуть не пытаясь скрыть свое недовольство.

— До сегодняшнего дня мы даже не были знакомы, — спокойно ответил Варсен Калан. — А чем это я так не расположил вас?

— Просто не люблю, когда вмешиваются в мою работу, — холодно произнесла инженер.

— И не думал вмешиваться, — заверил ее Варсен Калан. — Так вы покажете мне свое детище?

— Идемте, — нехотя пригласила гостей Майра Станг.

По ее тону нетрудно было догадаться, что инженер с удовольствием послала бы нежданных гостей куда подальше, и не делает этого лишь из уважения к просьбе барона.

Женщина первой поднялась по сходням на борт строящегося корабля. Варсен Калан и Грэм последовали за ней.

Своим внешним видом корабль напоминал большой плоскодонный баркас. В центре из корпуса торчали в стороны по диогонали две длинные деревянные балки, стянутые в вершинах тросом. Еще одна длинная балка располагалась горизонтально под ними, выходя своими концами далеко за борта. Такая же горизонтальная балка, но чуть короче, была закреплена на носу судна.

Повсюду сновали рабочие, крепя блоки, шкивы, и протягивая тросы.

—  Реи для парусов? — спросил Варсен Калан, указав на балки.

— Вы догадливы, — кивнула Майра Станг.

— Догадаться несложно. Они подвижны?

Варсен Калан указал на горизонтальные балки.

— Разумеется. Не считайте, что только вы один разбираетесь в парусной оснастке.

В голосе женщины послышался вызов. Похоже, первое впечатление Варсена Калана не обмануло, дамочка отличалась дерзким характером и в каждом слове готова была услышать выпад в свою сторону, особенно, если это слово исходило из уст мужчины.

— Рад, что этой верфи повезло с инженером, — спокойно произнес Варсен Калан. — Я вижу штурвал, но не вижу кормовой лопасти.

— Ее еще не установили. Она будет располагаться под днищем в кормовой части, как у обычных судов.

Варсен Калан задумчиво хмыкнул.

— Что такое? — нахмурилась Майра Станг.

Похоже, в каждом слове и даже жесте моряка ей чудился какой-то подвох, инженер заметно нервничала, от этого злилась и пыталась скрыть свою нервозность за резкостью тона.

— Ваш кораблик не так уж велик, — заметил Варсен Калан. — Чего не скажешь об этом, — он указал на ажурный каркас оболочки шара. — Не кажется ли вам, что маленьким рулем маленького корабля будет сложно повернуть такую махину?

— Повернем, — самоуверенно заявила Майра Станг. — Пусть это будет не очень быстро, но мы и не собираемся участвовать в регате.

Варсен Калан пожал плечами:

— Дело ваше. Барон обмолвился о воздушном шторме. Если он прав, может так случиться, что понадобится быстро сманеврировать.

Майра Станг на мгновение задумалась.

— Ну а что бы вы предложили? — с явной неохотой поинтересовалась она, видимо, уязвленная замечанием моряка, но совсем не желая признавать правоту его слов, даже вынужденно.

— Установите лопасть большего размера там.

Варсен Калан указал пальцем вверх, затем перенаправил свой жест на каркас оболочки.

Не желая ронять свой авторитет в глазах моряка, Майра Станг гордо вздернула подбородок:

— Не думайте, что такая мысль не приходила мне в голову. Но тросы управления придется протягивать слишком далеко. Если они запутаются во время пути, будет сложно до них добраться.

— Ну, вы же инженер, — спокойно напомнил Варсен Калан. — Сделайте так, чтобы не запутались. А для облегчения ремонтных работ протяните ванты. Иначе при сильном переменчивом ветре ваш управляемый кораблик не сможет справиться с таким неуправляемым гигантом и сам потеряет управление.

— С каких это пор моряки так хорошо разбираются в воздухоплавании? — язвительно поинтересовалась Майра Станг.

Варсена Калана ничуть не задел ее тон. Все с той же невозмутимостью он ответил:

— Барон мой работодатель, он просил меня оценить конструкцию вашего корабля. Именно это я и делаю без всякой предвзятости. Барону я скажу то же самое.

— Вы всегда так прямолинейны?

— Всегда.

Не обращая внимания на раздражение женщины, Варсен Калан прошелся по корпусу судна.

— Палуба здесь предусмотрена?

— Нет, ее не будет, — ответила инженер, постаравшись смягчить свой тон. Впрочем, ее выдержки хватило ненадолго, уже в следующем вопросе снова послышался вызов: — Вас что-то не устраивает?

— В случае аврала будет сложно быстро передвигаться, а при сильной болтанке недолго и за борт вылететь.

— Уж извините, но приходится жертвовать комфортом, — снова добавила язвительности в голос Майра Станг. — Каждая лишняя доска, каждый лишний гвоздь, это дополнительный вес. У нас один только паровой двигатель весит почти три центнера.

— Двигатель? — переспросил Варсен Калан.

— Помимо парусов было решено применить еще и винтовую тягу. Все детали привезут через пару дней.

— Вы действительно взялись за дело с размахом, — признал Варсен Калан.

— Мы предусмотрели все, — самоуверенно заявила Майра Станг. — А что касается ваших опасений, что кто-то вывалится за борт, членам экипажа не придется бегать по корпусу корабля. Система блоков позволит каждому управлять отведенной ему частью такелажа, не сходя с места. А уж на совсем непредвиденный случай предусмотрены страховочные тросы.

— Да уж, вы подготовились, — усмехнулся Варсен Калан. — За исключением рулевого управления.

— Это всего лишь ваше мнение.

— И оно правильное.

При этом утверждении моряка в глазах Майры Станг блеснули злые огоньки.

— Самоуверенности вам не занимать, — холодно произнесла женщина.

— Как ни странно, могу сказать то же самое о вас, — невозмутимо отозвался Варсен Калан.

— Вам так нравится меня задевать? — нахмурилась инженер.

— А вы предпочитаете ничем не обоснованную лесть?

— Предпочитаю уважение.

Варсен Калан учтиво склонил голову и произнес:

— В таком случае считайте, что я предостерег вас исключительно из уважения к проделанной вами работе. Не хотелось бы, чтобы ваши труды пропали даром.

— Надо же, какое благородство! — пренебрежительно фыркнула Майра Станг. — Эй, мальчик, не трогай там ничего!

Грэм, к которому относился ее окрик, отдернул руку от штурвала и смущенно пробормотал:

— Простите, мэм.

По трапу в носовой части корабля на борт поднялся барон Дитц, непринужденно поигрывая тростью.

— Что скажете, капитан? — поинтересовался он. — Поделитесь впечатлением.

— Вижу, вы серьезно взялись за дело, господин барон, — произнес Варсен Калан. — На мой взгляд, ваш корабль беспрепятственно сможет подняться в воздух.

— Меня больше интересует, долетит ли он туда, куда надо? — рассмеялся Мильгран Дитц. — Так как, по-вашему? Долетит?

— Зависит от управления, — ответил Калан, глядя при этом на женщину.

Майра Станг поспешно сказала:

— Наш гость обратил внимание на кое-какие недоработки, и я приняла информацию к сведению.

— Чудесно! — воскликну барон Дитц, вскинув свою трость. — Кстати, об управлении. Господин Калан, этому кораблю требуется хороший капитан. Предлагаю вам взять это на себя?

— Мне? — удивился Варсен Калан.

— Ему? — одновременно с ним и не менее удивленно переспросила Майра Станг.

— Именно так, — подтвердил свои слова Мильгран Дитц. — Что скажете, господин Калан?

— Я никогда не летал на воздушных кораблях, — ответил моряк, пожав плечами.

— Будьте уверены, у вас нет конкурентов, которые могли бы похвастаться обратным, — рассмеялся барон. — Ни у кого в нашем мире нет опыта подобных путешествий. Я хочу нанять вас за ваши деловые качества. Думаю, вы справитесь с поставленной задачей.

— Чтобы дать утвердительный ответ, мне нужно получить чуть больше информации об экспедиции, — заметил Варсен Калан.

— Разумное требование, — согласился Мильгран Дитц. — Основная цель экспедиции — разведка ресурсов и колонизация других осколков. Поскольку характер экспедиции коммерческий, то, принимая мое предложение, вы становитесь не просто наемным капитаном, но и младшим партнером, как и другие участники. Соответственно, вы будете иметь долю с прибыли. Как вам такие подробности? Думаю, для вас это неплохой шанс увеличить свое состояние.

— А каковы шансы добраться до других осколков? — усмехнулся Варсен Калан.

— Вы сами сказали, все зависит от управления. А управление я предоставляю вам.

— Заманчивое предложение, — задумчиво произнес Варсен Калан. — Сколько людей в команде?

— Экипаж невелик, лишь непосредственные участники экспедиции. Это, собственно, я, наш инженер, — барон указал на Майру Станг, — автор всего проекта Корт Ферган, геолог Джарт Хэрп и химик Гирп Шейдер. Ну и вы в качестве капитана.

— И это все? — удивился Варсен Калан. — Весь экипаж, это вы, женщина и кучка ученых?

При упоминании моряком ее персоны Майра Станг скорчила недовольную гримасу, но удержалась от колкости.

— Понимаю ваше недоумение, господин Калан, -- кивнул Мильгран Дитц. -- Но корабль не сможет поднять много людей и груза, мне же по прибытии на другой осколок понадобятся специалисты.

— С такой командой вы вряд ли доберетесь до другого осколка, — насмешливо заметил Варсен Калан.

— Вот поэтому я и предлагаю именно вам стать капитаном корабля. До отлета еще пара недель, научите за это время членов экспедиции быть командой.

— Меня учить не надо, — гордо сказала Майра Станг. — Я строю этот корабль, я все о нем знаю.

— Ну, так что скажете, господин Калан? — спросил барон, не обратив внимания на выпад инженера. — Примете командование?

Варсен Калан задумчиво потер ладонью подбородок и пробормотал:

— Это слишком рискованная авантюра.

— Похоже, вы не слишком решительны, когда дело касается риска и вашей собственной шкуры, — не упустила возможности съязвить Майра Станг.

Варсен Калан даже не взглянул на нее.

— Напомню, на этой, как вы говорите, авантюре, вы можете сделать неплохое состояние, — многозначительно сказал барон.

— Весомый аргумент, — согласился Варсен Калан.

В этот момент сзади послышался робкий голос:

— Сэр...

Варсен Калан оглянулся на Грэма и распорядился:

— Жди меня внизу.

Мальчишка послушно спустился по сходням. Варсен Калан перевел взгляд на барона:

— Я смогу принять ваше предложение лишь с одним условием — мальчик отправится со мной.

— Невозможно, — тут же отвергла его требование инженер.

— Сейчас я разговариваю не с вами, — сурово произнес Варсен Калан, вновь не удостоив женщину даже взглядом.

— Я тоже, — огрызнулась Майра Станг. — Господин барон, лишний человек в экипаже — это лишнее снаряжение, лишняя провизия, соответственно, лишний непредусмотренный груз.

Барон Дитц оперся на свою трость обеими руками, постукивая пальцами по бронзовому набалдашнику, перевел задумчивый взгляд с капитана на инженера, затем взглянул на Грэма, топтавшегося внизу, и произнес:

— Прошу прощения, господин Калан, но я вынужден согласиться с госпожой Станг.

При этих словах Майра Станг торжествующе вздернула подбородок. Барон же продолжал:

— Число участников экспедиции ограничено грузоподъемностью корабля, я набираю только тех людей, что могут быть полезными в предстоящем путешествии. Ваш юнга вряд ли может быть нам полезен.

— Не спешите с выводами, господин барон, — не согласился Варсен Калан. — Грэм отличный кок, а кроме того, ловок и сообразителен, и неплохо управляется со снастями.

— Почему вы так привязаны к своему юнге? — удивился барон Дитц. — Даже я не беру своих слуг в экспедицию.

— Грэм мне не слуга, — ответил Варсен Калан. — Он сирота, жил в соседнем доме, его родители погибли при пожаре. Теперь я его опекун. Я не могу оставить мальчика одного. Если он остается здесь, остаюсь и я.

— Надо же, какая ответственность, — вновь не удержалась от язвительности Майра Станг.

Барон размышлял недолго. Взглянув на инженера, он произнес:

— В конце концов, изначально мы рассчитывали грузоподъемность корабля на семь человек. Думаю, мы можем принять условие господина Калана. Но оговорюсь сразу, мальчик не станет нашим коммерческим партнером, он лишь наемный работник. Мы договорились?

— По рукам.

Барон Дитц и Варсен Калан скрепили сделку рукопожатием.

— А теперь пройдемте в контору, оформим договор, — пригласил барон капитана. — Заодно познакомитесь с остальными участниками экспедиции.

Варсен Калан первым спустился по сходням. Майра Станг задержала Мильграна Дитца:

— Почему вы идете на поводу у этого мужлана?

— Вижу, он вам не по нраву, — рассмеялся барон. — Что ж, придется смириться. Видите ли, я набираю лучших, и вы тому пример, дорогая. А он лучший в своем деле. И раз уж ему так дорог его мальчишка, это будет залогом того, что он точно не угробит корабль и доставит всех нас в пункт назначения.

 

 

глава третья

 

Капельмейстер постучал палочкой о пюпитр, привлекая внимание музыкантов вверенного ему духового оркестра. Какофония настраиваемых инструментов смолкла. Плавный взмах руки дирижера породил музыку: звуки спокойной неспешной мелодии разлились по округе.

На значительном удалении от жилых мест, всего лишь в паре миль от края мира, который в свете последних событий большинство обывателей называли не иначе, как осколком, собралась изрядная толпа. С самого раннего утра сюда стягивался народ не только с ближайших городов, но даже с отдаленных ферм.

Сегодня отправлялись в дальний путь отважные исследователи, как известили о том все газеты. О своевременном освещении события в прессе позаботился сам барон Дитц, так что стечение нескольких тысяч зрителей в одно место вовсе не было случайным.

Центром всего действа служил деревянный помост, именно к нему должен был причалить воздушный корабль. Сама верфь, где построили корабль, находилась довольно далеко. По задумке барона Дитца за время пути от верфи до пункта отправления почти по самому краю осколка в условиях сильной ветрености экипажу корабля предстояло на практике научиться управляться со снастями. Здесь же корабль должен был дозаправиться топливом — у причала стояли несколько ящиков с углем.

Напротив причала рабочие возвели трибуну для самых именитых граждан, чтобы известным особам не пришлось толкаться в толпе простых обывателей. Проводить исследователей напутственным словом пожелали сами члены магистрата, верховного органа управления всего осколка. Каждые шесть лет жители осколка избирали в состав правительства троих членов из числа самых уважаемых граждан — Мильгран Дитц, готовясь к путешествию, не обошел своим вниманием и их. Вообще барон постарался устроить настоящее торжество, шумное и помпезное, нанял даже духовой оркестр, словно не отправлялся в экспедицию, а уже успешно вернулся из нее.

В ожидании прибытия воздушного корабля, многочисленные зрители прогуливались по окрестным лугам, разбившись на группы. Пользуясь таким массовым стечением народа в одно место, мелкие лавочники развернули бойкую торговлю, снабжая публику напитками, снедью и сладостями. Особо предприимчивые дельцы предлагали даже различные сувениры, приуроченные к грядущему событию.

Цирковые жонглеры и клоуны радовали детвору своими трюками, также спеша заработать на празднике, их выступления привлекали массу народа.

Порядок обеспечивали несколько десятков жандармов под командованием ротмистра — высокого широкоплечего красавца с лихо закрученными усами. Парадные мундиры на крепких подтянутых фигурах привлекали томные взгляды девушек и молодых женщин и заставляли завистливо сжимать зубы их менее удачно сложенных спутников. Рассредоточившись в толпе, стражи порядка зорко наблюдали за всем, что происходит вокруг.

То здесь, то там возникали научные диспуты — искушенные в естественных науках обыватели бурно обсуждали теорию, выдвинутую доктором Ферганом, и возможность воплощения его идеи на практике. Впрочем, угасали споры так же быстро, разговоры плавно переходили на обсуждение погоды и скачек, женщины делились мнением о новых веяниях в моде, люди пожилого возраста зачастую заостряли внимание на проблемах воспитания подрастающего поколения.

Возле палатки со сладостями случайно столкнулись два человека.

— Прошу прощения, — тут же извинился молодой мужчина в мешковатом костюме, приподняв котелок. — Засмотрелся на акробатов.

— Ничего страшного, — успокоил его пострадавший.

— Хорошего отдыха вам и вашей семье!

Мужчины разошлись.

— Папа, хочу это! — потребовал пятилетний малыш, указывая на шоколадный кораблик.

Его отец посмотрел на свою супругу, словно спрашивая разрешения. Прочитав в ее глазах немое одобрение, глава семейства полез в карман, однако бумажника не нащупал. Похлопав себя по всем карманам, он недоуменно пробормотал:

— Кажется, дома оставил.

— Растяпа, — осуждающе произнесла  жена.

Малыш начал подозревать, что не получит заветного лакомства, и уже готов был разреветься, но в этот момент послышались возбужденные возгласы:

— Летит! Летит!

Плавная мелодия вальса угасла, оркестр грянул бравурный марш. Над дальней рощей появилось огромное эллипсоидное сооружение. Неспешно и величественно оно приближалось к месту торжества. Под эллипсом на толстых канатах висел деревянный корпус корабля, раскинув косые паруса, словно крылья. Кроме парусов судно толкал вперед винт, расположенный в носовой части.

Народ начал подтягиваться к причальному помосту, толпа уплотнилась. Разноголосый гомон, едва поднявшись, почти сразу стих. Все, как один, смотрели в небо, задрав головы и следя за каждым маневром корабля.

Воздушное судно понемногу снижалось, вскоре свернулись и паруса. Движимый одним лишь винтом корабль приблизился к помосту, вниз скользнули четыре каната. Рабочие на причале поймали канаты, пропустили через блоки и подтянули судно лебедками, затем закрепили концы. С борта корабля развернулась веревочная лестница. Журналисты со всех сторон устремились поближе к причалу, некоторые принялись устанавливать на треногах громоздкие фотоаппараты. За ними подалась вперед толпа, жандармам в оцеплении с трудом удалось сдержать натиск.

— Господа, соблюдайте порядок! — призвал публику жандармский ротмистр.

Барон Дитц подкрутил усы и бросил самодовольный взгляд на ликующую толпу. Ему определенно нравилось все происходящее, он даже не пытался скрыть этого, хотя наверняка понимал, как до нелепого напыщенно должен выглядеть.

— Господин Ферган, прошу вас со мной, — пригласил он доктора.

— Это обязательно? — спросил Корт Ферган, с сомнением глядя на веревочную лестницу.

— Вы инициатор всего проекта, у журналистов наверняка есть к вам вопросы. Ну же, дружище, не стесняйтесь, это ваш миг славы. Господин Калан, займитесь погрузкой. Госпожа Станг, проверьте состояние судна. Господа Хэрп и Шейдер, журналисты наверняка захотят видеть и вас, для пояснения научных аспектов экспедиции.

— А кто будет следить за топкой двигателя? — мрачно осведомился Варсен Калан.

— Пожалуй, я останусь, — поддержал его Гирп Шейдер. — Здесь полно дел, господин барон, а я уже староват, чтобы лазать туда-сюда по таким лестницам.

Химик и вправду был самым старшим в экипаже, тем не менее, несмотря на свои шестьдесят с лишним лет, вовсе не выглядел старой развалиной, как любил сам о себе говорить, посмеиваясь. Огромный и плечистый, фигурой он напоминал медведя и обладал почти такой же силой — своими здоровенными ручищами он наверняка смог бы запросто завязать в узел металлический лом. Но при своих внушительных габаритах этот рыжеусый здоровяк выглядел добродушно, с его широкого лица почти не сходила дружелюбная улыбка.

Полную противоположность Гирпу Шейдеру составлял Джарт Хэрп — геолог экспедиции — как внешне, так и характером. Невысокий, худощавый с настороженными черными глазами и хищным крючковатым носом, Джарт Хэрп никогда не улыбался. Но если капитан Калан, чьей отличительной чертой так же была неулыбчивость, выглядел сурово и мужественно, то облик геолога казался злым и подозрительным, словно тот постоянно вынашивал какой-то коварный план против всех окружающих. От предложения барона пообщаться с прессой, он не стал отказываться.

— Как пожелаете, — не стал уговаривать химика Мильгран Дитц.

Корт Ферган попытался было вновь отказаться от предложенной чести, однако Гирп Шейдер ободряюще похлопал его по плечу, легонько подталкивая к трапу, и произнес:

— Ступайте, господин доктор. Этот миг славы по праву ваш.

Мильгран Дитц первым спустился вниз по веревочной лестнице с удивительной для его комплекции ловкостью. За ним гораздо менее проворно последовали Корт Ферган и Джарт Хэрп. Их троих тут же со всех сторон обступили журналисты, защелкали затворы фотокамер. Барон Дитц полностью отдался славе, позируя, раздавая интервью и отвечая на вопросы корреспондентов. Не менее словоохотливо ему вторил Джарт Хэрп, расписывая журналистам перспективы открытия новых месторождений полезных ископаемых. Один лишь Корт Ферган чувствовал себя здесь лишним и весьма неохотно отвечал на вопросы. Отстаивая свой проект на трибуне в обществе естествознания, он был гораздо более многословен, однако сейчас, стараниями барона Дитца, намного большее значение придавалось не научной стороне экспедиции, а персонам самих исследователей, что очень смущало доктора.

В полной мере удовлетворив любопытство газетчиков, барон Дитц обратился с речью к публике, благодаря всех собравшихся за проявленный интерес к столь значимому для жизни всего населения событию.

Пока глава экспедиции купался в лучах славы, оставшиеся на борту члены экипажа занимались подготовкой к дальнейшему пути. Во время короткого перелета от верфи к месту дозаправки, корабль показал себя вполне неплохо. Не прошли даром и тренировки, проведенные Варсеном Каланом для членов экипажа. Ничего не смыслящие в подобном деле люди научились управляться с парусами и смогли действовать слаженно, даже сам барон беспрекословно выполнял все приказы капитана.

При помощи лебедки наверх подняли несколько ящиков с углем, Варсен Калан и Грэм установили их поближе к топке двигателя и закрепили. Гирп Шейдер тем временем следил за температурой печи, нагревающей воздух, чтобы корабль оставался в постоянном положении. Нагретый воздух, проходя через камеру пламегасителя, по парусиновому воздуховоду попадал в оболочку шара, его избыток стравливался через клапан в верхней части оболочки, соединенный тросом с капитанским мостиком.

Несмотря на то, что Майра Станг проверила крепление каждой подвижной части корабля, Варсен Калан счел своим долгом еще раз все перепроверить. Такое явное недоверие не осталось незамеченным инженером. Вообще на протяжении всей совместной работы над созданием корабля и первого вылета капитан и инженер постоянно находились в состоянии соперничества. Вернее, соперничала одна Майра Станг, непонятно почему невзлюбившая моряка с момента первой встречи, он же просто делал то, что считал нужным. Поскольку такое противостояние не перетекало в открытый конфликт, ни барон, ни остальные не обращали на двух соперников никакого внимания. Лишь Гирп Шейдер посмеивался, глядя со стороны на эту пару, где каждый считал себя главным.

— Обязательно контролировать все, что я делаю? — в очередной раз оскорбилась Майра Станг, гордо вздернув нос.

— Я лишь выполняю свою работу, — невозмутимо ответил Варсен Калан. — Я капитан этого судна и должен быть уверен, что доставлю вас до места назначения в целости и сохранности.

— Вы невыносимы! — заявила Станг.

— Вы тоже. Однако вы член экипажа и мне приходится терпеть вас на борту. Потерпите и вы, наше совместное путешествие вряд ли продлится дольше пары дней.

— Очень на это надеюсь.

— Грэм, сообщи барону, что мы готовы к вылету, — приказал капитан мальчишке. — Пусть заканчивает свое самолюбование.

Получив сообщение юнги, Мильгран Дитц подвел к концу свое выступление и вместе с доктором и геологом поднялся на борт судна.

К путешественникам и публике обратился с речью председатель магистрата. Хотя большая часть речи главы правления была обращена непосредственно к участникам экспедиции, дескать, какие героические свершения предстоят отважным исследователям ради блага всего населения, сами они не особо прислушивались к напутственным словам, занятые последними приготовлениями. Лишь барон принимал живописные позы на носу корабля, позируя фотографам и даже художникам, что наспех набрасывали эскизы, надеясь впоследствии создать шедевральные полотна.

— В добрый путь, господа! — подвел итог своему выступлению глава магистрата.

Оркестр вновь грянул торжественный марш.

— Поддайте жару, господин Шейдер! — распорядился Варсен Калан.

Причальные канаты натянулись, как струны. В этот момент в толпе возникло замешательство. Один из зевак, решив уточнить, сколько сейчас времени, засунул пальцы в карман жилетки, однако часов там не обнаружил.

— Вор! — завопил он во все горло. — Здесь вор!

Жандармы встрепенулись. Пострадавший, заметив впереди в толпе молодого человека в мешковатом костюме и котелке и вспомнив, что именно этот парень совсем недавно толкнул его, словно невзначай, тут же указал на него стражам порядка:

— Вон он! Держите его!

— Взять! — решительно рявкнул ротмистр и подкрутил ус, перехватив на себе очередной томный девичий взгляд.

Двое жандармов устремились к указанному молодому человеку. Не дожидаясь их приближения, тот тут же пустился наутек.

— Вор! Держи вора! — раздались выкрики.

Кое-кто из толпы попытался оказать содействие жандармам, за что тут же поплатился подбитым глазом. Сбивая с ног всех, кто попадался на пути, беглец заметался то в одну, то в другую сторону, в поисках спасения.

Не обращая внимания на поднявшуюся суматоху в толпе зевак, Варсен Калан скомандовал:

— Отдать швартовы!

Рабочие одновременно перерубили канаты, удерживавшие корабль на причале. Воздушное сооружение плавно и величественно начало подниматься вверх.

Воришка внизу, все еще пытавшийся избежать встречи с жандармами, налетел прямо на оркестр, при этом сбив с ног нескольких музыкантов. Марш расстроился. Настигший было его один из жандармов схватил беглеца за шиворот, однако ловкий парень выскользнул из своего сюртука, оставшись в одной манишке. Неожиданно беглец метнулся к причалу. Оттолкнув двух рабочих, он подпрыгнул и ухватился за обрубок причального каната. Корабль слегка качнулся, тем не менее, продолжил подниматься, все стремительнее набирая высоту. Подоспевшие жандармы попытались было ухватить вора за ноги, однако уже не смогли дотянуться. Один из жандармов рванул револьвер из кобуры, но тут же услышал окрик ротмистра:

— Стой! Никому не стрелять! Не хватало еще корабль повредить. Если сорвем полет, барон нам этого не простит, все без работы останемся. Этот мерзавец сам свалится.

Пока под днищем корабля кипели страсти, капитан Калан продолжал командовать:

— Малый вперед!

Гирп Шейдер потянул рычаг шестеренчатой передачи. Винт корабля пришел в движение, набирая обороты. Капитан встал к штурвалу. Судно поднялось над землей метров на тридцать и поплыло вперед.

— Поднять паруса!

Заскрипели блоки, корабль оделся парусами, еще более ускорив ход.

— Вы ничего не заметили? — спросила Майра Станг спутников. — Вроде бы, я почувствовала толчок.

— Да, я тоже почувствовал, — согласился с ней Корт Ферган.

Покинув свое место, инженер выглянула за борт и воскликнула:

— Да у нас пассажир!

Мильгран Дитц, Корт Ферган и Грэм так же выглянули за борт. Майра Станг указала на человека, что болтался в воздухе, вцепившись в обрубок причального каната. Переведя взгляд на покинутый причал, барон Дитц заметил:

— Там какая-то суматоха.

— Посмотрите на это, — сказал Джарт Хэрп, присоединившись к товарищам и указывая на несколько жандармов вдалеке, что бежали вслед за кораблем.

— Похоже, мы прихватили с собой беглого преступника, — догадался Мильгран Дитц.

Майра Станг оглянулась на капитана:

— Вы слышали? У нас лишний груз висит за бортом!

— Если он вам так мешает, обрубите канат и избавьтесь от него, — невозмутимо посоветовал Варсен Калан, не выпуская штурвал.

— Да вы с ума сошли! — возмутилась Майра Станг. — Он разобьется!

— Мы не можем убить человека, — поддержал ее Корт Ферган.

— Лично я согласен с капитаном, — заявил барон Дитц. — Этот человек преступник, нечего его жалеть. Мы же не можем повернуть назад, чтобы отдать его в руки правосудия, эти маневры сожгут много топлива и задержат нас еще на день. Мы уже приближаемся к краю осколка.

— Скажите просто, что не хотите портить момент торжественного отлета, — уязвила его Майра Станг.

— И это тоже, — не стал отрицать барон. — Господин Хэрп, подайте топор.

Джарт Хэрп, не задумываясь, протянул барону Дитцу топор.

Гирп Шейдер, следивший за работой двигателя в носовой части корабля, не слышал ничего, что происходило у него за спиной. Грэм притих, поглядывая то на барона, то на капитана. Майра Станг и Корт Ферган растерянно переглядывались.

Между тем Мильгран Дитц шагнул к борту, жестом попросив инженера отодвинуться.

— Остановитесь, господин барон, — неожиданно произнес капитан. — Умерьте свою кровожадность.

— Не понял, — насторожился Мильгран Дитц. — Вы же только что сами рекомендовали избавиться от этого человека.

— Считайте, что я проверял решительность каждого из вас. Грэм, к штурвалу!

Грэм сменил капитана у штурвала.

— Господин Хэрп, лестницу! — снова скомандовал Варсен Калан. — Мы поднимем этого человека на борт.

— Чего ради? — возмутилась Майра Станг. — Это уже явный перегруз!

— На вас трудно угодить. Сбрасывать его вы не хотите, поднимать тоже. Что предложите?

Майра Станг неопределенно пожала плечами.

— Пока что мы не падаем, — продолжал Варсен Калан. — Стало быть, корабль вполне способен удержать и этот дополнительный груз.

Он кивнул геологу и повторил:

— Лестницу, господин Хэрп!

Веревочная лестница развернулась вниз. Свесившись за борт, Варсен Калан крикнул:

— Эй, вы! Забирайтесь сюда!

Человек на канате поднял голову и ничего не ответил.

— Так и будете там висеть?! — снова крикнул Варсен Калан.

— Уверяю вас, здесь намного удобнее, — поддержал капитана Корт Ферган.

— Может, вам еще чашку горячего чая предложить? — съязвил барон Дитц, также свесившись за борт. — Лезьте наверх, пока мы не передумали.

Человек на канате наконец протянул руку, уцепился за лестницу, перебрался на нее и принялся карабкаться наверх. Калан и Хэрп помогли ему перевалиться через борт. Подхватив свой упавший котелок, незнакомец вновь нахлобучил его на голову и поправил манишку.

— Ну и кто же вы такой, сударь? — осведомился барон Дитц, критическим взглядом окинув нежданного пассажира. — Не припоминаю, чтобы приглашал вас на борт.

Незнакомец оказался молодым парнем лет двадцати пяти, из-под котелка выбивались пучки белокурых волос, по широкой физиономии и голым плечам обильно рассыпались веснушки, а голубые глаза взирали на путешественников с невинностью младенца. Штаны его явно были великоваты и держались на помочах, манишка на голом торсе выглядела довольно нелепо, столь же нелепо выглядели и стоптанные башмаки, в правом из которых сквозь дырку в носке виднелся грязный палец.

— Прошу прощения за беспокойство, господа, — ответил парень, приподняв котелок. — Лишь обстоятельства вынудили меня воспользоваться вашим транспортным средством.

— Эти обстоятельства как раз сейчас бегут следом, они в форме и вооружены, — рассмеялся Мильгран Дитц. — Уж не вор ли вы, сударь?

— Да бог с вами, господин хороший! — оскорбился парень. — Какой из меня вор? Меня несправедливо обвинили.

— Чего ж тогда от жандармов бежал? — недоверчиво спросила Майра Станг. — Невиновных у нас в тюрьму не сажают.

Парень виновато развел руками:

— Испугался я, госпожа. Я ж человек простой.

Барон Дитц бесцеремонно засунул руку в оттопыренный карман его штанов и извлек на свет кожаный кошелек с бронзовой застежкой.

— Наверняка скажешь, что это к тебе в карман случайно ветром задуло, — предположил барон, подбросив кошелек в руке.

— Это мое, — не задумываясь, ответил парень. — Вон там какую торговлю развернули, думал, прикуплю что-нибудь. Сами видите, пообносился малость.

— Да уж, совсем малость! — насмешливо фыркнула Майра Станг, окинув оборванца взглядом.

— Сочиняешь быстро, но неубедительно, — произнес барон Дитц.

Сунув руку в другой карман незнакомца, он вытащил серебряные часы на цепочке.

— Наверное, фамильные, — с усмешкой предположил Мильгран Дитц.

Он перевел взгляд на Варсена Калана:

— Что будем с ним делать? Вы капитан, предоставляю вам решать его судьбу.

— Назови свое имя, — потребовал Варсен Калан.

— Гай, господин. Меня зовут Гай Мортенс.

— До конца пути будешь матросом на этом корабле, Гай Мортенс, — вынес свое решение капитан.

— Вы не пожалеете, господин, — заверил его новый член экипажа. — Я многое могу.

Взглянув на Майру Станг, он подмигнул женщине и добавил:

— А кое-кого могу и греть по ночам.

Барон Дитц рассмеялся:

— Ох и наглец!

Майра Станг ответила новому члену экипажа холодным взглядом, полным презрения:

— Кое с кем ты можешь и перегреться.

— Господин Хэрп, переоденьте нашего нового матроса, — распорядился капитан. — В таком виде ночью он даже сам себя не согреет.

Джарт Хэрп увел Гая Мортенса с собой в носовую часть судна. Проводив парня взглядом, барон Дитц спросил капитана:

— Думаете, достойное приобретение?

— Посмотрим. Он ловок и крепок, может пригодиться. Господин Шейдер, дайте полный ход! Все по местам!

Все больше набирая скорость, корабль поплыл к самому краю осколка.

 

 

глава четвертая

 

Перегнувшись через борта с обеих сторон, путешественники зачарованно смотрели вниз. Даже Варсен Калан на время покинул штурвал, застопорив его в одном положении. Такого прежде не доводилось видеть ни одному жителю осколка.

Под днищем корабля величественно проплыли последние перелески и холмы родного осколка. Взглядам открылся рваный край со скальными выступами, уходивший на мили вниз и терявшийся в туманной дымке.

— Вот это глыба! — вырвалось у Гая Мортенса.

Корт Ферган щелкнул затвором массивного фотоаппарата на треноге, направив объектив вниз.

— Члены общества естествознания непременно должны это увидеть, — ответил он на вопросительные взгляды товарищей.

Порыв ветра, ударивший снизу, едва не сорвал шляпу с головы барона, тот успел подхватить ее в последний миг.

— Все по местам! — скомандовал капитан, вновь вернувшись к штурвалу. — Приготовьтесь!

Члены экипажа поспешно заняли заранее распределенные места, застегнули страховочные пояса.

Порывы ветра налетали то с одной стороны, то с другой, но были настолько незначительны, что Майра Станг даже пренебрежительно фыркнула:

— Если это и есть тот самый воздушный шторм, то вы, господин Ферган, явно преувеличили его мощность.

— Наше счастье, если это действительно так, — произнес капитан, напряженно вглядываясь вдаль.

— Я бы не рассчитывал на длительное спокойствие, — на всякий случай предупредил Корт Ферган.

В подтверждение его слов ветер усилился, ударив сбоку. Капитан переложил штурвал, выравнивая курс.

— Не ошиблись ли мы, господин Ферган? — поинтересовался барон Дитц. — Насколько можно быть уверенным, что именно этот курс выведет нас на другой осколок? Ни черта же не видно!

Впереди и в самом деле виднелась лишь сплошная серая масса с редкими вкраплениями темных пятен.

— Он должен быть там, господин барон, — отозвался Ферган. — Главное, не сбиться с курса. Ветер очень переменчив, это может здорово нам помешать.

— Ветер действительно непостоянен, — согласился с ним Варсен Калан, снова перекладывая штурвал. — Если порывы усилятся, придется свернуть паруса.

— Не уверены в себе, капитан? — не упустила случая поддеть его Майра Станг.

В своем обычном комбинезоне, да еще берете, лихо заломленном на бок, она всем видом демонстрировала свой задиристый нрав.

— Не уверен, что вы успеете вовремя сменить парус, — спокойно отозвался Варсен Калан.

— Уж я-то в себе не сомневаюсь, — самоуверенно фыркнула инженер.

— Не время для состязаний, дорогая госпожа Станг! — осадил ее барон Дитц. — Выполняйте все распоряжения капитана. Мы не для того отправились в путь, чтобы из-за детских споров рухнуть в бездну.

Грэм, управлявший носовым парусом вместе с Джартом Хэрпом, выглянул за борт, потом оглянулся на Корта Фергана, что вместе с бароном обслуживал боковой парус, и сообщил:

— Там внизу что-то светится.

— Что там может светиться? — удивился барон Дитц.

Корт Ферган и Мильгран Дитц одновременно выглянули за борт.

— Действительно, — пробормотал барон, увидев внизу красное мутное пятно.

Пятно почти сразу исчезло, словно растворившись в тумане. В лицо ударил теплый воздух.

— Держитесь все! — крикнул Корт Ферган, первым сообразив, в чем дело.

Мощный поток воздуха тут же ударил в днище корабля, подхватил шар и потащил вверх. Паруса надулись, словно крылья, от напряжения заскрипели реи. От резкого толчка все едва устояли на ногах.

— Капитан, мы должны вырваться из этого потока! — снова крикнул Корт Ферган. — Нельзя подниматься вместе с ним!

— Закрыть заслонку! — скомандовал Варсен Калан. — Сброс воздуха! Убрать паруса! Полный вперед!

— Да куда уж полнее?! — отозвался Гирп Шейдер, перекрывая заслонку воздуховода. — Ход максимальный!

Варсен Калан потянул трос, открывая клапан в оболочке воздушного шара и сбрасывая избыток горячего воздуха. Члены экипажа с трудом свернули паруса, преодолевая сопротивление воздуха. Корабль замедлил движение вверх, а вскоре начал снижаться.

— Что это было? — спросил барон Корта Фергана.

— Думаю, нам выпал редкий случай, когда между нами и ядром не оказалось ни одного осколка во всех слоях. Господин барон, мы видели ядро. Жаль, я не мог сфотографировать этот момент.

— Почему нельзя было подняться выше? — поинтересовалась Майра Станг.

— Есть риск попасть в более высокую облачность на границе разных температур воздушных потоков и сбиться с курса, — ответил Корт Ферган. — А то и вовсе зацепить нижнюю часть осколка из верхнего слоя. Тогда нас просто разорвет в клочья.

— Так значит, мы оказались в воздушном потоке, нагретом самим ядром? — уточнил Джарт Хэрп.

— Именно так, — подтвердил Корт Ферган. — Как только он столкнется с более холодным воздухом верхних слоев, образуется вихрь.

Прислушивавшийся к их разговору Гай Мортенс, похоже, не особо понял всю суть. Он просто пожал плечами и махнул рукой:

— Живы, и ладно.

— Не спеши радоваться, приятель, — недобро усмехнулся Джарт Хэрп.

Он указал на темные разводы в вышине за кормой корабля, сплетавшиеся в спираль.

— Надеюсь, нас уже не заденет, — произнес капитан.

В центре вихря блеснула молния, длинное ветвистое щупальце протянулось, как показалось, к самому кораблю. Раздался такой оглушительный грохот, что у всех заложило уши, а Майра Станг даже присела от испуга.

— О подобном вы не предупреждали, господин Ферган, — заметил капитан Калан.

Доктор виновато развел руками:

— Видимо, здесь так бывает.

Между тем корабль оказался в новом воздушном течении и начал стремительно опускаться.

— Открыть заслонку!

В течение нескольких минут положение корабля удалось выровнять.

— Капитан, нам лучше взять правее, — посоветовал Корт Ферган. — Похоже, те темные пятна, это грозовые тучи, а нам лучше не попадать в эпицентр грозы.

— Попробуем, — согласился Варсен Калан, перекладывая штурвал — Паруса поднять!

— Откуда здесь тучи? — недоуменно пробормотал барон Дитц, стравливая канат и разворачивая боковой парус.

— Пространство между осколками абсолютно не исследовано, до сей поры никто не делал даже теоретического анализа, — ответил ему Корт Ферган. — Думаю, здесь мы встретим еще много неожиданностей.

Ветер вновь переменился. Теперь, к явному удовольствию капитана, он задул с кормы, значительно ускорив движение корабля вперед. Однако ветер недолго оставался попутным и вскоре ударил с правого борта, усиливаясь с каждым мгновением.

Следуя указаниям Варсена Калана, путешественники развернули паруса, подстраиваясь под ветер, однако этого явно не хватало.

— Черт побери! — выругался Варсен Калан, изо всех сил налегая на штурвал. — Нас сносит прямо в грозу!

Мильта Станг так же схватилась за штурвал. Однако даже их совместных усилий не хватало, чтобы выровнять корабль.

— Ничего не выйдет! — крикнул капитан. — Придется менять курс.

— Сдаетесь? — вновь воспользовалась Майра Станг случаем поддеть его.

— Стараюсь сохранить корабль. Если сорвет руль, станем неуправляемы.

Варсен Калан оттолкнул инженера в сторону и быстро переложил штурвал, разворачивая корабль влево.

— Рискуем заблудиться! — предупредил капитана барон Дитц.

Он оглянулся за корму. Очертания родного осколка давно растворились вдали, смена курса действительно грозила потерей всех ориентиров.

— Зато останемся целы! — отозвался Варсен Калан. — Господин Хэрп, помогите господину Шейдеру. Мне нужна полная тяга.

Джарт Хэрп последовал к топке двигателя, где орудовал рыжеусый химик.

Оседлав воздушный поток, капитан направил корабль в обход грозового скопления. Когда уже казалось, что маневр удался, ветер вновь переменился. Налетевший шквал ударил с такой силой, что корпус корабля встряхнуло. Корт Ферган не удержался на ногах, барон Дитц подхватил его под руку. При этом шляпа барона, которую он то и дело успевал подхватывать, окончательно слетела с головы и, подхваченная ветром, скрылась в тумане.

— Нас несет прямо в грозу! — крикнула Майра Станг капитану. — Сделайте же что-нибудь!

— Можно ли обойти грозу поверху? — спросил барон Дитц.

— Не успеем набрать высоту, — ответил Варсен Калан. — Быстро мы можем только снизиться.

— Исключено! — решительно возразил Корт Ферган. — Слишком большой риск разбиться о край осколка.

— Знать бы еще, где этот осколок, — проворчал барон Дитц. — Каковы ваши прогнозы, господин Ферган?

— Мы можем достичь суши через час, а можем и через неделю, — ответил доктор. — Наша скорость очень непостоянна при таком изменчивом ветре.

Как ни старался капитан Калан, закруживший вихрь потянул корабль прямо к скоплению туч, где темная сердцевина шторма озарялась сполохами молний. Паруса вновь пришлось убрать. Постоянно менявшиеся  воздушные потоки бросали огромный цилиндр воздушной камеры то в одну, то в другую сторону. При таких внезапных резких маневрах корабль не поспевал за ним, силой инерции его отклоняло так, что днище практически ни на миг не оставалось в горизонтальном положении. В какой-то миг корабль накренился так, что весь груз, хоть и закрепленный тросами, сдвинулся к борту. Не удержавшись, Джарт Хэрп вылетел за борт. Грэм и Гай Мортенс ухватились за страховочный трос, вытягивая геолога обратно.

Одновременно с геологом Майру Станг так же потянуло к борту. Инженер непроизвольно взвизгнула, взмахнула руками и откинулась назад, пытаясь сохранить равновесие. Крепкие пальцы сжали ее запястье. Одной рукой удерживая штурвал, другой капитан Калан притянул женщину к себе.

— Спасибо, конечно, но я и так бы далеко не улетела, — сочла нужным инженер напомнить о своей независимости и самостоятельности, указав при этом на свой страховочный трос.

— Тогда дальше сами, — отозвался Варсен Калан, отпустив ее руку.

Новый резкий толчок в очередной раз накренил корабль, Майра Станг тут же вцепилась в плечо капитана.

На мгновение всех ослепила вспышка молнии, через секунду по ушам ударил громовой раскат. В следующую минуту шквальный порыв ветра швырнул корабль прямо в грозу. Со всех сторон обнял такой густой туман, что стало трудно дышать, одежда моментально впитала влагу и потяжелела, на тросах и балках повисли капли воды. Потяжелевший корабль потянуло было вниз, но очередной порыв ветра, ударивший снизу, протолкнул воздушную конструкцию еще дальше в эпицентр грозы.

Неожиданно похолодало, весь корабль мгновенно покрылся инеем и коркой льда. При каждом порыве ветра мельчайшие кристаллики, наполнявшие воздух, кололи лица путешественников, усы барона Дитца и Гирпа Шейдера превратились в сосульки, влажные шевелюры путешественников так же обледенели. Молнии сверкали непрерывно, раскаты грома слились в нескончаемый грохот. Попытавшись повернуть штурвал, капитан Калан не достиг никакого успеха — покрывшийся льдом поворотный механизм словно спаялся в единое целое. Он тут же ухватился за трос, открывающий клапан в оболочке, решив стравить горячий воздух и, снизив корабль, вырваться из морозного плена. Однако и клапан не поддался его усилиям, видимо, тоже обледенев. Майра Станг так же ухватилась окоченевшими пальцами за трос, к ним присоединился Мильгран Дитц. При каждом движении одежды людей трещали, рассыпая ледяную крошку. Но даже совместными усилиями им не удалось открыть крышку клапана.

— Весь корабль во льду! — крикнул барон Дитц в ухо капитану. — Мы ничего не сможем сейчас сделать!

— Мы все равно уже снижаемся! — крикнула с другой стороны Майра Станг.

С каждой секундой масса льда все более увеличивалась — водяная пыль, оседая на уже обледенелых частях корабля, тут же замерзала, увеличивая толщину ледяного покрытия. Да и охладевший воздух в оболочке шара уже не мог удержать судно на прежней высоте. Корабль начал движение вниз, все ускоряясь.

Варсен Калан указал на двигатель и подтолкнул барона:

— Перекрыть заслонку!

Барон Дитц устремился к двигателю так быстро, насколько это было возможно при непрекращающихся толчках, качке и наледи под ногами. Услышав приказ капитана, Гирп Шейдер полностью перекрыл заслонку воздуховода. Движение вниз еще более ускорилось и вскоре корабль вышел из туч.

— Мы опускаемся слишком быстро! — крикнул Корт Ферган.

— Придется рисковать! — отозвался капитан. — Мы сейчас лишены управления, все тросы замерзли, нужно их отогреть!

Он вернулся к штурвалу. Колесо по-прежнему не повиновалось, тросы рулевого управления намертво примерзли к блокам на оболочке шара. Ветер разворачивал корабль то в одну, то в другую сторону, влекомый лопастями винта, он продвигался вперед тем курсом, на который его поворачивал шторм.

— Проверьте бортовые паруса! — распорядился капитан. — Если удастся их развернуть, будем рулить ими!

Не сразу, но все же удалось поставить косые паруса по обоим бортам. С обледенелых тросов посыпались сосульки, замерзшая парусина развернулась не полностью, но все же достаточно, чтобы можно было поймать ветер и стабилизировать вращающееся судно. Обухом топора барон Дитц разбил лед, сковавший поворотные механизмы  балок, все вместе путешественники налегли на реи, выполняя команды капитана и ставя паруса в нужное положение.

— Открыть заслонку! — скомандовал Варсен Калан. — Держать высоту!

Корпус корабля вновь тряхнуло, кормовая часть заскрипела и перекосилась. В воздухе просвистел канат и ударил в мачту с правого борта, разорвав парусину.

— Что за чертовщина?! — воскликнул барон Дитц, от неожиданности отпрянув в сторону.

— Крепежный канат оборвался! — крикнула Майра Станг.

Один из шести толстых пеньковых канатов, что связывали корпус корабля и оболочку воздушного шара, не выдержал испытания стихией. Видимо, сперва намокшая, а затем замерзшая пенька расплелась, а возможно, ее перерубил осколок тающего льда, сорвавшийся с оболочки шара.

— Назад! — крикнул барон Дитц, схватив Корта Фергана за шиворот и потянув его за собой.

Одновременно с этим он ногой оттолкнул прочь Грэма. Тут же на мачту сверху обрушилась ледяная стена, словно полотно толстого стекла. Крепление мачты вырвало из корпуса корабля, брус повис на тросах, борт еще больше перекосило.

— Плохо дело, — заметил Корт Ферган. — Если оборвется хотя бы еще один канат, мы запросто можем перевернуться.

— Придется исправить, — отозвался капитан Калан. — Одни ванты нас вряд ли удержат. Кто-то должен забраться на самый верх и закрепить конец.

— Сэр, я пойду! — бесстрашно вызвался Грэм.

Капитан не успел ответить, его опередил барон Дитц:

— Нет! Пойдешь ты!

Он указал на Гая Мортенса:

— Пора приносить пользу, парень.

Тот с опаской покосился наверх.

— Если трусишь, я могу пойти вместо тебя, — насмешливо подзадорила его Майра Станг.

Даже столь сложный и опасный поворот событий не мог изменить ее задиристый характер.

— Я смогу, — ответил Гай Мортенс, явно уязвленный словами женщины, и облизнул враз пересохшие от волнения губы.

Майра Станг сама отстегнула страховочный трос от пояса парня и обвязала его другим тонким тросом, попутно объясняя, что ему предстоит сделать. Выслушав инженера, Гай Мортенс принялся карабкаться по вантам с правого борта на оболочку шара. Пока Корт Ферган подстраховывал его, понемногу стравливая трос, барон Дитц и Грэм прикатили бухту запасного каната. Хранившийся со всем прочим грузом и укрытый парусиной новый канат избежал и влажности, и оледенения, его удалось размотать без особых проблем.

Цепляясь за тросы на оболочке шара, Гай Мортенс достиг блока, где еще совсем недавно крепился кормовой канат, и два раза дернул трос, которым был обвязан. Поняв его сигнал, товарищи внизу пропустили конец каната через шкив в обшивке борта и привязали к тросу Гая Мортенса. Парень принялся затаскивать канат наверх. Закрепив конец каната на блоке, он решил не возвращаться к веревочной лестнице вант, а начал спускаться вниз по тому же канату.

В этот момент корпус корабля в очередной раз сильно встряхнуло, совсем рядом сверкнуло огненное щупальце молнии. Вспышка ослепила Гая Мортенса, парень зажмурился. Догнавший молнию грохот ударил по ушам воздушной волной. Закоченевшие пальцы Гая Мортенса сорвались с троса, налетевший вихрь швырнул его на сломанную мачту. Судорожно вцепившись в обрывки парусины, он завопил от испуга. Корт Ферган и барон Дитц свесились за борт, протянув парню руки, но в следующую секунду крепление окончательно раскололось и, оборвав тросы, вся конструкция оторвалась от борта. И парень, и обломок почти мгновенно скрылись в бурлящем тумане. Майра Станг взвизгнула от ужаса.

— Не стоять! — окрикнул капитан замерших в растерянности товарищей. — Крепите канат! Живее!

Барон собрался первым и толкнул Корта Фергана. Вдвоем они пропустили канат через лебедку и принялись натягивать. Корпус корабля заскрипел, выравниваясь.

— Убрать парус! — приказал Варсен Калан, тронув штурвал и почувствовав, что рулевая лопасть, хоть и нехотя, но поддается управлению. — Теперь он нам только мешает.

Замерзшая парусина не повиновалась. Видя замешательство Джарта Хэрпа, барон Дитц схватил топор и просто перерубил все тросы. Ветер тут же сорвал парус и унес прочь.

Едва только корабль выровнялся, вновь сверкнула молния, ударив в металлический корпус двигателя. Мощный разряд отбросил Гирпа Шейдера назад. От раскалившегося металла вспыхнула обшивка воздуховода. К счастью промокшая парусина не позволила распространиться пожару, огонь быстро угас сам собой. Однако образовавшейся в обшивке воздуховода огромной бреши оказалось достаточно, чтобы горячий воздух вырывался наружу, не достигая оболочки шара. Корабль вновь начал снижаться, все ускоряя движение. В довершение всех бед остановился винт двигателя.

— Все лишнее за борт! — скомандовал Варсен Калан. — Живее! Господин Шейдер, вы в порядке?

Гирп Шейдер поднял руку, подавая сигнал, что еще жив.

— У нас нет ничего лишнего, господин Калан! — крикнул барон Дитц.

Капитан отбросил парусину, укрывавшую весь груз.

— Один ящик провизии и один бочонок с водой, — указал Варсен Калан. — Все остальное за борт!

— Да вы с ума сошли! — возмутился барон. — Здесь все оборудование для исследований!

— Предпочитаете разбиться со всем своим барахлом? — спросил капитан.

Он сам схватил ближайший ящик.

— Стойте! — крикнул Корт Ферган. — Земля!

Он указал за борт. Воздушный вихрь, трепавший корабль, выбросил его из шторма. Сквозь клочья тумана впереди проступили очертания берега.

— Мы добрались до осколка! — воскликнул барон Дитц.

— И нас несет прямо на него, — заметила Майра Станг.

— Что ж, будем падать, — произнес капитан Калан. — Держитесь крепче!

Дымка тумана полностью рассеялась, открыв взорам огромную территорию, покрытую лесом.