Станция Щёлковская

Не конечная

  • Станция Щёлковская | Александр Невзоров

    Александр Невзоров Станция Щёлковская

    Приобрести произведение напрямую у автора на Цифровой Витрине. Скачать бесплатно.

Электронная книга
  Аннотация     
 98
Добавить в Избранное


Книгу «Станция Щёлковская, конечная» я писал на конкурс для Московского метро, прочесть её можно в интернете, это бесплатно. Конкурс я не выиграл, не вошёл ни в лонг-лист, ни в шорт-лист, ни в какой ещё лист. По поводу качества работ победителей этих всех конкурсов говорить тут не буду, пусть оно останется на совести их организаторов. Книга написана и опубликована. Но этого мало. Для коммерческой публикации надо увеличить объём пр-я. Так родилась новая книга, «Станция Щёлковская, не конечная».

Доступно:
PDF
DOC
EPUB
Вы приобретаете произведение напрямую у автора. Без наценок и комиссий магазина. Подробнее...
Инквизитор. Башмаки на флагах
150 ₽
Эн Ки. Инкубатор душ.
98 ₽
Новый вирус
490 ₽
Экзорцизм. Тактика боя.
89 ₽

Какие эмоции у вас вызвало это произведение?


Улыбка
0
Огорчение
0
Палец вверх
0
Палец вниз
0
Аплодирую
0
Рука лицо
0



Читать бесплатно «Станция Щёлковская» ознакомительный фрагмент книги


Станция Щёлковская


Станция Щёлковская, не конечная



- Станция «Щёлковская». Конечная. Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны.

Громкий бесцеремонный голос диктора вывел меня из дрёмы. Вставать и выходить на улицу не хотелось. Я знал, что там сыро и холодно. Осень уже вовсю предъявляла свои права. Измайловский народец потянулся на выход. Впереди шла пара — он вразвалку и девушка лёгкой походкой. Они спорили.

- Дура ты!

- Лёша, я не виновата...

Мужчина плотный, он говорил басом, девушка тихо оправдывалась.

- Узнаю, убью!

- Ну что ты, Лёша, как ты можешь так думать.

Вдруг амбал поднял на неё руку. Спутница в страхе закрыла лицо. Неожиданно для себя я вмешался.

- Эй, нельзя ли полегче?

Лёша перевёл на меня свои красные глазки. Похоже, он тоже был удивлён.

- Тебе чего, больше всех надо?

- Нельзя бить женщин.

- Тебе чё, врезать?

- Послушайте, это не моё дело...

Договорить мне не дали. В голове сверкнула молния и я сразу оказался на полу поземного перехода. Пассажиры аккуратно обходили немощное тело. Немного очухавшись, я поднялся. Один глаз не видел, а так всё было в порядке. Я огляделся. Парочки не видно. Убежали? Ладно. Догонять их мне почему-то не хотелось.


Чёрные очки синяк почти не скрывают. Кажется, все прохожие к нему присматриваются. И думают: «Гопник. Нажрался, наверное, полез в драку. И правильно, что дали». Или: «Хлюпик. Слабак. Позволил безнаказанно себя ударить. Я бы такому тоже врезал». И не будешь каждому объяснять, что вступился за девушку. Что пострадал за правое дело. Что почти герой... Мои невесёлые мысли прерываются, кто-то трогает меня за рукав.

- Простите, - давешняя девушка несмело улыбается, хочет что-то сказать. - Простите...

Здоровым глазом осматриваю вестибюль метро. Лёши не видно.

- Так получилось нехорошо. Вы извините моего мужа, да и меня.

- А Вас за что?

- Сразу ушли, не помогли...

- Да ладно. Что же Вы живёте с таким мужем, который руки распускает?

- Раньше он был не такой. А сейчас потерял работу, выпивает, переживает.

Прозрачные глаза девушки, её доброе лицо напрочь отбили охоту обижаться. Какая она красивая всё-таки.

- Как Вас зовут?
- Алёна.

- Прекрасное имя. Меня Андрей.

- Я Вас случайно увидела, думаю, надо подойти извиниться.

- А Вы часто здесь бываете, на Щёлковской?

- Езжу на работу, почти каждый день.

- Я тоже.

Стоим в переходе, народ оттеснил нас к стене. Не знаю, что ещё сказать, но отпускать девушку не хочется.

- Ладно, я пойду. Спасибо, Вы хороший человек, - Алёна повернулась и быстро исчезла в толпе.


Фингал постепенно исчез, и я смотрел на окружающий мир двумя глазами, как нормальный человек. И стал внимательнее вглядываться в лица пассажиров метро. Я искал её, Алёну. Если девушка выходит на Щёлковской, то зайти она может на любой станции, но последние она проезжает по моей ветке. И что из этого следует? Из этого следует — реально её встретить только на выходе из метро в конце рабочего дня. А зачем я ищу эту Алёну? Да, у неё ясные и чистые глаза, лёгкая фигурка, милое лицо. Но мне-то что? Женщина замужем. Наверное, у неё ребёнок... или дети. Своя жизнь. Хочешь ещё раз повстречаться с Лёшей?


Нет, надо её увидеть. Заглянуть в глаза, расспросить о жизни. Может быть, сходить куда-нибудь вместе, например, перекусить. В один из рабочих дней я отпросился со службы пораньше и стал в засаду. В подземном вестибюле станции метро Щёлковская. Достал телефон и сделал вид, будто листаю сети или играю. А сам внимательно вглядываюсь в лица идущих навстречу женщин.


Прошёл час, два. Алёны всё нет. А вдруг она выходная? А если будет с мужем? А если...

- Алёна, здравствуйте!

- Здравствуйте, Андрей.

- Случайно Вас увидел, думаю — подойду, поздороваюсь...

Пауза. Надо что-то говорить, но слова не идут. Девушка смотрит радостно своими голубыми глазами, потом опускает их. Мы машинально бредём на выход.

- Алёна, можно с Вами встретиться? - набираюсь я смелости.

- Зачем?
- Вы мне нравитесь.

Вижу, как она краснеет. Но голову не поднимает.

- Перестаньте, Андрей, я замужем.

Идём дальше, снова пауза.

- Мне пора, я опаздываю, - женщина на миг бросает на меня светлый взгляд и убегает.


Долго вспоминал я встречу с Алёной. Застенчивый взгляд, зарумянившиеся щёки, светлую чёлку, падающую на лоб. В метро я её не встречал, вероятно, часы наших работ не совпадают. Найти девушку в сети невозможно, я знаю ведь только имя. Да и для чего мне её искать? Ведь ясно сказали, что замужем, что встречи или чего иного не будет. Но я всё равно вглядывался под землёй в лица женщин. Однажды Алёна мне приснилась...


Взявшись за руки, мы идём с Алёной по лугу. Она в белом длинном платье, я в рубахе и шароварах. У дороги бригада косцов. Нам приветственно кланяются. Впереди их Лёша.

- Так он тебе не муж? - спрашиваю Алёну.

- Нет, мы просто из одной деревни. Я твоя невеста.

Девушка поворачивается ко мне, мы сладко обнимаемся...


Вечером позвонил маме, спросил, что означает сон. Она умеет их толковать.

- Идёшь за руку с девушкой, значит, скоро с ней увидишься. Все в народных костюмах? Это ничего не значит.

- А косцы?

- Косцы, это те, которые косят. Косые. Люди, ущербные физически или морально.

Значит, скоро мы увидимся? И наша встреча действительно состоялась.


- Станция «Щёлковская». Конечная. Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны.

Да выхожу я, выхожу. Сегодня как-то особенно сонливо, вероятно, от погоды. Перед улицей небольшой затор. Здесь собрались те, кто боится дождя. Алёна?

- Алёна, ты?

- Да, привет.

- Забыла зонт?

- Такой ливень, выходить страшно.

- У меня зонт большой, на двоих хватит. Пойдём в торговый центр, там дождь переждём. Да и перекусим.

Девушка соглашается.


Сидим напротив друг друга за столиком, пьём кофе. Здесь тепло, уютно.

- Мы с Лёшей из одной деревни, - рассказывает девушка. - Он уговорил меня приехать в Москву. Поначалу всё шло хорошо. Алексей — водитель, я устроилась нянечкой в детский сад. Но потом он стал выпивать. Лишился прав, пошёл работать ремонтником в гараж, да и там не задержался.

Я смотрю в глаза Алёны. Они то радостные, излучающие свет, то грустные и загадочные.

- Вообще-то мы с Лёшей не расписаны. Сначала он не хотел, теперь я не знаю...

Новость, что девушка не замужем, меня порадовала.

- Так разойдись с ним.

- Если я его сейчас оставлю, то получается, что предаю его.

- Но ведь он тебя бьёт?!

- Бывает...

Прозрачные глаза Алёны темнеют.

- Надо идти, - она мило улыбается.

Провожаю девушку до автобуса.


Когда мы болтали за столиком фуд-корта, я коварно выудил у Алёны адрес работы. Трудилась она в детском садике у метро «Семёновская», всего 4 остановки от Щёлковской. И сегодня, прячась за деревья, поджидаю её недалеко от ворот детского учреждения. В 18 часов девушка выходит из здания. Но она не одна! С ней сослуживица. Такая же молодая девушка.


Следую за ними на некотором расстоянии. И тут (о, удача!) женщины расходятся. «Моя» идёт к метро, подруга заворачивает за угол дома. Подбегаю к Алёне, из-за спины достаю букет роз, вручаю девушке.

- Андрей, Вы? Что Вы тут делаете? Зачем цветы?

- Это тебе.

- Но мы же договорились, что будем... просто друзьями.

- Ну, мы и есть друзья. Может же друг подарить другу цветы.

- А что я скажу мужу?

- Он тебе не муж.

Алёна укоризненно смотрит глазами-озёрами, глазами-водопадами, глазами без дна. Но укор слабый, больше читается в них радость.

- Скажешь, подарили родители кого-нибудь из детей. Мол, хорошо обходишься с малышами.

- Но он приревнует и к родителям.

- Тогда не знаю. Проедем в метро с цветами, а потом выбросишь их в урну.

- Жалко будет, - Алёна смеётся.

Когда она улыбается, кажется, что на землю сошло солнце. Одно спряталось за чёрными тучами, другое сияет прямо здесь, передо мною.


Семёновская, Партизанская, Измайловская, Первомайская , наша. Мы сидим рядышком и молчим. И от этого так хорошо! Жаль, что ехать всего четыре остановки. Если оценивающе приглядеться к Алёне, то нельзя назвать её очень красивой или суперсексуальной. На неё не оборачиваются все мужчины. Но есть в ней что-то такое, что притягивает неумолимо. То ли эти волшебные глаза, то ли лёгкая улыбка. Или её доверчивость и беззащитность...

- Станция «Щёлковская». Конечная. Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны.

Мы выходим из вагона вместе. Алёна с букетом и я, очарованный ею. На платформе стоит Лёша. И он смотрит на нас.


Лёша на полголовы выше меня. И килограммов на 30 тяжелее. Поэтому он думает, наверное, что справится со мной легко. Но это ошибка. Он не знает, что я занимаюсь спортом. Каратэ. Кулак пролетает в сантиметре от моего лица. Потеряв равновесие, мужчина заваливается в сторону. На этом он не останавливается и снова бросается в бой. Уворачиваюсь. Бить Лёшу не хочу, кругом люди. В третий раз тяжёлая туша пытается меня смять. Делаю шаг назад, наклон и короткий удар коленом под дых. Лёша согнулся пополам, жадно ловит воздух толстыми губами. Но это не смертельно. Сбой в дыхании пройдёт через десяток секунд. Алёна стоит около нас, её глаза широко открыты от страха и полны слёз. Извини, дорогая, не я это начал. Девушка бросается к мужу, помогает ему подняться. Розы падают на пол...


В помещении полиции составили протоколы. Меня отпустили, а Лёша остался. Во-первых, он был пьян, во-вторых, камеры видеонаблюдения метро ясно показали, кто развязал драку. На выходе из пикета столкнулся с Алёной. В её глазах боль и тоска.

- Ты будешь его ждать?

- Да.

- Почему?

- Он мой муж, - девушке трудно говорить, слова вылетают отрывками, через силу. - Ты во всём виноват. Зачем ты его избил?

- Я?

- Уходи, больше не хочу тебя видеть.

- Алёна...

- Не звони мне и не встречай нигде. Я люблю мужа и буду ему верна.

Она отворачивается. Голос диктора доносится с платформы: «Станция «Щёлковская». Конечная. Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны». Станция Конечная...


Запрыгиваю в переход, проскакиваю турникеты, вливаюсь в народ на платформе. Всё на автоматизме. Каждое утро в одно и то же время я вхожу в один и тот же вагон и встаю на одно и то же место, у двери. Тело исполняет все необходимые движения, а мозг ещё спит. Поезд подходит пустой, станция Щёлковская — конечная. Машинально, краем глаза замечаю девушку, стоящую поодаль. Она не торопится в вагон, а стоит у края платформы и смотрит под ноги. Это Алёна! Моя наполовину занесённая в вагон поезда нога замирает, а потом делает обратное движение. Двери закрываются и мы с Алёной остаёмся на платформе одни. Но только лишь на миг, вот уже идут новые люди.


Подойти к ней, не подойти? После той сцены в метро, после полиции говорить вроде бы не о чем. Мне ясно дали понять, что третий — лишний. Придвигаюсь потихоньку поближе. Глаза девушки полузакрыты, губы что-то шепчут. Во всей позе чувствуется какая-то отрешённость, даже обречённость. Почему она не уехала, почему стоит и плачет? На щеке Алёнушки блеснула слеза. Вот из чёрной дыры тоннеля выбегает поезд. Яркий луч прожектора бодро освещает путь. Неожиданно Алёна поднимает голову, широко раскрывает глаза и... делает шаг вперёд, прямо под поезд.


В последний момент успеваю схватить девушку за руку и выдернуть её обратно на платформу. По инерции она продолжает движение и оказывается у меня в объятиях. И так мы стоим, обнявшись. Девушку начинает колотить озноб, пытаюсь её успокоить, приободрить.

- Не плачь, всё хорошо... Всё будет хорошо... Не плачь...

Алёна не отвечает, лишь только всхлипывает. А потом кладёт голову мне на грудь. Мимо проходят люди, но никто не обращает на нас внимание. Мало ли, что парень с девушкой стоят и обнимаются. Дело молодое.


Мы сидим с Алёной за тем же столиком в торговом центре, что и в прошлый раз. Девушка совершенно подавлена, она отвечает на вопросы, говорит, но глаза пустые-пустые. История почти обычная. Её гражданский муж, этот Лёша, набрал кредитов. По одному из них Алёна подписалась быть поручителем. Дело дошло до коллекторов. Они звонят, угрожают, собираются истребовать долг с её родителей в деревне. Такого позора не пережить. Лёша съехал с квартиры перед самым сроком платежа.


Да, история не весёлая.

- Домой мне не попасть, хозяева поменяли замок, - как автомат говорит девушка, раскачиваясь в такт на стуле. - Денег у меня нет, а все вещи в квартире.

Она не жалуется, не просит, не спрашивает. Просто однотонно рассказывает. Родственников и друзей в Москве у Алёны нет. Ехать в деревню нельзя, стыдно.

- Чем я тебе могу помочь?

- А чем ты поможешь? Ты мне чужой человек.

- Может быть, дать немного денег, на первое время?

- Нет, я не возьму.

- А где ты будешь ночевать?

- Не знаю.

- Хочешь, пойдём ко мне? Я живу один...

- Нет. Подожди меня здесь, я схожу в туалет.

- Конечно.

Прошло около получаса. Девушка не появлялась. На выходе из женского туалета я остановил даму.

- Извините, там, в туалете, нет девушки такой, в жёлтой куртке, со светлой чёлкой?

- Нет, - после некоторой паузы ответила женщина, внимательно на меня посмотрев.

Алёна от меня сбежала.


В туалет в торговом центре я не пошла. Просто ушла от Андрея. Зачем нагружать этого парня своими проблемами? Он хороший человек и ухаживает красиво. Какие чудесные розы он мне тогда вручил. Лёша цветов никогда не дарил. Почему? Может быть, не любил? А люблю ли я его? Другого парня рядом никогда и не было. Но почему в Москве он так изменился? Стал грубым, начал пить...

Тормоза заскрежетали громко и совсем рядом.

- Ты что, дура, куда прёшь? - из машины выглянул мужчина. - Идиотка!

- Извините.

Я побрела дальше. Этот район Москвы был незнакомым. Где я? Да какая разница? Всё равно некуда идти. Никто не ждёт. Мама с папой далеко. Денег ни копейки...


Голодная и холодная Алёна брела по вечернему городу. Начался дождь. Девушка не плакала. Слёзам, наверное, неоткуда было взяться. Внутри сияла абсолютная пустота. Здания закончились, пошли деревья. Парк или лес. От холодного дождя девушку начало трясти. И тут она увидела маму. Мать стояла у забора, держа в руке свой синий платок.

- Что, дочка, нажилась в Москве?

- Мама, прости.

- Да чего там.

Мать махнула платком и пропала. Неожиданно Алёна наткнулась на могильный камень. Кладбище? Одна могила, другая... Потом девушка увидела глаза этого парня, Андрея. Он внимательно смотрел на неё и что-то спрашивал. Затем Алёна увидела синее-синее море, где никогда не была. Она шла по тёплой воде, рассматривая цветные камушки под ногами.


Чьи-то руки повернули Алёну на бок. По ягодице быстро потёрли и резко стало больно. Укол? Где я? Но она снова оказалась на море. В этот раз Алёна ныряла в его прозрачную глубокую воду. Там плавали красивые рыбки, было тихо и спокойно...


Ещё не открывая глаз, девушка поняла, что находится в больнице. То ли запах, то ли казённое бельё, то ли боль в попе от укола. В палате стояли четыре кровати, на двух лежали больные, одна спала, лицом к стене, другая читала книжку.

- Проснулась? - женщина отложила книжку. - Как себя чувствуешь? Меня зовут Ирина.

- Алёна, - собственный голос звучал как из-под земли. - Давно я здесь?

- Не знаю, тебя перевели вчера из реанимации.

Ирина чем-то напомнила Алёне мать. То ли очками в широкой оправе, то ли простой улыбкой. А вскоре пришёл врач. Молодая женщина по имени Жанна Аркадьевна. Оказалось, Алёна поступила в больницу три дня назад. Доставил её какой-то мужчина. Данные его не известны. Диагноз Алёны — переохлаждение, переутомление, в общем, ничего страшного. Единственное затруднение — отсутствие у девушки документов, в частности, медицинского полиса.


На следующий день к Алёне пришёл посетитель. Благообразный старичок с кустистыми седыми бровями и голубыми глазами.

- Здравствуй, Алёна! Как ты, уже получше? - дедушка улыбнулся и стал доставать из пакета большие апельсины.

Алёна вопросительно смотрела на мужчину.

- Меня зовут Денис Васильевич. Я друг твоего дедушки. Как звали его, помнишь?

- Папиного папу? Дедушка Коля... Коля... Николай... Александрович.

- Ну вот, я и говорю, я друг Николая Александровича. Ещё в армии мы поклялись заботиться о внучках и внуках...

- Дедушка ничего не рассказывал о Вас.

- Конечно, когда всё хорошо, старые друзья и не нужны. А вот придёт беда...

- А как Вы меня нашли?

- Из медицинского бюллетеня. В Интернете.

- В Интернете?

- Ладно, что мы всё в расспросы. Тебе нельзя много напрягаться. Доктор сказала, что лучшее сейчас лекарство — это отдых. Так что отдыхай, ни о чём не беспокойся. Спи, набирайся сил. Кушай, вот, апельсины. Завтра тебя выписывают, поедешь ко мне в гости.

- К Вам? В гости?

- Да. Погостишь у меня. Попьём чайку, поболтаем. Скажу по секрету, что как мужчину можешь меня не опасаться. Уже отслужил-с.

Денис Васильевич снова улыбнулся.


Алёна в задумчивости смотрела на дверь, закрывшуюся за посетителем.

- Хороший человек, у него глаза добрые, - прервала мысли девушки Ирина.

- Что-то я не помню про друга дедушки, который должен помогать его внукам.

- В жизни всякое случается. И мы многого не знаем о наших предках.

Алёна угостила соседку апельсином и они обе начали снимать толстую оранжевую шкуру, которая при разрыве пускала тонкие струйки пахучей жидкости.


Выписка в больнице в 10 утра. Завтрак, осмотр врачом, последняя таблетка на дорожку. В коридоре ждёт Денис Васильевич.

- Прекрасно выглядишь. Сразу видно, что поправилась, не то, что вчера, - заговорил он быстро. - Такси ждёт внизу, поехали, дорогая.

- Денис Васильевич, неудобно к Вам ехать.

- Да чего же неудобного, голубушка? Попить чаю со стариком? Или слушать его болтовню?

Они спустились вниз и сели в машину.


Ехать пришлось долго, жил Денис Васильевич за городом. Когда миновали высокие дома и пошли сельские пейзажи, Алёне стало страшновато.

- Завезёте меня, Денис Васильевич.

- Ну что ты, деточка. Уже почти приехали.

Дом дедушкиного друга оказался обнесён высоким кирпичным забором. Внутри он поразил Алёну своей величественностью, какой-то монументальностью. Старичок жил не бедно.

- Проходи, Алёнушка, в гостиную, сейчас организую чайку. Ничего, что я тебя так называю?

- Как?

- Алёнушкой, как в сказке.

- Пожалуйста.

- Ну и славно. Располагайся, будь как дома.

Скоро старик принёс чайник, достал чашки, сладости.


Хозяин дома всё говорил, а Алёна пила чай и думала, а что же дальше. Куда идти после этого гостеприимного дома, что есть, где ночевать?

- У Вас такой большой дом, Денис Васильевич.

- Да, дом это моя гордость. Моя радость и крепость, как говорят. Я построил его совсем недавно, несколько лет назад. Ты хочешь спросить, чем я занимаюсь, что построил такую домину? Откуда у старика такие деньги? Ведь хочешь спросить, хочешь?

Алёна в знак согласия кивнула.

- А я писатель. Писатель-фантаст. Пишу романы, повести. Кстати, известный писатель. Не слышала такую фамилию, Ковалёв?

Девушка пожала плечами, мол, нет.

- Ну да, не все любят фантастику. Хотя молодёжь сейчас читает. Некоторые говорят, что их интересует только телефон и Тик-Ток. Но я скажу тебе, Алёнушка, читают. Да ещё как! Вот этот дом тому подтверждение. Да что я всё обо мне? Как ты? Как самочувствие? Не хочешь прилечь?

- Да что Вы, неудобно. Да и мне, наверное, пора уже идти.

- И куда же ты пойдёшь?

- Не знаю.

- Нет, дорогая, ты останешься у меня. По крайней мере, до завтрашнего утра. Дом у меня большой, комнат много, выделю тебе одну. Пойдём, покажу.

На втором этаже хозяин показал девушке помещение. «Гостевая», - сказал он. Комната была просторная, но уютная. С персональной ванной и туалетом.


Ночью Алёна лежала в постели и смотрела сквозь окно на звёзды. Череда последних событий вновь и вновь прокручивалась в голове. Но на душе было почему-то спокойно. Так на неё действовал, вероятно, этот дом и его хозяин, писатель-фантазёр.


Утром Алёна поздно покинула свои «покои». С вечера было не уснуть, утром, без таблеток и уколов, так хорошо спалось. Приняла душ, привела себя в порядок. Да и куда торопиться, на улицу? Куда её выбросили как кошку. Алёне стало жалко себя и она немного всплакнула. Внизу, в гостиной её встречал Денис Васильевич.

- Как спалось, Алёнушка? Прекрасно выглядишь. Самое главное — покой, так сказала доктор. Да, позволь тебе представить Маргариту, она помогает мне по хозяйству.

Опрятная полноватая женщина средних лет, в белом фартучке, разбирала посуду.

- Маргарита, приготовь нашей гостье что-нибудь покушать. Ты что будешь, Алёнушка? - Гренки, тосты, варёное яичко!

- Спасибо, не знаю, чаю...

- Маргариточка, пожалуйста, нам чаю и что-нибудь к чаю. Спасибо, душечка.

Помощница плавно удалилась в кухню.

- Марго у меня уже давно работает. Живёт тут неподалёку, в посёлке. Хорошая женщина, я ей очень доволен, и приготовит, и уберётся. Иногда помогает мне с рукописями.

Алёна стояла у большого окна и смотрела во двор, там опять шёл дождь.


Помощница принесла чай и горячие ватрушки.

- Ну как, вкусненько? - Денис Васильевич подливал девушке чай и подкладывал на тарелку всякие сладости.

- Вкусно, очень, спасибо.

- Телефон твой надо зарядить, вот зарядка.

- Да у меня денег всё равно там нет.

- Я положу, не беспокойся.

- Спасибо, Вы и так ко мне очень добры.

- Погоди спасаться. Значит так, поживёшь пока у меня. Молчи, не возражай. Дам тебе ноутбук, ищи работу.

- Вы очень любезны, Денис Васильевич, но я не могу у Вас так просто жить, бесплатно.

- Не хочешь жить бесплатно? Хорошо, дам тебе работу. Будешь помогать Маргарите. Двором некому заняться. Подмести, прибрать. Работы много. Денег платить не буду, а на карманные расходы дам. На, держи, - он положил на стол пятитысячную купюру. - Согласна?

- Спасибо, Денис Васильевич, не знаю, как Вас и благодарить.

- Значит, согласна. Хорошо. Это я не о тебе беспокоюсь, это память о друге, о Николае Алексеевиче.

- Александровиче.

- Да, да, Александровиче.

- А скажите, у вас есть фотокарточка, где вы с моим делом?

- С Колей-то? Конечно есть, только надо поискать.

На улице шёл дождь, а на душе у Алёны светило солнце. Замечательный у тебя остался друг, дедушка Коля.


Во второй половине дня неожиданно заиграла музыка смартфона. Алёна сидела за ноутбуком в своей комнате и искала предложения работы. Высветившийся номер был ей неизвестен. Наверное, коллекторы...

- Алё.

- Алёна, привет.

- Лёша? А чего ты с другого номера?

- Коллекторы достали, поменял телефон. Ты где? Звонил тебе, трубка не отвечает.

- Я у дедушки, у друга дедушки...

- Какого ещё дедушки?

- Он забрал меня из больницы.

- Ты была в больнице? Чем болела?

- Переутомление, говорят.

- Так что, дедушка? Ты с ним спишь?

- Ну что ты, он друг дедушки Коли, он старый.

- Знаем мы эти стариков. Любят потискать молоденьких девочек.

- Он не такой...

- У дедушки квартира?

- Дом за городом.

- Дедушка богат?

- Да, он обеспеченный человек.

- Ладно, разберёмся, я тебе позвоню...

- А ты-то как?

Но Лёша не дослушал вопроса, он отключился.


Алёна не обрадовалась звонку своего бывшего (теперь он для неё бывший — поймала она себя на мысли). Много горя принёс этот человек. Своим рукоприкладством он втоптал в грязь всю её любовь. Почему она не ушла раньше? Почему терпела? Вспомнились глаза другого мужчины, Андрея. Умные, понимающие, сочувствующие... Надо позвонить маме, давно не общались.

- Мама, привет.

- Здравствуй, дочка. У тебя всё в порядке? Звонила тебе, никто не отвечает.

- Да, всё в порядке. Только с Лёшей мы расстались.

- Из-за чего?

- Да так. Пьёт он, руки распускает.

- Говорила ведь, не пара он тебе. Да ты мать никогда не слушаешь. И где ты живёшь, всё там же, на съёмной квартире?

- Нет, мама, сейчас меня приютил друг дедушки Коли Денис Васильевич.

- Как его фамилия?

- Ковалёв.

- Не слышала о таком друге.

- Он говорит, что служили вместе.

- Так ты живёшь в его квартире?

- У него свой дом.

- Не пристаёт к тебе?

- Нет, мама, он очень добрый. Ты чего всхлипываешь? Плачешь? Не надо, а то я сама сейчас разревусь.

- Не знаю, дочка, смотри, ты уже взрослая. Если что, бросай эту Москву, возвращайся домой. Мы с отцом тебе всегда рады. Будешь с ним говорить?

- Нет, мам, в другой раз. Ладно, я ещё скоро позвоню. Сейчас ищу работу, как устроюсь, сообщу.

Перспектива возвращаться в родительский дом не прельщала. Сидеть на шее родителей, видеть сочувствующие или осуждающие взгляды... да ещё и эти коллекторы. Мать про них ничего не сказала, может быть, обошлось, не звонили. Сейчас обошлось, но потом... Что будет потом? Сердце Алёны сжалось в страхе...