ЭЛЬФИЙСКИЙ ПОДАРОК

  • ЭЛЬФИЙСКИЙ ПОДАРОК | Светлана Борисова

    Светлана Борисова ЭЛЬФИЙСКИЙ ПОДАРОК

    Приобрести произведение напрямую у автора на Цифровой Витрине. Скачать бесплатно.

Электронная книга
  Аннотация     
  282


О чём сказка? Конечно же, о любви и чудесах! О том, как рыжая девчонка повстречалась с эльфийским принцем, и бессовестному обманщику не составило большого труда увлечь её за собой. Ведь он не пожалел времени и, прикинувшись котом, втёрся в доверие своей бесхитростной хозяйки. Как и рассказывал лукавый эльф, мир фейри оказался прекрасен. Стоило только ступить на его земли, и он поразил Аталису яркими красками и волшебными существами, о которых она слышала только в сказках.

Доступные форматы:
DOC

ВНИМАНИЕ
Вы приобретаете произведение напрямую у автора. Без наценок и комиссий магазина. Данная Витрина является персональным магазином автора. Подробнее...

Читать бесплатно «ЭЛЬФИЙСКИЙ ПОДАРОК» ознакомительный фрагмент книги

ЭЛЬФИЙСКИЙ ПОДАРОК

Эльфийский подарок

 

  

Жутко заскрипели не смазанные петли, стукнула распахнувшаяся дверь и из неё выскочила встрёпанная рыжая девчонка. С ошарашенным выражением на конопатом лице она усиленно протирала слезящиеся глаза.

 Несмотря на юный вид, девчонка была самой настоящей ведьмой, и с ней нужно было держать ухо востро.  Лесной король немедля оборотился в чёрного кота – в таком виде он уже второй год проживал в её доме – и потёрся о хозяйские ноги.

– Эй-эй, осторожнее, котик! Ты таких размеров, что можешь ненароком уронить меня, а я и так нетвердо держусь на ногах после вчерашнего, – весело пискнула ведьмочка.

– Знаю-знаю! Куда-то собралась, хозяюшка? – ласково мурлыкнул он.

– Да вот хочу прогуляться, пока иллюминация не закончится.

– Кошмар! – на кошачьей мордочке появилось укоризненное выражение. – Только не говори, что ты опять по рассеянности насовала гнилушек в приворотное зелье. 

– Да ты знаешь, вроде бы чуточку отвлеклась, читая о китайских фейерверках. Кстати, ты не очень-то пугайся, если из избушки полезут разноцветные красавцы-драконы, они хоть и злобные, но не настоящие, – на конопатом личике появилось нерешительное выражение, – во всяком случае, я надеюсь.

– Ясно! – скрипнул зубами «котик». – Сама-то чего не хочешь остаться и полюбоваться на свой колдовской зоопарк?

– И рада бы, но что-то голова разболелась. Ну, так разболелась, что нет никаких моих дамских сил! – зачастила ведьмочка, виновато глядя на зверя, взирающего на неё всё понимающими зелёными глазищами.

Кот фыркнул.

– Понятно. Нашкодила и убегаешь.

– Неправда! – обиделась девчонка. – Я же не виновата, что боюсь пауков, мышей, лягушек и всех ящериц, включая драконов.

– Точно! Из всех ведьм, что повстречались на моём пути, ты самая ненормальная. Ведь эта живность – атрибуты твоего ремесла. Как же ты готовишь зелья?

– Потому я так много экспериментирую, что ищу им замену. Не знаю как другие, а лично я считаю, что очень некрасиво убивать несчастных зверей только для того, чтобы повысить потенцию какого-нибудь двуногого придурка или приворожить какую-нибудь дуру, у которой всего-то и достоинств, что коровьи глаза и огромное... – наставительно произнесла ведьмочка и замялась на последних словах. Кот не любил, когда она произносила скабрёзности.

– Ладно-ладно, можешь не распространяться о секретах своего ремесла, их последствия мы всем лесом испробовали на своей шкуре. Ну и где твой транспорт? – озабоченно спросил кот. – Всю ночь лил дождь, не ходи босиком по лужам, а то простудишься. 

– Ой! Похоже, я потеряла свою метлу. Ну да! Точно помню, я вернулась без неё.    

– Ай-яй-яй, растеряха! Вижу, что вчера ты от души повеселилась, хозяюшка!

Ведьмочка оживилась.

– И не говори, дорогой котик! Ах, как славно мы провели время, празднуя мой наступающий день рождения!

– Вроде бы плохая примета отмечать его заранее?

– Ах, котик, так то у людей, а у нас ведьм всё наоборот! Сам день рождения лучше встретить в гордом одиночестве, на худой конец, с семьей или с женихом. А вот с друзьями его нужно отметить накануне, да так чтобы небо вздрогнуло от вашей гулянки. Поверь, уж мы постарались не ударить в грязь лицом, и отпраздновали его как следует! – девчонка счастливо хихикнула. – Это так здорово! Кажется, я одна выпила целое море верескового пива. А уж как мы танцевали! – воскликнула она и в подтверждение своих слов сделала несколько танцевальных па.

Перестав умываться, кот неодобрительно прищурился. 

– Ясно. Устроили очередной шабаш на Лысой Горе.

– Ага! – с энтузиазмом подтвердила девчонка, продолжая самозабвенно кружиться по двору. – Представляешь, мы так лихо отплясывали, что вытоптали нашу Лыску чуть ли не до основания. Пришлось её заново насыпать, чтобы в другой раз было, где тусоваться! А вот где мы закончили это вопрос... – остановившись, она озадаченно почесала в затылке. – О! Кажется, я знаю, где моя метла!

– Ну, и где же? – поинтересовался кот. 

– Точно хочешь знать? – присев на корточки перед ним, девчонка хитро прищурилась. – Смотри, а то любопытной Варваре нос оторвали.  Ладно-ладно, не злись! Думаю, она там же, где мой ухажер, зелёный чертик, – сообщила она заговорщицким тоном. – Ах, какой он славный неутомимый паренек! Знаешь, котик, нужно как-нибудь обязательно пригласить его к нам на ужин, – на её лице появилось нешуточное воодушевление. – Раз такое дело и у нас намечаются гости, пожалуй, схожу в лес и наберу свеженьких мухоморов для подливки, а то старый запас почти весь закончился.

– Одобряю, хозяюшка, только не перепутай их как в прошлый раз с сыроежками, – иронично пропел кот, намывая усы. – Помнишь, как рвало с них твоего предыдущего кавалера? Кстати, не подскажешь он изначально, от природы имел такой окрас, или ты специально вызеленила его сыроежками? И откуда такая любовь к кузнечикам – зелёным огуречикам? Хочешь, познакомлю с одним из них? Просто гигантская саранча – тебе понравится.

– Фу, дружок! Уж и пошутить нельзя. Нехорошо издеваться над хозяйкой. Так и знай, утром не получишь своих любимых сливок!

– М-рр, моя хорошая! Тебе не идёт быть такой злюкой, – кот спрыгнул с приступочки и, состроив умильную мордочку, потерся о хозяйские ноги. – М-рр, ты только посмотри какой я хороший.

– Ладно. Так и быть, сменю гнев на милость. Будут тебе сливки, причём отборного качества! – засмеялась ведьмочка и подхватила кота на руки, который при этом очень недовольно сверкнул зелёными глазищами.

– Хор-р-рошая девочка, но лучше отпусти, а то сейчас получишь лапой, да так что мало не покажется, – предупреждающе зашипел он, попеременно то выпуская, то снова втягивая ятаганы огромных когтей.

– Ах ты, мохнатый поганец! Вот и корми тебя после подобных заявлений!

– Хозяйское дело нехитрое. Знай себе ухаживай за домашней живностью и поменьше спрашивай, зачем тебе это нужно, – снисходительно заметил зверь.

– Слушаюсь, ваше кошачье величество! – насмешливо пропела девчонка и, опасливо покосившись на его когти, опустила на землю. Кот презрительно фыркнул, и тут же удрал в лес.

– Плохой мальчик! Убежал, теперь и поговорить не с кем! – сокрушенно пробормотала она, а затем подхватила корзинку и бросилась следом. – Кис-кис, постой! Ведь я тоже в лес собиралась!

– Как-нибудь ты у меня получишь «кис-кис» в полный рост, чтобы знала, как фамильярничать! – донесся красивый, но очень сердитый голос из лесной чащи.

– Ой, извини! Я забыла, что ты не любишь, когда тебя зовут «кис-кис»!

– Ну всё! Издеваешься, да? Ухожу насовсем! Я тебя предупреждал – ещё одно «кис-кис» и мы расстанемся.

– Нет! Вернись, котик! Прости, я нечаянно оговорилась! – отчаянно завопила девчонка.

Не разбирая дороги, она бросилась в лесную чащу, но кота и след простыл.

***

Ближе к вечеру, когда в воздухе разлились синие сумерки, и повеяло ароматом ночных фиалок, под высоким кустом цветущей акации возник Лесной король. На этот раз он был в облике крестьянского парнишки. Оседлав поваленное мшистое бревно, он уставился на крытую соломой приземистую избушку. С его лица не сходило задумчивое выражение, – ведьма доставляла ему немало хлопот, а он всё никак не мог решить, что с ней делать и удивлялся собственным колебаниям. «В конце концов, дарёному коню в зубы не смотрят. Я не желаю ей зла, но в принципе она ничем не хуже других», – уговаривал он себя.

Тихий шорох и топоток вывели его из задумчивости. Лесной король глянул себе под ноги и подмигнул любопытным духам, собравшимся вокруг. «Ладно. Чего спешить? Поживём, а там видно будет», – он беззаботно улыбнулся и постарался выбросить ведьму из головы. Заслышав зов о помощи, он озабоченно глянул в сторону леса. Запыхавшийся леший сообщил ему, что это медведица, а плачет она потому, что её медвежонок угодил в капкан. Железные зубья захлопнулись с такой силой, что сломали лапу малышу. 

На лице парнишки промелькнула дикая ярость. Он взвился на ноги и с нечеловеческой скоростью бросился бежать туда, откуда доносился зов о помощи.

Видя, что духи ни шаг не отстают от него, Лесной король приказал им найти того, кто поставил капкан и привести к нему. Они безмолвно кивнули и бросились выполнять его распоряжение.  И когда он склонился над несчастным медвежонком, на лесную поляну выскочил испуганный крестьянин – молодой крепкий парень. На его плечах восседала кикимора и нещадно дёргала за уши, а сзади бежали остальные духи, нахлёстывая его по ногам.  Поклонившись Лесному королю, они исчезли.  

При виде деревенского мальчишки парень облегчённо вздохнул. Но его радость длилась недолго. Как только до него дошло, что медведица смирно ожидает, когда мальчишка освободит медвежонка, его глаза поползли на лоб и он с обморочным видом попятился к лесу. Но не тут-то было. Тонкие руки подростка с необычной легкостью разжали железную хватку капкана и тот, звякнув цепью, приземлился у его ног.

– Твоё хозяйство, Буренок? – проговорил ломкий мальчишеский голос и в тоже мгновение его обладатель оказался рядом с незадачливым охотником.

– Никак нет, господин, – пробормотал парень.

Трясясь как осиновый лист, он пятился от наступающего на него худенького мальчишки, который даже не доставал ему до плеча.  

– Врёшь, сволочь, и не краснеешь, – мальчишка схватил здоровенного бугая за грудки, и без усилий приподнял его над землёй. – Что с тобой сделать? Убить сразу или дать побегать в звериной шкуре?

Буренок не сопротивлялся. Он не сводил взгляда с бледного узкого лица, на котором горели зелёные кошачьи глаза. 

– Помилуйте, господин! Отпустите меня! Клянусь, я близко к лесу не подойду! – просипел он чуть слышным голосом.

– Верно, больше не подойдешь! – изменившимся голосом сказал мальчишка и начал расти прямо на глазах.

При виде жуткой мохнатой лапы, в которую превратилась его рука, Буренок, прежде чем провалиться в беспамятство, почувствовал, что по его ногам потёк горячий ручеёк.

Учуяв резкий запах мочи, Лесной король брезгливо поморщился и отбросил от себя потерявшего сознание парня. 

– Фу, вонючка! Что ж, почувствуй на своей шкуре, каково приходится лесному народу от вашего брата.

От его ладони отделился сгусток призрачного зелёного огня и растёкся по фигуре скорчившегося парня. Под влиянием колдовской силы Буренок основательно уменьшился в размерах и обзавёлся чёрно-белой шкурой скунса.

Лесной король, снова обернувшийся деревенским мальчишкой, слегка пнул его босой ногой.

– Вставай, дурень, тебе повезло. Сегодня я добрый.

Зверёк перестал притворяться мёртвым. Он вскочил и со всех лап пустился наутёк, распугивая на своём пути многочисленных насекомых. Вслед ему донёсся залихватский свист, а затем улюлюканье.  

– Беги, Буренок, беги! Только помни, что носить тебе эту шкуру до скончания века, если ты не исправишь причинённое тобой зло! – долетел до него насмешливый голос.

Буренок остановился и, спрятавшись за кустом, боязливо выглянул. Ему хотелось знать, что именно он должен сделать, чтобы расстаться со звериной шкурой. Но Лесного короля уже и след простыл, зато шкодливая кикимора, незаметно подкравшись, снова уселась ему на спину и схватила за уши.

С мерзким хихиканьем нечисть с силой выкрутила правое ухо зверька.  

– Н-но, коняшка, поехали! Да поспеши! Я опаздываю на свидание к лешему.

С жалобным писком Буренок с места взял в карьер и пустился бежать. Он не смел воспротивиться и послушно поворачивал в ту сторону, в которую указывала его наездница. 

Духи воздуха и земли основательно поиздевались над парнем, стараясь отыграться на нём за все его подлые делишки – за силки, которые он расставлял на птиц, но даже не удосуживался прийти за своей добычей; за залитые водой норы, в которых тонули беспомощные лисята и волчата.

Водные духи тоже не упустили своего шанса и отомстили ему за пойманную неводом рыбу. Рачительные крестьяне выпускали обратно в воду пойманную мелочь, но только не Буренок. Ленивый парень вываливал мальков прямо на берегу и с удовольствием наблюдал, как они корчатся и хватают ртом воздух. Если он видел, что бьющаяся рыба вот-вот вернётся в родную стихию, он отпихивал её обратно на берег. Мстительные русалки припомнили ему это и теперь не давали зверьку выбраться из воды.  

Только на рассвете уже не чаявший выбраться на сушу Буренок из последних сил выполз из воды и потерял сознание. И бегать бы ему до скончания века в звериной шкуре, как обещал Лесной король, но парню страшно повезло. Поздно ночью над берегом реки пролетала наша ведьмочка. Заложив крутой вираж на метле, она спустилась вниз и склонилась над тельцем чуть живого зверька.

Почуяв сильнейшее наведённое колдовство, девчонка запустила руку в вырез своей блузы и вытащила наружу камешек, висящий на простом шнурке. Она сжала его в ладони и напряжённо выпрямилась. Спустя некоторое время её упорство увенчалось успехом. После череды заклинаний камень, зажатый в её руке, вспыхнул невыносимо ярким синим светом, и к Буренку вернулся человеческий облик. Она накрыла его плащом и, не дожидаясь благодарности, взмыла в небо.

Лесной король проводил её взглядом и вышел из своего укрытия. Он глянул на провинившегося парня и сердито хмыкнул. «Вот рогатый! Вечно она всё испортит». В его душе боролись противоречивые чувства, – ведь он страшно не любил, когда вмешивались в его дела. Потому наказания он не отменил, но всё же пошёл навстречу ведьмочке, которая пожалела парня и потратила на него немало сил. 

Отныне днём Буренок оставался человеком, а по ночам возвращался в звериную шкуру и сколько он ни пытался скрыться от преследователей, кто-нибудь обязательно его находил. Поначалу, выгнанный из норы, он молился всем богам, чтобы пережить очередное ночное приключение. Но вскоре парень приободрился, заметив, что духи не слишком лютуют, если он днём сделает доброе дело.

Так и пошло. Днём Буренок усердно трудился, чтобы заслужить прощение, а по ночам в обличье скунса спешил на приволье. Парень настолько вошёл во вкус двойной жизни, что даже огорчился, когда однажды она закончилась. Но с тех пор у братьев наших меньших не было большего защитника, чем он.                    

   ***

   Но всё это будет потом, а тем утром ведьмочка вернулась к себе домой и, не сомкнув глаз после бессонной ночи, стала готовиться к грандиозному празднеству одиночества.

Накануне, когда они отмечали её предстоящий день рождения на Лысой горе, на вопрос о возрасте девчонка отвечала любопытствующим товаркам и прочей нечисти, что в ближайший обед ей стукнет ровно сто лет и шестнадцать – после. Конечно, насчёт ста лет она приврала, а вот шестнадцать было в точку. Правда, не по людскому, а по ведовскому летоисчислению.    

  Как бы то ни было, но веснушчатая красавица решила отметить юбилей с долженствующим размахом. И поскольку в программу праздника входил фейерверк, она снова взялась за чтение древнекитайского манускрипта. Заклинание было сложным, и ведьмочка с головой ушла в его расшифровку.

А чтобы дело шло веселей, она попутно готовила себе всякие вкусности и заодно варила зелья для заказчиков. Это не доставляло особых хлопот. Без участия хозяйки длинная ложка сама собой помешивала булькающее содержимое многочисленных котелков на плите. Потому из открытого окна тянуло разнообразными запахами и временами не всегда приятными. Виноваты в этом были не зелья, а пригоревшие вкусности.  Но ведьмочка не расстраивалась. Ведь у неё уже были пироги, испечённые соседкой, и целый круг деревенской колбасы; лукошко свежей зелени и творог со слезой; кипрейный мёд и круглые конфетки с горьковато-сладкой начинкой.  В общем, девчонке было чем ублажить желудок и заодно свою душеньку.

Поначалу, поселившись в лесной глухомани, ведьмочка самонадеянно решила, что обойдётся ягодами, грибами и орехами. Она обиделась на людей и не хотела иметь с ними дело.

Конечно, наколдовать можно всё что угодно – хоть пироги, хоть кашу с маслом. Вот только, несмотря на внешний вид, любая подменка всегда имела вкус исходного продукта. И когда дары природы уже не лезли ей в горло, она взялась налаживать отношения с соседями. Вот только быстро выяснилось, что окрестный народ живёт замкнутой жизнью и не любит чужаков.

Но на услуги ведьмы всегда есть спрос. Потому до дружбы дело не дошло, а вот зелья шли влёт, только успевай, вари. Звонкая монетка так и сыпалась, а это значило, что девчонке больше не грозила перспектива в один прекрасный день протянуть ноги на призрачном хлебе.    

Кстати, одной из причин, почему она так внимательно изучала фейерверки, заключалась в том, что вчерашние испытательные драконы оказались чрезмерно шкодными и живучими. Почти всю ночь ей пришлось гоняться за ними с заклинаниями небытия. Она боялась, что шустрые твари дорвутся до соседних с лесом поселений и натворят там чёрт знает что.  Потому-то и повезло Буренку, низведённому Лесным королём до статуса скунса.

Решив, что уже достаточно изучила теорию по изготовлению фейерверков, девчонка перешла к практической части. Она прошлась вдоль полок, густо заставленных склянками и банками, а затем вытащила медный чан, начищенный до блеска. Сверяясь с книгой, она бормотала нужные заклятия и сливала вместе нужные реактивы и вещества. Процесс был уже в самом разгаре: молочно-белая жидкость в чане загустела и в ней стали проскакивать разноцветные искорки. Можно было уже приступать к формированию огненных зверей, как вдруг варево на плите перелилось через край и зашипело. Ведьмочка вздрогнула от неожиданности и уронила манускрипт – да не куда-нибудь, а прямо в чан с почти готовым зельем для фейерверков. Охваченные пламенем страницы скукожились, а руны приобрели зловещую кровавую окраску.

Валяющийся на лужайке Лесной король, который снова был в облике деревенского мальчика, выпал из состояния лени и насторожился. Сев, он прислушался к тому, что творится в избушке и ведьмочка не обманула его ожиданий. Раздался страшный грохот. Избушка подпрыгнула, а затем её стены полыхнули ядовито-зелёным светом. Вслед за тем раздалось жалобное шипение, и изо всех щелей повалил густой едкий дым. 

«Ну, горе моё, опять начинается! – Лесной король тяжко вздохнул и снова развалился на лужайке.  – Эй, мелочь, живо по норам пока шкуры целы! Да и вы, лесной народ, не медлите, прячьтесь поскорей!» – бросил он клич своим подопечным и от нечего делать прислушался к разговору волчьей стаи, обитающей неподалеку.

 – У-у! – грозно взвыл седой вожак, – порву поганку на мелкие кусочки! Сколько можно терпеть идиотские выходки девчонки? Опять всю охоту испортила, лихоманка её раздери!

Сетования волка не встретили взаимопонимания; мало того он заработал укус от своей дражайшей половины.

– За что? – прорычал он, обиженно глядя на волчицу.

– Не стыдно? – сказала она. – Забыл, кто прошлой весной спас наших щенков во время наводнения? А кто зимой лечил тебе лапу, когда ты попал в охотничий капкан?

– Ладно-ладно! Я пошутил, дорогая. Знаю, она хорошая девочка, но согласись, уж очень беспокойная. Невозможно каждый раз прятаться в норе: она же постоянно экспериментирует с зельями и осваивает новые заклятия. С такой жизнью мы скоро окончательно отощаем. Давай-ка, милая, поищем местечко в другом лесу...

Нырнула в ближайшую нору парочка лис и Лесной король прислушался к их разговору.

– Что струсил, дорогуша? – ласково пропела Патрикеевна.

– Кто бы говорил! – язвительно отозвался рыжий красавец и презрительно покосился на подружку. – На себя посмотри, бесхвостая!

 – Я же не виновата, что дура двуногая спалила мне хвост своими огненными шутихами! – пробормотала лисица, стыдливо поджимая куцее охвостье.

 – Вот-вот! Дураков нет. Помнишь, как я нечаянно словил ледяной оборот и статуей простоял трое суток вон на том взгорке? Моё счастье, что была зима, а то растаял бы на солнышке и поминай как звали. Поэтому бережёного бог бережёт. Лучше нам отсидеться в норе – от греха подальше.

Стоя в кустах, задрожала всем телом пугливая олениха. Она живо припомнила свою недавнюю радужную окраску, которую заполучила благодаря всё той же ведьмочке. Правда в этом была некоторая польза. Лесные хищники, при виде ядовитого окраса оленихи отчего-то смущались и, утеряв всякий аппетит, с жалобным воем линяли в ближайшие кусты.

– Дурища! Вот и что с ней делать? – сокрушённо пробормотал Лесной король.

Заняв сидячее положение, он небрежно повёл рукой, и зелёная лужайка расцветилась яркими цветами. Он прикусил сорванный стебелёк овсяницы.

– М-да, пора что-то предпринимать, пока эта дурочка окончательно не разорила мой лес и не распугала окрестное зверьё. Может, стоит заманить её редкой разрыв-травой и утопить в болотной трясине?.. Или всё же напустить кикимор, пусть защекочут её до смерти? – размышлял он вслух.

Отчего-то эта идея пришлась ему не по вкусу.

– Э нет! Тогда она обернётся болотным страшилищем. Фу! Только не это…  ладно, утоплю её в реке, пусть будет красавицей-русалкой. Она девчонка веселая и знает множество интересных историй и сказок. При полной луне она выйдет на берег, и мы потанцуем, а затем она расскажет мне волшебную сказку.

Лесной король плюхнулся на живот и уставился на большого шмеля, который искал, но никак не мог найти своё жилище, замаскированное неожиданным разноцветьем. Тогда он раздвинул стебли клевера и, найдя норку, сделал приглашающий жест. Шмель оказался понятливым и с низким гудением пошёл на посадку.

– Нет, все равно как-то нехорошо получается, – продолжал размышлять Лесной король. – Выходит, мы сможем видеться только раз в месяц? – вскочив, он схватился за голову и забегал по лужайке. – О нет! Только не это! Ах, мать-сыра земля! Кажется, я уже привязался к ведьме и думаю о том, как бы оставить её у себя навечно! Ну нет! Эта дурочка совсем мне не нужна!..

Краем глаза Лесной король заметил движение и глянул вниз. У его ног лежал огромный лопух с горкой спелой тёмно-красной земляники. Облизнувшись, он потянулся к лакомству, которое стояло у него на втором месте после молока.

Видя, что его подношение принято, крохотный полевик спрятался в норку, а Лесной король понюхал ягоды, и на его мальчишеском лице появилось блаженное выражение. Прежде чем приступить к еде, он коснулся листа лопуха и тот, повинуясь его заклинанию, превратился в красивую глубокую тарелку. Когда она сама по себе заполнилась молоком, он уселся по-турецки, и в его руке появилась серебряная ложка. 

Пока Лесной король наслаждался вкуснейшим десертом, ему вдруг вспомнилось, что именно сегодня исполняется два года, с той поры, когда ведьмочка впервые появилась в его владениях, причём довольно-таки оригинальным способом. Он уже подумывал отправиться в поселения людей на поиски кого-нибудь из её племени, как вдруг увидел в небе летящий предмет, который несуразными очертаниями мало походил на птицу.

Конечно же, это могла быть только ведьма. Вот только они обычно летали на метле, а худенькая девчонка в чёрном платье и полосатых чулках восседала на коньке своего домика. Островерхая широкополая шляпа с завязками на лентах болталась у неё за плечами, и её развевающаяся шевелюра пламенела на солнце ярко-рыжим цветом. Дирижируя себе, она размахивала руками и во всё горло распевала весёлую песню, в которой было слишком мало смысла и чересчур много неприличных слов. При этом у неё была совершенно невинная мордашка и невозможно синие глаза – ясные и чистые, как море в безоблачную погоду.  Это Лесной король заметил, когда обернулся ястребом и подлетел поближе к незваной гостье.

Перед тем как приземлиться, девчонка сделала лихой разворот, а затем с диким воплем вместе со всем своим скарбом сверзилась вниз. Тогда он ещё подумал, что она разбилась насмерть, но ничего подобного. Все и вся остались в целости и сохранности. Даже разухабистая избушка, вопреки его ожиданиям, не рассыпалась и нахально притулилась на краю его леса. 

Вот с этих-то пор у него под боком поселилась беспокойная ведьмочка с дипломом об окончании самой престижной Академии Ведовства и Колдовства в королевстве Эдайна. Причём у этого подарка небес оказался немалый трудовой стаж по профессии. Вдобавок выяснилось, что рыжая бестия обожает свое ремесло и занимается им не из корыстных соображений или из-под палки, а по призванию души. Но это ценное качество сводило на нет другое свойство её характера: она оказалась страстной любительницей экспериментов и к тому же страшно рассеянной.

Увлекшись чтением или новой идеей, девчонка могла запросто позабыть о начатом деле или перепутать ингредиенты зелья. Как правило, такая невнимательность заканчивалась плачевно не только для неё, но и для окружающих. Потому-то ведьмочку и не любили в землях людей. Где она ни поселится, вреда от её действий больше, чем пользы. Конечно же, расстроенные сограждане не приходили в восторг, когда вместо долгожданного дождя получали град с голубиное яйцо, а вместо ясной погоды во время уборки урожая – затяжной ливень. 

Ведьмочка проделывала такие фокусы не специально, просто так выходило. И всё из-за того, что она отказывалась пользоваться традиционными формулами колдовства, которые всегда включали в свой состав какую-либо несчастную живность, а замена ей не всегда оказывалась равноценной, оттого и результат был не всегда предсказуемым. Некоторые горячие головы не принимали на веру её слова о любви к братьям нашим меньшим и упорно пытались отволочь на костёр, утверждая, что она из чёрных ведьм и нарочно вредит людям, прикидываясь добренькой.

Ещё бы им не злиться! Не расскажешь же всем, что рыжая бестия вместо красивой соседки приколдовала корову, которую пришлось в срочном порядке прирезать. А что делать? Влюблённо мыча, копытная живность как собачонка неотвязно бегала за хозяином – под дружное ржание особо смешливых сельчан.

Но больше мужчин всё-таки злобствовали женщины. Уж их-то она достала по-настоящему. На приколдованных козлов и прочую непотребную живность вместо сердечного друга они уже не обращали внимания – сами ведьмы по призванию. Но когда у одной из женщин на голове выросли симпатичные витые рожки, а у другой – вполне осязаемый пушистый черно-белый хвост, то тут уж они вызверились по-настоящему, и рыжая красотка еле унесла ноги от многочисленных сограждан, желающих полюбоваться на неё в роли главного блюда на общественном барбекю.

Тогда-то ведьмочка, порядком уставшая от людской предвзятости, решила поселиться где-нибудь в глухом краю, а чтобы больше ни от кого не зависеть, она снялась с места вместе со всем своим добром. Это обстоятельство вызвало немало пересудов среди сельчан, – ведь даже своим уходом она успела натворить бед. Когда избушка взлетела, часть завалинки обрушилась, да ни куда-нибудь, а прямо на голову старосте. Когда бедняга очнулся, оказалось, что он стал заикой. Ну а в яму, оставшуюся от подполья под избушкой, тем же вечером свалилась пьяная соседка и сломала себе ногу.

Пока односельчане бурно радовались, что наконец-то их покинул источник всех бед, ведьмочка пела песни и поглядывала по сторонам. Привыкшая к бродяжничеству, она летела наобум, и так уж вышло, что ей приглянулся чудесный край, где властвовал Лесной король, и с той поры она стала его головной болью. С одной стороны, она приносила ему немалую пользу, а с другой – и вреда от неё было не меряно.

Конечно же, первой жертвой исследовательского пыла девчонки стала растительность вокруг её домика. Но этим дело не ограничилось. У Лесного короля даже пропал аппетит, стоило ему припомнить, как в прошлом году от удара молнии выгорел значительный участок заповедного леса, который давал ему возможность появляться в реальном мире. Само собой, что виновата в этом была неугомонная ведьмочка, которая осваивала новое заклятие и слегка перепутала слова. Она тут же попыталась вызвать дождь, чтобы погасить загоревшееся дерево, но на дворе стояла жаркая погода и тучи были далеко, а стоило им подтянуться, как у девчонки снова не заладилось с заклинанием.

В общем, когда хлынул проливной ливень, уже вовсю бушевал гигантский пожар. Лесной король содрогнулся, когда перед его глазами промелькнули многовековые деревья, полыхающие огнём. Из кормильцев и защитников они в одно мгновение превратились в жутких монстров, пожирающих всё живое вокруг себя. Вдобавок последовавший потоп принёс вреда не меньше, чем пожар. Вода прибывала так быстро, что речки и ручьи вздулись и утопили множество мелкой живности. Тогда Лесной король под видом коряги поймал девчонку за ногу, намереваясь присовокупить её к жертвам устроенного ею наводнения, но всё-таки пожалел и отпустил. Правда не сразу, и она порядком нахлебалась воды.

«Горе-колдунья! Некому всыпать тебе по мягкому месту!.. Впрочем, всё это делалось не со зла», – Лесной король выпил остатки молока, смешанного с соком, и весело фыркнул, припомнив, как чумазая девчонка заполошно носилась по лесу и плачущим голосом выкрикивала заклинания, пытаясь остановить идущий дождь. При этом она то и дело бросалась в воду и вытаскивала тонущих зверушек. В конце концов, обессилевшая от неимоверных усилий, она шлепнулась на пятую точку и горько разрыдалась, размазывая слёзы и сажу по конопатому лицу.

В общем, Лесной король действительно не знал, что ему делать с ведьмочкой. Ведь её дурацкие выходки забавляли его и не давали заскучать. А самое удивительное, она почему-то отвлекала его от горьких мыслей о том, что уже пора возвращаться домой, чтобы продолжить однажды начатое дело, которое всё чаще казалось ему безнадёжным.  Может, поэтому он медлил под различными предлогами. Вот и сейчас ему не составило особого труда уговорить себя, что сначала он должен сделать подарок девчонке на день рождения и не какой-нибудь, а исполнить её самое заветное желание.

«Почему бы нет? – подумал Лесной король, и его мальчишеское лицо исказилось недетской печалью. – Может, я исполню её самое заветное желание, а боги смилостивятся и исполнят моё...» – окончательно загрустил он, но тут зашелестела листва под быстрыми шагами. Он снова превратился в кота и вышел навстречу ведьмочке.  

 – Вот ты где, бродяга! – просияла она. – А я уж обыскалась тебя по всему лесу!

Когда они вернулись в дом, девчонка потянулась за кувшином, стоящим на кухонной полке.

– На, пей свои сливки! – сказала она и наполнила до краёв внушительную деревянную миску. – Я только что слетала за ними на соседний хутор.

– М-р-р! Спасибо, моя хорошая, – одобрительно пропел котяра, при этом оглушительно мурлыча. – Добр-рая хозяюшка! Очень вкусно!

Лесной король поневоле растрогался. Он знал, что место, в которое она летала за его любимыми сливками – не такой уж близкий свет и был благодарен ей за заботу.

– Ой, котик, это тебе большое спасибо, что ты нашел мою метлу, ведь без неё я как без рук. Точнее, скоро бы осталась без ног, передвигаясь пешедралом, – отмахнулась страшно довольная похвалой ведьмочка. – Кушай, я специально проследила, чтобы в кувшин налили самых свежих сливок.

– Моя умница!

Когда миска со сливками – а они действительно оказались необычайно вкусными – была вылизана досуха, зверь уставился на девчонку таким загадочным взглядом, что она даже занервничала.

– Котик, в чём дело? Что случилось? – встревожилась она. – Если что-то плохое, лучше сразу скажи, не томи.

Громадный котяра сел и на его мордочке появилось торжественное выражение.  

– Дорогая хозяюшка, хочу сполна отплатить тебе за добро. Скажи своё самое заветное желание, и я его исполню, – заявил он и лукаво посмотрел на оторопевшую ведьмочку, которая не знала, что можно потребовать от него в качестве подарка, конечно, кроме мышей.

 – Без дураков? – осведомилась она. – Я могу загадывать, что угодно?

– Ну да! Только давай обойдёмся без крайностей. Заказы на королевства и на принцев в комплекте с белыми лошадьми я не принимаю.

Ожидая, что она надумает, Лесной король насторожённо размышлял, не слишком ли он погорячился с обещаниями, но потом решил, что ничто не мешает ему понять её пожелание так, как ему заблагорассудится.

– Не-а, котик, мне ничто и никто не нужен, кроме тебя. Достаточно, что ты всегда рядом и этим скрашиваешь моё одиночество, – простодушно ответила ведьмочка. – Хоть ты и поганец, но я очень люблю тебя. Не поверишь, но, оказывается, я страшно привыкла к тебе за эти два года, – она удивлённо хлопнула глазами, а затем состроила просящую мину. – Пожалуйста, больше не удирай так надолго, а то сегодня утром я вся извелась, думая, что ты на самом деле бросил меня. 

Довольный кот вспрыгнул ведьмочке на колени, и она погладила его по ушам.

 – Эх, пушистый дружок! Конечно, в лесу хорошо, но все-таки немного скучно. Хоть я понимаю язык зверей, но они всё же не могут заменить людей. Жаль, что я не могу подолгу жить среди них. Почему-то они всегда норовят меня обидеть, а некоторые паразиты и вовсе мечтают сжечь, хоть я не сделала им ничего плохого.

Подперев голову рукой, девчонка пригорюнилась, но она недолго унывала. Вскоре она оживилась, и в синих глазах вспыхнули весёлые искорки.

– Знаешь, как-то в одном городе, я познакомилась с очень славными детьми, прикинувшись их новой учительницей. О! Они совсем другое дело, чем взрослые! Мы так замечательно повеселились! Оказалось, что малыши – это такая благодарная публика! Представляешь, они встречали на «ура» каждый мой простенький фокус, и никто из них не кричал, что я зловредная ведьма, которую нужно сжечь на костре. О боги! Как они замечательно умеют слушать и как у них восторженно блестят глазёнки, когда им рассказываешь волшебные сказки! Знаешь, мне хотелось бы жить только среди детей...

 – Понятно, ты из породы наивных мечтательниц, – фыркнул Лесной король и тяжко вздохнул. – Что ж, слово не воробей, вылетит, не поймаешь. Если уж ты выбрала меня в качестве своего подарка, то хотя бы знай, как он выглядит на самом деле. 

Кот спрыгнул на земляной пол и его силуэт затуманился, а когда он рассеялся вместо вальяжного зверя стоял высокий златокудрый юноша-эльф. Сверкнув знакомыми зелёными глазами, он отступил на шаг и склонился в изящном поклоне.

– Разреши представиться, дорогая, я – Лесной король, но ты можешь звать меня Раэтиэлем.

Глядя на личико ошарашенной ведьмочки, он весело фыркнул.

– Дорогая, неужели ты не знала, что живешь в волшебном лесу с выходом в реальный мир? Нехорошо, рыжее солнышко, а ещё называешь себя колдуньей! Идём, я покажу тебе настоящий облик моих владений.

С этими словами Лесной король отворил дверь и поднёс к губам свирель. Под её нежную мелодию, похожую то на пение майского соловья, то на ликующие трели жаворонка, стены убогой избушки растворились, и глазам изумленной ведьмочки предстал сказочно-прекрасный мир. Как только это произошло, свирель умолкла.

Лесной король спустился с выщербленного покосившегося крылечка и повернулся к девчонке, которая даже не двинулась с места. Открыв рот, она смотрела то на него, то на незнакомую пышную зелень, среди которой пролегала дорожка, искрящаяся золотым песком. Прямая как стрела, она была не очень широкой – как раз для двух человек, идущих рядом.  

Красавец-эльф галантным жестом протянул ей руку.

– Идём, моя хорошая, нас уже ждут... – вдруг на его лице промелькнуло лукавое выражение. – Постой! Будь добра скажи своё истинное имя. Ведь я должен представить тебя своим подданным.

Девчонка тут же спрятала руки за спину и виновато посмотрела на эльфа.

– Извини, Раэтиэль, ведьма никому не должна говорить своё истинное имя. Если это препятствие, то я пойму твой отказ взять меня с собой.

Лесной король заколебался, а затем снова протянул ей руку.

– Ладно, идём! – сказал он со вздохом. – Я уже настолько привык к твоим ненормальным выходкам, что переживу ещё одну. На самом деле, ты зря упрямишься. В мире фейри не действуют правила реального мира, во всяком случае, многие из них. Всё равно у нас ты получишь другое, эльфийское имя, а от старого придётся отказаться.

 Хитрый Лесной король не сказал, что отказаться девчонке придётся не только от имени. 

***

– Матушка! А дальше? Что было дальше?

– Э нет! Хватит на сегодня! Пора спать, девочки, завтра услышите продолжение сказки.

 

ГЛАВА 2    

 

 – Ой, девочки, идём купаться перед сном! Я только что от озера – водичка теплая, как молоко!

 – Ну тебя, Белочка! А вдруг русалки балуют? Я боюсь.

 – Лисичка, хитрая сестричка! По амбару прыг-скок пропал наш петушок! Не бойся, подружка! Если хвостатая будет безобразничать, мы её поймаем и пустим на уху. В конце концов, ведьмы мы или нет?

 – Вот ещё глупости – есть русалок! Долгой жизни и молодости нам, ведьмам, и так хватает, а вот прокатиться на них можно не хуже, чем на дельфинах.

– Не придумывай, Кузнечик! Не может быть, чтобы кому-нибудь удалось заловить русалку в родной стихии.

– Честное слово, я как-то оседлала одну! Уж она прокатила меня с ветерком!

– Небось, ты поймала ту несчастную, что сходила с ума от любви к Лесному королю, и выбросилась на берег?

– Дура ты, Осинка, и не лечишься! Неужели ты могла подумать, что я стану издеваться над бедняжкой?! Ей и так несладко пришлось. Ведь еле уговорили и выпихнули эту дурочку в воду, а то она совсем уж собралась отбросить хвост на берегу. А прокатила меня мама русалки, в благодарность за спасение дочери. Вот!

– Ой, хвастунья!..

К задумавшейся наставнице подскочила Белочка, светловолосая девочка лет десяти. Обхватив её за талию, она заглянула ей в лицо и чуть слышно проговорила:

– Сестричка, можно нам искупаться?

Женщина нарочито строго глянула на девочку.

– Белочка, сколько раз говорить? Называй меня матушкой, как остальные девочки. Пока ты ученица в ведовской обители забудь, что мы сёстры. Хорошо? А то я буду вынуждена передать тебя другой наставнице.

– Нет-нет! Матушка, я хочу быть только с тобой! Если ты передашь меня другой наставнице, то я заболею и умру! – воскликнула девочка и зарылась лицом в передник, знакомо пахнущий крахмалом и сушёными травами.

– Ах ты, озорница! Не бойся, я никому тебя не отдам, но и ты веди себя как ученица. Я не хочу, чтобы девочки думали, что у меня есть среди вас любимицы.

– Я твоя любимица! – проговорила Белочка и громко всхлипнула.

– Конечно, малышка, – наставница решительно высвободилась из кольца детских рук и, опустившись на корточки, с заговорщицким видом приложила палец к губам. – Но это же наш маленький секрет. Не так ли?

– Сестричка!.. – поймав предостерегающий взгляд, девочка поникла, и её губы задрожали, но она не заплакала. Отступив, она почтительно поклонилась. – Простите, матушка, это больше не повторится.

– Вот умничка!

На лице наставницы появилось одобрительное выражение. Выпрямившись, она всё же не устояла и ласково провела по растрёпанным волосам девочки. Делая вид, что не замечает её просиявшего личика, она громко проговорила:

– Идите купаться, девочки. Только не обижайте русалок, хорошо? Они – злопамятные создания и, обидевшись, найдут способ отомстить даже нам, ведьмам.

Ученицы не заставили себя уговаривать. С радостным визгом они бросились к озеру, и вскоре его тишину и спокойствие нарушили звонкие девичьи голоса и счастливый смех.

Наставница укоризненно покачала головой и мысленно попросила прощения за поднятый шум и гам у местной предводительницы общины ундин, и та сразу же откликнулась:

– Не беспокойся, Волчица, русалки не обидят твоих учениц. Моя благодарность за спасение дочери остается в силе; в любое время ты можешь потребовать всего, чего захочешь. Конечно, если в моих силах будет исполнить твоё пожелание.

– Ну, что ты, Берегиня! Я старалась не из благодарности. Как там сейчас бедная девочка?

– Плачет, но больше не рвётся умереть. Спасибо за это тебе и милостивым богам. Очень жаль, что я не уберегла дочку от своей судьбы. Любовь – наше проклятие, обрекающее нас на вечные страдания, – печально прошелестела ундина. Она с жалостью глянула на юную русалочку, которая спала, положив ей голову на колени. Даже во сне по её щекам скатывались светлые жемчужины, заменяющие русалкам слёзы.

Берегиня взялась за отложенный костяной гребень и, расчёсывая густые волосы дочери, тихо запела:

 

Ночь укрылась чёрным пледом,

Согреваясь в свете звёзд.

И сплетает быль и небыль

Из страны волшебных грёз.

***

Закрывай, принцесса, глазки,

Баю-баю, ангел мой.

Верь, когда-нибудь из сказки

Принц придёт и за тобой.

Золочёная карета

Повезёт тебя к мечте –

К встрече с утренним рассветом,

К ясной утренней звезде.[1]

 

Очарованная пением наставница стряхнула с себя дрёму и предложила:

– Хочешь, я попрошу Оберона, и он возьмет её в своё королевство...

– О нет! Только не это! – быстро перебила её ундина. – Я же родила дочь от смертного и у неё есть душа.

– Понятно! Тогда прости, больше ничем не могу помочь.

– Тебе не за что извиняться, Волчица. Ведь ты и так много сделала для нас с дочерью. Всё хорошо, пока действует заклятие забвения любви.

– Через три луны его нужно будет обновить. Приплывайте, я буду ждать вас на том же месте, где прошлый раз.

– Спасибо, Волчица, ты – добрая девочка. Надеюсь, судьба не будет к тебе жестока. До встречи.

– До встречи, Берегиня.

Почувствовав, что деревенские подростки подглядывают за обнаженными ведьмочками, резвящимися в озере, наставница не сразу их шуганула. Она решила, что мальчишкам не помешают чудесные воспоминания о теплой летней ночи и красивых девушках, – ведь жизнь людей скоротечна и в ней слишком мало прекрасного.

Когда счастливые вылазкой ученицы угомонились и, постелив лежаки, уснули, наставница очертила круг и взялась за амулет. После череды заклятий защитный купол налился энергией и тихо загудел, отбрасывая окрест голубоватые блики. Тогда наставница завернулась в тёмный плащ и прикорнула рядом с ученицами.

Сон пришёл почти мгновенно. И впервые за долгое время в нём появился он – властитель её души.

«Раэтиэль, почему ты меня потревожил?» – осторожно спросила женщина, не зная то ли радоваться, то ли печалиться, но она старалась не давать волю чувствам, так и рвущимся наружу.  

«Я? – удивился Лесной король. – Моя хорошая, ведь это ты меня позвала. Неужели соскучилась?» – спросил он и хитро прищурился.

«Не придумывай!»

«Что ж, тогда вини себя, а не меня. Ведь ты знаешь, чем чревато упоминание эльфов. В своей сказке ты вспомнила о нашем прошлом, вот я и подумал, что пора тебя навестить».

Наставница расстроилась. «Скажи уж прямо, что тебе скучно. Потому ты вспомнил о моём существовании и заодно решил, что уже давно не забавлялся за мой счёт», – сдержанно заметила она.

На прекрасном лице эльфа появилось обиженное выражение. «Ах, моя любовь, какая же ты злюка! Я всего лишь хотел узнать, всё ли у тебя в порядке». 

«Раэтиэль, если помнишь, то мы договорились, что ты без всяких условий отпускаешь меня на свободу. Прошу, прекрати свою слежку!»

«Вернись, Аталиса, мне плохо без тебя», – скорбным голосом проговорил эльф, называя её истинным именем, а не мирским прозвищем.

От тоскливого взгляда зелёных глаз, сердце наставницы дало перебой, но она взяла себя в руки. «Я не могу, ты нарушил своё обещание. Поэтому довольствуйся моей душой. В конце концов, ты получил, что хотел».

Лесной король оживился, почувствовав, что задел собеседницу за живое. «Моя любовь, если ты вернешься, то я возвращу твою душу» – незамедлительно закинул он приманку.

Наставница окинула его скептическим взглядом и покачала головой. «Прости, Раэтиэль. Но кто единожды солгал, тот навсегда лишается веры к своим словам».

Лесной король с надменным видом выпрямился на троне. На его прекрасном лице появилось холодное выражение.

 «Не смей обвинять меня во лжи! Фейри никогда не лгут!» – сердито проговорил он. 

 «Знаю-знаю! – наставница усмехнулась. – Но и правды не говорят. Верно, Раэтиэль? –спросила она и, не дождавшись ответа, добавила: – Вот только смертным от этого не легче. Ведь по своим последствиям ваше искусное жонглирование словами это та же ложь».

«Наше?.. Вот как? Значит, мы до сих пор для тебя чужие?» – Лесной король резко подался вперёд, и они оказались лицом к лицу. Не зная, куда деваться от его пронизывающего взгляда, наставница вжалась в лежак и взмолилась всем богам, чтобы они дали ей проснуться. На её счастье, острый сучок впился ей между лопатками и облик эльфа затуманился. Но тут лежак приподнялся и переместился в другое место. 

«Не уходи, мы ещё не договорили», – сказал Лесной король. Он больше не давил на неё и вновь восседал на троне. Переведя дух, наставница окинула его насторожённым взглядом и… всем сердцем рванулась к нему. Вместо надменного принца в роскошном наряде на троне развалился ухмыляющийся длинноухий мальчишка, которого она хорошо знала. 

Чуткий эльф тут же уловил её смятение. «О боги! Любимая, какая же ты упрямая!.. Скажи честно, неужели ты счастлива вдали от меня?» – тихо спросил он.

Пойманная в ловушку нежного любящего взгляда, наставница с трудом нашла в себе силы, чтобы не выдать истинные чувства. «Да, ваше высочество!.. Здесь я абсолютно счастлива», – спокойно ответила она и возблагодарила безжалостную дрессуру Титании, позволившую ей уклониться от неудобной правды. 

 «Ах ты, лживая рыжая ведьма! Я тебе не верю!» – рассердился Лесной король.

 «Понимаю, это нелегко, но вам придётся поверить и смириться, ваше высочество. И как видите, я уже не рыжая».

«Это ты о чём?» Лесной король щёлкнул пальцами – до этого она представлялась ему прежней рыжей синеглазой девчонкой. Увидев зрелую темноволосую женщину, он презрительно фыркнул. «Глупая! Рогатый тебя побери! Зачем ты нацепила на себя шкуру какой-то старой ведьмы? Неужели в реальном мире ничего лучше не нашлось?» – воскликнул он с досадой.

«Благодаря этому облику я живу тихо и спокойно. Поверьте, ваше высочество, это такое счастье после дворцовых интриг и обременительной внешности красавицы-эльфийки». Несмотря на холодный церемонный тон по щекам наставницы заструились предательские слёзы. Растревоженная воспоминаниями, она не сводила глаз с Лесного короля. Что уж скрывать, вопреки предательству и всем разочарованиям, девчонка, живущая в её душе, до сих пор без памяти любила его, и от разлуки с ним её сердце обливалось кровью.

Лесной король не замечал смятения собеседницы, но её речи и желание выдержать дистанцию пришлись ему не по вкусу. Он снова превратился в надменного эльфийского принца и, выпрямившись на троне, прикрыл глаза. Когда его лицо исказила внезапная судорога, а затем оно превратилось в холодную маску, наставница насторожилась. Вид эльфа не сулил ей ничего хорошего. Она сразу же вспомнила нечаянно подслушанные разговоры. Если верить придворным дамам Титании, которые не обращали внимания на жалкую смертную девчонку, то под настроение эльфийский принц был способен на любые сколь угодно чудовищные поступки.

«Прости, я не хотела тебя обидеть», – быстро проговорила она, упреждая приступ ярости. Но было уже поздно.   

«Неужели?» – процедил Лесной король и резко подался вперёд. По его губам зазмеилась нехорошая улыбка. «Ай-я-яй, ведьма! Выходит, что ты довольна жизнью и тебе нет дела до моих страданий? – в горящих зелёных глазах полыхнула неприкрытая злоба. – Что ж, видимо, по-хорошему ты не понимаешь! Слушай внимательно, Аталиса, повторять не буду. Я дам тебе ещё немного побегать – исключительно для того, чтобы ты осознала всю свою глупость с побегом, – а затем домой. И без разговоров!» Лесной король поднял руку в предостерегающем жесте: «Не смей спорить, ведьма! Напомнить, что ты бегаешь на коротком поводке? Твоя душа по-прежнему находится в залоге и, как только мне заблагорассудится, я могу потянуть за связующую нить. Но лучше не доводи до греха. Вернись сама, если не хочешь воочию заполучить рабский ошейник. Представляешь, как обрадуется Ваэль, увидев позорное украшение на шее своей любимицы?»

Испуганная наставница села и распахнула глаза. «О боги! Кажется, Раэтиэль рассердился не на шутку!»

Сон бежал от её глаз, и она подкинула веток в умирающий костерок. Благодарная саламандра принялась деликатно поедать предложенное угощение, и вскоре свет разгоревшегося костра высветил грустное лицо женщины. Появление Лесного короля пробудило воспоминания о прошлом, и, в частности, о том, что случилось, когда она, ведомая любопытством, столь опрометчиво приняла его предложение и последовала за ним в мир фейри.

   ***

Красавец-эльф галантным жестом протянул ей руку.

– Идём, моя хорошая, нас уже ждут... – вдруг на его лице промелькнуло лукавое выражение. – Постой! Будь добра скажи своё истинное имя. Ведь я должен представить тебя своим подданным.

Девчонка спрятала руки за спину и виновато посмотрела на эльфа.

– Извини, Раэтиэль, ведьма никому не должна говорить свое истинное имя. Если это препятствие, то я пойму твой отказ взять меня с собой.

Лесной король заколебался, а затем снова протянул ей руку.

– Ладно, идём! – сказал он со вздохом. – Я уже настолько привык к твоим ненормальным выходкам, что переживу ещё одну. На самом деле, ты зря упрямишься: в мире фейри не действуют правила реального мира, во всяком случае, многие из них. Всё равно у нас ты получишь другое эльфийское имя, а от старого придётся отказаться.

 Хитрый Лесной король не сказал, что отказаться девчонке придётся не только от имени. 

   ***

Ухватившись за прохладную узкую ладонь эльфа, ведьмочка шагнула за порог и оказалась под кружевным пологом высоких узловатых деревьев. Невесомый золотой свет, смешанный с зелёным сумраком растительного тоннеля, вызвал у неё странное чувство – ощущение детского восторга, смешанного с ужасом. Не сразу поняв, в чём дело она огляделась по сторонам и покрепче ухватилась за руку своего проводника. В тёмной густой зелени прятались цветы удивительной формы и необычной расцветки. Тёмно-синие, бордовые, фиолетовые – почему-то все они были парами. На поросших мхом, искривлённых стволах и причудливых корягах цветы показались ей глазами неведомых чудовищ, которые притаились и наблюдают за пришелицей, вторгшейся в их мир. А ещё ей казалось, что они поджидают подходящий момент, чтобы напасть на неё.  

Но стоило выйти на открытое пространство, и все опасения ведьмочки мгновенно улетучились. Перед тем как спуститься в долину, она не выдержала и оглянулась назад, хотя знала, что этого делать нельзя. Здесь её поджидал сюрприз – лес со страшилищами, по которому они только что шли, бесследно исчез. Вокруг, насколько видел глаз, простирался идиллический пейзаж – солнечный и нарядный. Зелёные пологие холмы пересекали многочисленные речки и ручьи; шумели рощи; поляны пестрели незнакомыми цветами, среди которых возвышались причудливые каменные горки. Некоторые из них напоминали разрушенные строения, а может, так оно и было. И совсем уж далеко, почти у самого горизонта, виднелась щётка елового бора. А над всем этим великолепием царствовал высокий небесный купол, невозможную синеву которого оттеняли неторопливо плывущие снежно-белые облака, похожие на лебедей.

В ответ на вопрошающий взгляд девчонки Лесной король слегка улыбнулся, но ничего не сказал. Тогда она сама завела разговор и из неё как из рога изобилия посыпались вопросы. Эльф лишь улыбался и отвечал, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать и ей поневоле пришлось запастись терпением. Но как только они прошли мимо громадного дуба-великана, и ступили на поляну, густо поросшую громадными яркими цветами, она заметно оживилась. 

Заметив, что его спутница усиленно вертит головой, будто что-то ищет, Лесной король удивлённо приподнял брови. Спустя некоторое время, видя, что она безуспешно прячет своё разочарование, он не выдержал:

 – В чём дело?

– А где же крошки феи?.. Ой, только не говори, что они – досужая выдумка сказочников! – выпалила девчонка и смущённо покосилась на него. – Ладно, забудь!

–  Крошки феи?.. ах да, феи! – Лесной король подавил приступ смеха и состроил серьёзную мину. – Нет, это не выдумки, моя хорошая. Видишь ли, сейчас мы находимся в Междумирье, вдобавок, слишком близко к реальному миру. Потому здесь мало магии и, как следствие, мало волшебных существ. Но ближе к миру фейри ситуация кардинально изменится. Ведь напряжение магического поля возрастает по экспоненте.      

– По экспоненте? – повторила ведьмочка и удивлённо хлопнула глазами. – Ясненько… ой, какая прелесть!

Высвободив руку из пальцев эльфа, она бросилась следом за огромным махаоном. 

Прекрасная синекрылая бабочка размером с приличный лист лопуха не спеша перепархивала с одного цветка на другой и, заворожённая красотой летуньи, девчонка неотступно шла следом за ней. «Какое сказочное чудо! Вот бы рассмотреть её поближе!» – подумала она с восхищением.

Бабочка словно услышала её мысли и опустилась на ближайший цветок, похожий на оранжевый подсолнух. Красуясь, она сначала сложила крылья, а затем вновь их распахнула, демонстрируя дивный узор на их бархатистой поверхности. «Наверно, ты тоже ничего для двуногой. Мои друзья из мира эльфов говорили, что наш Лесной король из реального мира уводит только самых красивых человеческих самок», – прозвучал тоненький голосок в голове у ведьмочки, и она в изумлении приоткрыла рот. «Значит, я не первая, кого он приводит в мир фейри?» – спросила она с разочарованным видом. «Само собой, дурочка! – в голосе бабочки прозвучали снисходительные интонации. – Ведь нам нужен приток человеческих душ, чтобы поддерживать магию на прежнем уровне...»

Вдруг прекрасную летунью охватило прозрачное зеленоватое пламя, и она осыпалась серым пеплом.

 – Ой!.. Раэтиэль, что случилось?!   

 – Понятия не имею. Это же Междумирье, здесь всякое возможно, – Лесной король глянул на небо и нетерпеливо добавил: – Солнце уже перевалило за зенит, давай поторопимся, моя хорошая. Нам предстоит неблизкий путь. До вечера желательно пройти как можно больше.

Он потянул девчонку за собой, но та уперлась, не желая идти.

– Нет! Пусти!.. Думаешь, я дура и не понимаю, что происходит?  Видимо, бабочка права, и ты на самом деле не просто так пригласил меня в гости.

– Клянусь, это не так!

Делая вид, что не слышит оправданий эльфа, ведьмочка озабоченно посмотрела на свои атласные голубые туфельки. Готовясь отпраздновать день рождения, она успела переодеться и потому порадовалась, что «подарок» кота не застал её врасплох, хотя тонкая блузка с жилетом на шнуровке и тёмно-синяя шёлковая юбка не слишком-то годились для дальнего путешествия. Но с обувью нужно было что-то делать, с каждым шагом неровности почвы ощущались всё сильней. Усевшись на траву, ведьмочка разулась.

– Вот рогатый! Только надела, а они уже все поистрепались. Того и гляди, что скоро развалятся, – пробормотала она и, обнаружив дырку на подошве туфли, огорчённо вскрикнула. – Ну вот! Так и знала, что переплатила за них сапожнику. Вот ведь паразит! Взял такие деньжищи, а пошил из всякого хлама.  

Когда Лесной король опустился на колени и заглянул ей в лицо, она нетерпеливо отмахнулась.

– Иди один! Лично я возвращаюсь домой.

Видя, что девчонка всячески избегает его взгляда, он тяжело вздохнул и… превратился в кота.

– Ах, Аталиса! Тебе должно быть стыдно, – проговорил он, и в его голосе прозвучала искренняя обида. – С каких это пор слова какого-то безмозглого насекомого значат для тебя больше, чем мои? Скажи, разве за те два года, что мы были вместе, я когда-нибудь тебя обманывал?.. Разве не я всячески о тебе заботился и оберегал от напастей?.. Скажи, я когда-нибудь сделал или посоветовал тебе дурное?.. Нет, моя хорошая, ты не молчи! Подними голову и, глядя мне в глаза, прямо скажи, что я лгун и подлец.  

Укоризненное выражение на морде зверя, заставило ведьмочку снова потупиться. Действительно, в течение всего того времени, что они были вместе, он вёл себя как настоящий друг. Наконец девчонка не выдержала и с раскаянием глянула на свою мохнатую укоризну.

– Прости, котик, прости! – с виноватым видом она сложила ладони у груди. – Честное слово, даже не знаю, что на меня нашло.   

– Ладно, поднимайся! На твоё счастье я не злопамятный, – весело воскликнул эльф. Вернувшись к прежнему облику, он протянул девчонке руку. – Идём? – видя, что она всё ещё сомневается, он сердито добавил: – Вот дурочка! Пойми наконец, приглашение – это мой подарок тебе. Думаешь, что мы, фейри, прямо-таки всех подряд тащим к себе в гости? Ошибаешься, моя хорошая! Это привилегия, которую нужно заслужить.

– А я заслужила? – тут же поинтересовалась ведьмочка, снова надевая туфельки.

– Нет! – засмеялся Лесной король. – Но мы друзья и единственно, чего я хочу – это показать тебе свой дом и как следует отпраздновать твой день рождения.

– Раэтиэль, поклянись, что это правда!

Эльф приложил руку к сердцу и напустил на себя торжественный вид.

– Клянусь, Аталиса! Поверь, ты будешь самой дорогой и желанной гостьей в моём любимом Майолиллорне, – сказал он и посмотрел на девчонку, проверяя впечатление, произведённое его словами, а затем с тяжёлым вздохом добавил: – Да-да! Ты права, я сказал тебе не всё. Видишь ли, это мой последний поход в реальный мир. Больше мы не увидимся, поэтому я очень хочу, чтобы ты осмотрелась у меня дома. А вдруг тебе понравится?.. Нет-нет! Аталиса, я тебя не неволю. Останешься ты или нет – это только твой выбор. Захочешь, в любое время вернёшься в мир смертных. Это я тебе обещаю. 

– Честное слово? – обрадовалась девчонка. – Постой-постой! Откуда ты узнал моё истинное имя? – воскликнула она с обескураженным видом.

– Надо же, наконец-то заметила! – ухмыльнулся эльф и, поймав насторожённый взгляд, состроил обиженную мину. – Честное слово, никаких чар и колдовства! Как-то год назад я спал у тебя на груди, и ты сама проболталась во сне.

Ведьмочка опустила ресницы и ещё щёки заалели. До неё только сейчас стало доходить, что два года у неё жил отнюдь не кот, а этот красавец-эльф. Преодолев смущение, она подбоченилась и топнула ногой.

– Ах ты, поганец! – напустилась она на эльфа и ткнула его пальцем в грудь. – Теперь ясно, почему ты вертелся рядом со мной, буквально не давая прохода! Ну и зачем ты спрашивал моё истинное имя, если ты его знаешь?

– Хотелось проверить, насколько ты доверчива, – сознался Лесной король и примирительно улыбнулся. – Моя хорошая, теперь ты понимаешь, что я давным-давно мог бы воспользоваться твоим истинным именем. А уж зная его, проще простого сделать из тебя послушную куклу.

– Нет! – ведьмочка испуганно отпрянула. – Лучше смерть, чем такая участь!

– Не бойся, Аталиса! Душа – это такой щедрый дар, который даётся лишь добровольно.

– Раэтиэль, поклянись, что никогда не воспользуешься моим именем и не причинишь мне зла! – взмолилась ведьмочка, раздираемая сомнениями. Ведь легенды утверждали, что эльфам верить нельзя, но это же был её любимый кот – надёжный друг, один из тех, про кого говорят, что с ним съеден пуд соли, причём не один.

– Клянусь! – с готовностью отозвался Лесной король.

В конце концов, победила старая привязанность и он возликовал. «Безграничное доверие жертвы – голубая мечта любого обманщика», – насмешливо подумал он, а вслух проговорил:   

– Ну, так что, ты мне веришь, Аталиса?

– Может, я и дура, но верю. Знаешь, за те два года, что мы вместе, я поняла, что более близкого друга, чем ты, у меня не было и нет.

На мгновение сердце Лесного короля кольнула непрошеная жалость к одинокой девчонке, чьим единственным другом оказался кот.

– Слушай, как долго я могу у тебя погостить? – спросила повеселевшая ведьмочка и доверчиво заглянула в знакомые зелёные глаза, изученные ею за два года до мельчайших подробностей.

– Что? Так ты идёшь в Майолиллорн? – обрадовался эльф.

– Думаешь, не стоит? – прищурилась ведьмочка, но он не дал ей вновь засомневаться и, подхватив за талию, с радостными воплями закружил по поляне.  

– Можешь гостить хоть целую вечность, моя хорошая! Думаю, меньше и не получится. Уверяю, ты сама не захочешь покинуть мир фейри, пока не увидишь все его чудеса. Ведь ты ещё не слышала пение дриад на празднике весеннего равноденствия в Руанед! А знаешь, какое это чудо – лунные танцы крошек-фей из Андустана?! О Аталиса, поверь мне, это настоящее чудо! При желании ты сможешь присоединиться к их праздничному хороводу. Для полёта малышки всегда одолжат тебе крылья Лунной мечты. Дорогая, поверь, ты ни о чём не пожалеешь!

– Пусти, ненормальный! У меня кружится голова! – со смехом воскликнула ведьмочка.

– О нет, моё сокровище! Я ещё не обо всём тебе рассказал...

И лукавый эльф до тех пор расписывал чудеса волшебной страны, пока не увидел, что в глазах девчонки, очарованной его рассказами, загорелся неподдельный восторг. Тогда он остановился и с дразнящей улыбкой на губах привлёк её к себе.

– Ну, так что, Аталиса, ведьма из Эдайна, скажи, ты согласна принять статус моей любимой гостьи в Майолиллорне? – спросил он вкрадчивым голосом. 

– О да! Палкой будешь гнать, не прогонишь. Во всяком случае, пока не увижу всего, чего ты мне наобещал! – радостно воскликнула ведьмочка, глядя на него сияющими глазами.

– Отлично! Свидетели ко мне! – вдруг властно выкрикнул Лесной король. – Подтвердите, что слово сказано и от него нельзя отказаться!

В ответ на его призыв над их головами пронесся сильный порыв ветра, и кто-то невидимый проговорил на разные голоса: «Да-да! Слово сказано... Мы слышали!.. Мы подтверждаем!.. Слово сказано и записано, теперь от него нельзя отказаться!»

Встревоженная ведьмочка смахнула волосы, взвихрённые порывами ветра, но они продолжали упорно лезть ей в лицо.

– О боги!.. Раэтиэль, что это такое?

Эльф беспечно улыбнулся.

– Не бери в голову, моя хорошая. Просто ритуал, принятый в мире фейри. Ну, что идём? Я уже говорил, что нам предстоит неблизкий путь.

– Да? – ведьмочка с жалостью посмотрела на новенькие туфельки. – Эх, нужно было взять с собой метлу. Новую-то при всём желании быстро не наколдуешь; отработка лётных качеств требует ювелирной работы с заклинаниями.

– Э нет! Ножками-ножками, моя хорошая! Позабудь о колдовстве, пока мы находимся в Междумирье. Давай наперегонки? Кто первым добежит вон до того дуба, – эльф указал на дерево, находящееся чуть ли не за тридевять земель, – тот получит замечательную краюшку свежего хлеба и кувшин молока.

 – Спорим, что я буду первая? Я такая голодная, что лучше не приближайся, а то ненароком откушу ухо. Это из-за твоих сливок я не успела позавтракать.

«Р-р-ам!» – ведьмочка наклонилась к уху эльфа и с кровожадным видом щёлкнула зубами, и он от неожиданности отпрянул в сторону.

– Трусишка! – выкрикнула она и, сорвавшись с места, как ветер помчалась к намеченной цели.

– Ах ты, ведьма! Смеешь покушаться на мои ушки? Ну нет! Такое кощунство тебе даром не пройдет!.. Ладно! Это же догонялки! 

Лесной король перестал хмуриться и с радостным смехом бросился догонять беглянку. Он быстро поравнялся с ней и всю дорогу держался наравне. Дурачась, он прямо на бегу выделывал невероятные кульбиты – кувыркался, ходил на руках, бегал кругами и при этом не забывал строить уморительные рожицы.

В конце концов, ведьмочка не выдержала его забавной клоунады и, хохоча, повалилась на траву. 

– Ой, больше не могу!.. Я сейчас умру от смеха. Раэтиэль, прекрати меня смешить!

– Как скажешь, моя хорошая, – ответил эльф, и пока девчонка приходила в себя, он соорудил венок из бабочек и водрузил ей на голову. – Ну что, нравится такая корона? – осведомился он.

– О да! – воскликнула ведьмочка.

Боясь пошевелиться, она скосила глаза и попыталась разглядеть чуть слышно шелестящие легкокрылые живые «цветы». На лице эльфа промелькнуло странное, не слишком-то приятное выражение, но это прошло мимо её внимания. 

– А зря! Не стоит привыкать, – насмешливо проговорил Лесной король и щёлкнул пальцами.

Бабочки разом вспорхнули, но не улетели, а начали водить замысловатые хороводы.

– Какая красота! Раэтиэль, да ты настоящий волшебник! – восторженно прошептала ведьмочка, и её бесхитростная лесть стёрла с его лица смесь надменности и презрения.

– Ха! Да на создание таких глупостей даже магии не требуется! – лучащийся самодовольством эльф лукаво прищурился. – Эй, моя хорошая, а ты ничего не забыла?

И тут до ведьмочки дошло, что он стоит, прислонившись к стволу огромного дуба, который был целью их спора.

– Ах ты, ушастый поганец! Так нечестно! Ты нарочно меня отвлёк! – донельзя огорчённая она попыталась оттолкнуть эльфа, но он будто врос в землю, не хуже, чем дуб. – Это нечестно, нечестно! Брысь! Я первая!

– Да ну? Тогда почему у дерева я, а не ты? – в одной руке эльфа возник глиняный пузатый кувшин, в другой – пухлый каравай. – Так кто из нас прохлопал ушами свой полдник? – съехидничал он.

От дурманящего запаха свежего хлеба у ведьмочки, у которой уже подвело живот от голода, закружилась голова, и она жалобно посмотрела на своего мучителя. 

– На, держи! – смилостивился Лесной король и протянул ей хлеб, а затем налил молока в кружку, возникшую в его руке. – Учти, больше молока не дам. Остальное мне, – предупредил он и, задрав голову, надолго приложился к горлышку кувшина.

– Спасибо! – ведьмочка впилась зубами в хлеб и с удивлением поняла, что это настоящая еда, а не колдовская обманка. – Откуда всё это? Ты же говорил, что колдовать нельзя, – пробормотала она с набитым ртом. 

– Я не колдовал. Использовал заклятие перемещения; оно настолько элементарно, что достаточно внутренних сил.

– Ах ты, воришка! 

– Нужно же хоть в чём-то оправдывать нашу гнусную репутацию, – эльф по-кошачьи вылизал горловину кувшина. – Мр-р! Вкусно, но мало! Ну, ничего! Ближе к вечеру ещё что-нибудь раздобудем.

Видя, что девчонка улеглась и закрыла глаза, вознамерившись поспать, он свёл брови.

– Э нет! Живо поднимайся! Потом отдохнёшь.

– Почему не сейчас? – ведьмочка лениво приоткрыла один глаз. – Слушай, мы уже столько пробежали, что у меня отваливаются ноги. Короче говоря, я устала.

– С ума сошла? Какое устала! – возмутился эльф. – Ну-ка подъём, и шагом марш! – приказал он. 

– Ишь раскомандовался! – проворчала Аталиса, но всё же не выдержала давления немигающих кошачьих глаз и, зевнув, села. – Ненавижу тебя! – буркнула она.

– Вставай, расскажешь об этом по дороге, – весело проговорил эльф и, стремительно развернувшись, исчез среди зарослей, подступающих к поляне. При этом на ветвях не дрогнуло ни веточки, ни листочка. 

– Эй! Ты куда? – всполошилась ведьмочка. Боясь отстать, она вскочила и бросилась следом за ним.

Лесная полоса оказалась не столь уж широка, и она вновь выскочила на открытую местность. Эльф был уже далеко и Аталиса, чтобы догнать его прибавила шагу, а затем побежала. Через час она выдохлась и перешла на шаг, но при этом старалась не терять его из вида. Несколько раз она звала эльфа, но он делал вид, что не слышит её криков.     

Почти без передышек они шли до самого вечера. Когда Лесной король остановился, поджидая её, ведьмочка рванулась к нему и схватила за руку, опасаясь, что он снова убежит. 

– Раэтиэль, я не ною, но нужно было предупредить, что мы столько времени будем шлёпать пешком. Разве мы не можем раздобыть хоть какое-нибудь средство передвижения? – проговорила она задыхающимся голосом.

– Нет! Потерпи, осталось ещё немного, – он заметил её взгляд, брошенный на ближайшие кусты. – Забудь о метле, Аталиса! Я тебя предупреждаю: не вздумай колдовать. Это привлечёт внимание жителей Междумирья. Уверяю, тебе очень не понравится их зверообразный вид и чудовищно здоровый аппетит. Моя хорошая, не нужно так вздыхать! В Междумирье все передвигаются пешком.

Согнувшись, ведьмочка застонала.

– О боги!.. И сколько нам ещё тащиться? – поинтересовалась она. 

– Не знаю! – беспечно отозвался эльф. – Может, неделю, а может, месяц. В Междумирье невозможно угадать расстояния. Всё зависит от выбранного пути, а он каждый раз меняется. Не было ещё случая, чтобы я дважды прошёл по одним и тем же местам, – сообщил он и, не обращая внимания на стенания уставшей спутницы, весело добавил: – Видишь излучину на реке? Давай остановимся там на ночёвку. Текущая вода защитит нас от местных тварей. Ну что, побежали?

– Совсем сдурели, ваше величество? – возмущённо осведомилась девчонка и с кряхтением попыталась выпрямиться. – Какое тут побежали! Шагом доплестись бы и то уже хорошо. 

– Не кисни, моя хорошая! Кстати, Лесной король это титул наследника эльфийского престола и в мире фейри означает то же самое, что кронпринц в мире смертных, поэтому правильное обращение это ваше высочество.

– Ясно, ваше высочество, – буркнула ведьмочка, не слишком расположенная вникать в тонкости эльфийского престолонаследования.

Когда они добрались до указанного места, девчонка была уже на последнем издыхании. Дыша как загнанная лошадь, она без сил рухнула на мелкий золотистый песок небольшого пляжа, намытого рекой.

– Всё! Пропади пропадом чудеса фейри! Умру, но больше не сдвинусь с места, – простонала она и, перевернувшись на спину, уставилась в вечернее небо, где уже появились первые звёзды. 

– Отдыхай, нам больше некуда спешить.

Вдруг Лесной король насторожился и в его руках появился меч, сияющий лунным серебром. Ведьмочка села и с опаской посмотрела на его помрачневшее лицо.

– Что случилось? – спросила она.  

– Ничего. Разве что грядёт очередной Рагнарёк в сумерках, – вздохнул Лесной король и огляделся по сторонам. – М-да, что-то рановато на этот раз, – он мельком глянул на растерянную девчонку. – Не бойся, Аталиса, я скоро вернусь. Да, ещё одно, если не хочешь заработать кучу неприятностей, оставайся на пляже. Никуда не ходи. Поняла?

Ведьмочка согласно кивнула и выкрикнула ему вслед:

– Раэтиэль! Может, я могу чем-нибудь помочь?

– Нет!.. Прошу, не вмешивайся, Аталиса, для меня ты будешь помехой. Оставайся на месте и помни, что я говорил тебе о чудовищах. Не вздумай колдовать!

Призрачной тенью Лесной король скользнул к прибрежным зарослям. Скрывшись с глаз ведьмочки, он неузнаваемо преобразился. Исчез шаловливый ушастый мальчишка и вместо него появился крылатый воин в сияющих доспехах. В своём новом облике эльф оказался гораздо выше и массивнее. Бесшумной поступью он двинулся в направлении просвета среди деревьев и, выйдя на идеально круглую поляну, насторожённо огляделся. И тут за его спиной спланировало другое крылатое существо.

Лесной король резко обернулся и занял оборонительную позицию.

– Что-то вы рано на этот раз, Старший брат, – проговорил он с почтительными нотками в голосе. 

Пришелец сложил крылья за спиной, и они тут же исчезли. 

– А что медлить, Младший? – отозвался он и лениво улыбнулся насторожённому эльфу. – Мы оба знаем, что твоя добыча лакомый кусочек, и к тому же спорный, – он тоже встал в боевую стойку и в его руках появился чёрный меч, окружённый синим ореолом. – Ну что, ушастый, будем драться, или полюбовно договоримся?

   ***

– Сестричка! – вскрикнула проснувшаяся Белочка.

Она схватила наставницу за руку, которая в какой-то нечеловеческой позе замерла у потухшего костра.

– Сестричка, проснись!.. Слава богам! – обрадовалась девочка, когда она открыла глаза. – Матушка, тебе приснился плохой сон? – озабоченно спросила она и её глаза округлились от испуга. – Это был вещий сон, да?

– Нет, моя дорогая! Я даже его не помню, значит, это не вещий сон, – наставница украдкой вытерла слёзы и улыбнулась встревоженной девочке. – Иди спать, моя хорошая. Сейчас я подновлю охранный круг и тоже лягу.

 

ГЛАВА 3

 

Призрачной тенью Лесной король скользнул к прибрежным зарослям. Скрывшись с глаз ведьмочки, он неузнаваемо преобразился. Исчез шаловливый ушастый мальчишка и вместо него появился крылатый воин в сияющих доспехах. В своём новом облике эльф оказался гораздо выше и массивнее. Бесшумной поступью он двинулся в направлении просвета среди деревьев и, выйдя на идеально круглую поляну, насторожённо огляделся. И тут за его спиной спланировало другое крылатое существо.

Лесной король резко обернулся и занял оборонительную позицию.

– Что-то вы рано на этот раз, Старший брат, – проговорил он с почтительными нотками в голосе. 

Пришелец сложил крылья за спиной, и они тут же исчезли. 

– А что медлить, Младший? – отозвался он и лениво улыбнулся насторожённому эльфу. – Мы оба знаем, что твоя добыча лакомый кусочек, и к тому же спорный, – он тоже встал в боевую стойку и в его руках появился чёрный меч, окружённый синим ореолом. – Ну что, ушастый, будем драться, или полюбовно договоримся?

***  

– Надо же, какая честь! Сам Улльтор пожаловал, чтобы сразиться со мной за душу смертной! – Лесной король беспечно усмехнулся, но при этом не спускал взгляда с явившегося к нему божества. – Даже не знаю, Старший, как нам повеселиться на этот раз, – он призадумался и в его глазах вспыхнул хитрый огонек. – Послушай, Улльтор, ведь ты покровитель лучников в божественном пантеоне. Давай устроим состязание в стрельбе из лука. Как смотришь на это? Только, чур, стреляем из наших эльфийских луков. 

– Ну ты наглец, Младший! Стащил наше добро и смеешь нам же диктовать условия? – Улльтор снисходительно ухмыльнулся. – Неужто надеешься победить меня в стрельбе из лука? – поинтересовался он и пытливо глянул на эльфа. – Ладно, будь по-твоему. Как будем соревноваться: на дальность или на меткость?

– Чтобы не было лишних споров, пусть будет и то и другое, – Лесной король глянул на разнокалиберные сгустки призрачных огней, что плыли в их направлении. – Видишь, к нам со всех сторон спешат любители дармовой магии? Кто больше настреляет дичи, или точнее её поразит при равном количестве, тот и победитель. К тому же ему достанется в безраздельное пользование ведьма из Эдайна по имени Аталиса, со всеми своими потрохами и душой.

– Да ты хитёр, Младший! – захохотал Улльтор. – Такой предусмотрительный малыш, но чересчур самонадеян. Даже не надейся, ты никогда не победишь меня в стрельбе из лука.

– Поживём-увидим, – отозвался Лесной король, непоколебимо уверенный в собственных силах.

Серебряный меч исчез, и в его руках появился сияющий эльфийский лук.

– Метриловый? Работы двергов? – уважительно произнёс Улльтор, разглядывая чудесное изделие прославленных подземных мастеров.

– Да, – коротко ответил Лесной король и в свою очередь не смог удержаться от изумленного восклицания при виде эльфийского лука, который возник в руках аса.

– Глазам не верю! Неужели это Серебряный Ветер? Откуда у тебя наш легендарный лук? Ведь в порыве гнева Оберон его уничтожил.

– Знаю, Младший. Одушевленное оружие не захотело поражать своих создателей, двергов, – Улльтор любовно провёл по изящной крутой дуге лука, сплошь украшенной рунами. – Спрашиваешь, откуда у меня Серебряный ветер? О, это целая эпопея! – видимо, воспоминания были не из разряда приятных и по мужественному лицу аса прошла тень. – Если по порядку, то долго рассказывать. Ну а если не углубляться в детали, то всё просто. Я заглянул в прошлое и заодно прихватил его с собой. Согласись, что такая чудесная вещь не заслуживает забвения.

– О да! – эльф тяжело вздохнул. Он глядел на волшебный лук с тем же выражением, с каким ребёнок смотрит на вожделенную, но недоступную игрушку.

Ас усмехнулся.

– Если выиграешь, считай, что он твой.

Лесной король не поверил своим ушам.     

– Отдашь Серебряного ветра?.. Правда? Ты не обманываешь?

– Клянусь, Небесным отцом, – Улльтор закинул лук за спину. – Ну что, приступим?

– Приступим! – согласился эльф. – Итак, танец Астинга. Затем по его знаку, спина к спине, стреляем до тех пор, пока не опустеет колчан в двести стрел.

– Договорились! Удачи, Младший.

– Тебе тоже, Старший!

– Внимание, начали!

Мускулистую полуобнажённую фигуру аса окутало сияние. Резкий росчерк когтистой руки и вдоль границы очерченного круга вспыхнуло призрачное голубое пламя – оно ритмично заплясало в такт исподволь зазвучавшей тревожной музыке. За спиной танцоров развернулись мощные крылья. Они одновременно взлетели, а затем сложили луки в центре круга и, не спуская глаз друг с друга, пошли вдоль его границы.

– Эй-я! – выдохнул Улльтор и в эльфа полетел прицельный голубой огонь.

Но аса постигла неудача, эльф легко уклонился от магического снаряда.

– Мазила! Лови ответный подарок!

Стремительно взвившись вверх, Лесной король запустил в противника зелёным сгустком силы, и с первого раза зацепил его оперение. – Эй, старик! Что-то вы совсем потеряли форму в своей Вальхалле! Меньше нужно трескать свинины и развлекаться с гуриями, а то скоро сами обрастёте салом, как неповоротливые рождественские хавроньи Единого!

– Ну погоди, ушастый поросенок! Что б тебя ... – взъярился Улльтор. Сверкая глазами, он выпустил по шустрому противнику целую серию магических снарядов.

– Не попал! Не попал! – засмеялся эльф. – Я же говорил, нужно больше тренироваться, старичок!

– Кого ты смеешь называть стариком?!

– Плохо слышишь, бедняга? И то верно, старость не радость!

– Да, я из тебя сделаю свиную отбивную!

– Вот и я говорю, что у вас в Вальхалле все мысли только о еде и выпивке! Старик, может, дело плохо и тебя уже гурии не интересуют? Хочешь, открою секрет возбуждающего эликсира? Мой батюшка Оберон периодически им пользуется. При его гареме иначе никак, вот и ты…

– Ну всё! Убью поганца! – взревел Улльтор, и началась феерическая потеха.

Не на шутку обозлившийся ас перестал миндальничать, – ведь эльф должен был уступать ему по всем параметрам – и противники сцепились во всю свою немалую мощь. 

***

Когда над прибрежными зарослями засверкали разноцветные всполохи, ведьмочка не выдержала. Подозревая, что это как-то связано с Лесным королём, она проигнорировала его предупреждение и бросилась к загадочному сине-зелёному зареву. Правда, колючие кусты и острый камень, подвернувшийся под ногу, вынудили её задержаться. Тонкие кожаные подошвы окончательно прохудились и она, поколебавшись, взялась за амулет. Заклинание сделало своё дело, и атласные туфельки превратились в крепкие удобные башмачки. 

Прежде чем снова пуститься в путь, ведьмочка спустилась к реке. Постанывая от удовольствия, она прошлась по мелководью. Тёплая вода как компресс успокаивала ноги, уставшие от долгой ходьбы.

Девчонке было невдомёк, что как только загорелась синяя искорка амулета, одна из коряг на берегу зашевелилась и поползла следом за ней. Но на этом её метаморфозы не закончились. Иссохшие сучья прямо на глазах обретали змеиную гибкость, а пень превратился в уродливую голову, большую часть которой занимала страшная острозубая пасть. Подобравшись поближе, бывшая коряга рванулась к вожделенной добыче, но немного не успела. Ведьмочка надела обувь и, подхватив подол длинной юбки, понеслась к непрекращающемуся фейерверку.

Разочарованное чудище потопталась на месте, а затем присоединилось к процессии, которая выползла из реки. Несколько скользких округлых валунов обзавелись глазами на стебельках и многочисленными ногами наподобие мокриц. Решительно настроенные сменить среду обитания, они выбрались на берег и целенаправленно двинулись следом за источником магии. 

Не замечая растущей свиты, ведьмочка выскочила на край поляны и задрала голову.

– Вот это да! Славно мальчики резвятся! – выдохнула она с восхищением. 

Внутреннее чутьё подсказывало ей, что один из крылатых воинов — это её ушастый спутник, но она никак не могла решить, кто именно. Изменённая внешность эльфа её не смущала. Проблема была в другом, они оба казались ей знакомыми.

«Интересно, который из них Раэтиэль? Чернокрылый или белокрылый?» – гадала ведьмочка. Но вскоре увлечённая зрелищем магической битвы она забыла обо всём.

И в самом деле, посмотреть было на что. Сине-зелёная прозрачная завеса, окружающая поле битвы, мерно пульсировала в такт звучащей мелодии. От непомерного количества энергии, заключённой в очерченном круге, воздух трещал и вспыхивал разноцветными искрами. Из-за недостатка места воины-маги почти не прибегали к силовым сетям, пространственным ловушкам и прочим фокусам из своего обширного арсенала. Они молниями проносились в небе и швыряли друг в друга светящиеся энергетические снаряды. В пылу битвы они не замечали, что перья с их крыльев устилают землю причудливым чёрно-белым ковром. Когда они неслись к земле, а затем резко взмывали вверх, он менял рисунок, но при этом не терял своей необычной красоты.

Один из сражающихся подлетел совсем близко и при виде его зелёных глаз, ведьмочка наконец-то опознала в белокрылом существе своего эльфа и радостно захлопала в ладоши. Он явно лучше держался в магической битве, чем его чернокрылый противник. «Ну, Раэтиэль, даже не знаю, какой из твоих обликов мне больше по нраву. Хотя вру, в шкуре черного кота ты мне всего милей, – игриво подумала она и внутренне сосредоточилась, готовясь к атаке. – Итак, со своими я определилась. Интересно, что будет, если я сейчас пальну в его противника?»

«Мокрое место вместо одной придурочной ведьмы! – незамедлительно последовал мысленный ответ. – Вот дурочка! Брысь отсюда, пока цела! О боги! За какие грехи... Аталиса, будь другом, не отвлекай!» 

Вдруг крылатых существ разделила радужная завеса. Перестав сражаться, они дружески ухмыльнулись друг другу и начали впитывать в себя выпущенную во время боя магическую энергию. Белокрылый эльф засветился зелёным призрачным огнем, а его чернокрылый противник – синим. Когда магия была собрана, свечение оградительной завесы тоже погасло, и они взялись за луки. Крылатые воины замерли, встав спина к спине, и ведьмочка залюбовалась совершенной в своей красоте живой скульптурой, демонстрирующей их мощь. Ас и эльф одновременно положили серебряные стрелы на тетивы сияющих луков, и плавно их натянули. Затем они принялись стрелять столь стремительно, что она видела только два светящихся потока, летящих в противоположные стороны.

– Браво, мальчики! – восторженно выкрикнула она и захлопала в ладоши. – Вы самые лучшие в мире лучники!

Одновременно иссякли серебряные потоки стрел и, синхронно повернувшись, крылатые воины с нескрываемым любопытством посмотрели на растрёпанную рыжеволосую девчонку.

– Никак наше яблоко раздора изволило пожаловать? – добродушно поинтересовался Улльтор и, диковато сверкнув синими горящими глазами, вкрадчиво предложил: – Может, не будем выяснять кто победитель, а по-братски поделимся? 

Но эльф был категоричен.

– Нет! Никакого дележа не будет, либо всё мне, либо тебе. Уговор дороже денег.

– Фу, малыш, нельзя быть таким собственником! – ас ухмыльнулся. – Разве никто не говорил тебе, что со старшими принято делиться, хотя бы из уважения?

 – Обойдёшься! Собственностью я ни с кем не делюсь. И вообще, хватит болтать о ерунде. Идём выяснять, кто победил.

 – Не стоит, Младший. Твоя взяла. С перевесом в одно убитое чудовище, – Улльтор неслышно вздохнул и протянул Серебряного ветра новому владельцу. – Как там говорится? От побеждённого учителя – победителю ученику. Забирай свою конопатую добычу и обещанный приз в придачу. 

Лесной король взял в руки легендарный эльфийский лук, и возбуждение на его лице уступило место благоговейному выражению.  

– Это такой бесценный подарок, что даже не знаю, как тебя благодарить, – он тепло улыбнулся бывшему противнику. – Спасибо, Улльтор, и за состязание, и за подарок. Хочу, чтобы ты знал, для меня состязаться с тобой – уже великая честь.

– И тебе спасибо, малыш, за доставленное удовольствие, – дружелюбно прогудел чернокрылый ас и первым протянул руку для дружеского рукопожатия. – Искренне рад нашему знакомству, Младший. Честно скажу, давненько не встречал такого достойного противника, – добавил он, и на его лице проступило весёлое изумление. – Неслыханное дело! В стрельбе из лука ты сумел превзойти самого Улльтора. По такому случаю сделаю тебе ещё один подарок. Знай, отныне Серебряный Ветер никогда тебя не ослушается. Без колебаний он поразит любого, кем бы он ни был, даже дверга.

На лице эльфа появилось раскаяние.

– Спасибо, Старший!.. Извини, за грубость во время сражения. 

– Глупости, Младший! Думаешь, я сам не прибегал к таким уловкам во время боя? Вывести из себя противника – это уже залог победы. Только я на твоем месте не очень радовался бы некоторым подаркам.

Ас покосился на ведьмочку, прислушивающуюся к их разговору.

– Хочешь, я обменяю твою конопушку на кого-нибудь другого? Не бойся, замена будет равноценной и уж точно красивей, – сказал он на высокоэльфийском наречии.

С лица эльфа пропало радостное оживление.

– Нет, не могу, – ответил он с прохладными нотками в голосе.

– Да ладно тебе! Я же знаю, девчонка доставляет тебе массу хлопот. По слухам она уже основательно погромила ваши эльфийские владения в реальном мире. Зачем тебе такое беспокойное приобретение в мире фейри? Отдай её мне и вместо бестолковой серенькой мыши ты получишь горячую красавицу из воительниц.

– Извини, Улльтор, но лучше я останусь при своих.

– Малыш, оставь ты ведьм в покое. Не упрямься, послушай доброго совета. Ведь ты знаешь, что Сьефнейг особо покровительствует их племени. Она уже жаловалась на тебя, и если разозлится всерьёз, то не жди пощады... 

Ас продолжал настаивать, но Лесной король упрямо стоял на своём. Наконец, он не выдержал.

– Старший, давай закончим этот бесполезный разговор. Я уже сказал, что нет! – воскликнул эльф и, спохватившись, примирительно улыбнулся. – Право слово, Улльтор, если она такая никчемная и некрасивая, как ты расписываешь, то тебе-то она зачем?

– О тебе же забочусь, – не терял надежды ас. – Ну зачем тебе лишние неприятности?

– Не беспокойся. Став рабыней, девчонка не будет причинять неудобств.

– Вот оно что!

Улльтор повернулся и с жалостью посмотрел на встрёпанную девчонку, которая с недоумением прислушивалась к разговору, ведущемуся на незнакомом языке. Он заметил, что она то и дело бросает на него вопрошающие взгляды и морщит лоб.   

– Бедная малышка! Незавидная ей предстоит судьба.

Внезапно ас легко рассмеялся и хлопнул Лесного короля по плечу.

– Ладно, моё дело предложить, а твоё – отказаться. Не бери в голову, Младший, просто мне нравится, как твоя ведьма танцует. Дай, думаю, заберу её в Вальхаллу, но на нет и суда нет. Будь счастлив, малыш. Доброй тебе охоты! Может, ещё свидимся.

– Доброй охоты! До встречи, Улльтор!

За спиной аса распахнулись тёмные крылья, подсвеченные голубым сиянием, и он начал подниматься ввысь.

– Эй! Всё же не обижай малышку! – выкрикнул он, перед тем как исчезнуть.

Лесной король помахал ему и повернулся к ведьмочке, подпрыгивающей от нетерпения.

– Кто это, Раэтиэль, и почему вы сражались? – выпалила она, как только поняла, что безраздельно завладела его вниманием.

– Аталиса, где тебе велено быть? – последовал встречный вопрос, и девчонка внутренне поёжилась.

В крылатом облике Лесной король башней возвышался над ней и оттого казался опасным незнакомцем. Поймав его недобрый взгляд, она окончательно оробела.

– Прости! Не смогла усидеть на месте, когда поблизости творятся такие удивительные дела. Ты же знаешь, я из породы любопытных.

Но её бесхитростное кокетство не смягчило эльфийское сердце.  

– Что ж, тогда оставайся и посмотри, что будет дальше, – Лесной король раскинул белоснежные крылья и плавно поднялся вверх. – Эй, любопытная Варвара! – прогремел он с высоты, – кричи громче, если будет невмоготу.

Издевательские нотки, то и дело проскальзывающие в голосе эльфа, уже не на шутку тревожили Аталису. 

– Постой, Раэтиэль! Что это значит? – выкрикнула она и с опаской огляделась по сторонам.

– Извини, из меня никудышный рассказчик. К тому же говорят, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, – донёсся насмешливый ответ. – Эй, ведьма! Ты смотри там, особо не зевай! Держи ушки на макушке, а то живо окажешься в животе у какого-нибудь местного зубастика, сначала тщательно зажёванная, а затем не менее тщательно переваренная. 

Внутреннее чутье подсказывало Аталисе, что Лесной король не шутит. И тут в подтверждение его слов прибрежные заросли моргнули многочисленными горящими глазами. Самое ужасное заключалось в том, что неведомые твари приближались к ней в зловещем молчании. Они бесшумно вышли из кустов и заключили её в плотный круг. Со страху они показались ей преогромными, к тому же обострённым ведовским зрением она видела, как из их ощеренных пастей капает голодная слюна.

Будто гости за столом, чудища чинно расселись и с явным ожиданием воззрились на Аталису. Когда они одновременно моргнули горящими красными глазами, её нервы не выдержали. Она взвизгнула, да так что у неё самой заложило уши, и запустила файерболом в ближайшую тварь.

Вместо того чтобы испугаться чудище распахнуло жуткую пасть и проглотило магический шар. Облизнувшись длинным тонким языком, оно довольно заурчало.

– Мы тоже хотим есть! – глухо заворчали остальные твари, завистливо косясь на удачливую товарку.

– Хотим-хотим! – запищали чудища поменьше и закивали уродливыми головами.

– Не медли, поскорей дай нам магии, не то мы съедим тебя!

– Нате, гады! Подавитесь!

Не теряя надежды разогнать любителей дармовой магии, Аталиса безостановочно швырялась файерболами. Но неуклюжие на вид чудовища проявили неожиданную прыть и глотали их один за другим.

Когда запасы магической энергии окончательно иссякли, ведьмочка не упала духом. Она нагнулась и, схватив булыжник, что есть силы запустила им в ближайшую тварь. К её радости грубое физическое воздействие оказалось гораздо действеннее боевой магии.

«Ага! Наконец-то, я нашла на вас управу!» – воскликнула она с торжеством и, готовясь дать бой, глянула себе под ноги. И тут случилось чудо. Чистая до того поляна прямо на её глазах услужливо проросла многочисленными камнями, которые были ей как раз по руке.  

Наконец одно из ушибленных чудовищ попятилось прочь и, усевшись на задницу, обиженно заскулило.

– Больно! Она ударила меня камнем! Плохая двуногая! – запричитало оно плачущим голосом.

– Магии больше нет! – раздалось разочарованное рычание, а затем кто-то из чудищ мстительно заметил: – Братцы, нужно её съесть, ведь мясо тоже вкусное.

– Съедим-съедим! Мы любим свежее мясо, – запищали чудища поменьше и согласно закивали уродливыми головами.

– Съедим-съедим и даже косточек не оставим! Всю схрупаем, – прорычали чудища слаженным хором и всем скопом двинулись к обмершей от испуга девчонке.

К счастью для неё в стае нашёлся свой жадина-диссидент. Огромная собакообразная тварь выскочила вперёд и вздыбила шерсть на загривке.

– Друзья, на всех мяса всё равно не хватит. Давайте делить по справедливости. Я первый её заметил, значит, добыча моя.

Чудища уселись и согласно закивали головами.  

– Братец прав, на всех её не хватит.

– Да-да! На всех её не хватит, значит, это его добыча, – пропищали чудища поменьше. Не трогаясь с места, подхалимы синхронно защёлкали зубами.   

Когда собакообразная тварь крадучись двинулась к ней, ведьмочка поняла, что настал её последний час. Камни легко отскакивали от бронированной шкуры, а бежать ей было некуда, – чудовища снова окружили её плотным кольцом.

– Поганец ты, Раэтиэль! Взял и бросил меня в беде! Эй, бесстыжий котяра! С такими друзьями, как ты, никаких врагов не нужно! – запричитала Аталиса, пятясь от чудовища. Когда оно подобралось совсем близко и от его зловонного дыхания у неё заслезились глаза, она не выдержала и отчаянно завопила: – Раэтиэль!.. Эй, ты слышишь? Будь ты прокля...

– Никаких проклятий! – прошипел эльф, первым делом зажимая девчонке рот. – Вот упрямая дурочка! Я что сказал? Зови на помощь, если будет туго. Но даже такая простая мысль не пришла в твою бестолковую голову. И не смей кусаться! – он шлёпнул её по губам, когда она замычала и в знак протеста укусила его за ладонь.  

 – А ты не затыкай мне рот! И вообще поторопись. Может, на закуску эти твари и от эльфятинки не откажутся.

Рассерженная ведьмочка бросилась к собачьему гибриду и пнула его прямо в морду.

– Вот тебе гад! – выкрикнула она с мстительным видом. 

Чудище, не ожидавшее от добычи такой прыти, с ошарашенным видом шлёпнулось на задницу. 

– Чего ты дерёшься? – прогундосило оно, прикрывая лапами пострадавший нос. – Хулиганка! Дождёшься, у меня! Вот возьму и съем!

– А вот это видел? – подбоченившись, Аталиса погрозила ему кулаком. – Будешь приставать, так отделаю, что мама родная не узнает!

В пылу запала она продолжала наступать на чудовище, и оно с боязливым видом попятилось прочь.

– Но-но! Не замай! Я маме пожалуюсь.

– Ябеда-корябеда! А ну пошли все прочь! – разошедшаяся девчонка запустила камнем в остальных чудищ, и они позорно бежали, бросив своего предводителя.

Собачий гибрид, оставшийся в одиночестве, бочком-бочком добрался до края поляны и, жалобно заскулив, громадным прыжком сиганул в кусты.

«Давно бы так!» – одобрительно проговорила ведьмочка, довольная тем, что поле боя осталось за ней.                

Лесной король расхохотался и, подхватив её за талию, стремительно взмыл в небо.

 – Ну что, несостоявшийся десерт для чудовищ, хочешь немного полетаем?.. Не злись, Аталиса, я серьёзно. Ведь это так романтично, – проговорил эльф, слегка касаясь её уха. – Уверен, без своей метлы ты скучаешь по полётам.

 – Иди ты к рогатому со своей романтикой! – сердито буркнула ведьмочка. – Давай вниз, на посадку.

 Лесной король в недоумении поднял брови.

 – О боги! Писать я хочу! Писать! Чего таращишь глаза? Будь ты основным блюдом на столе чудовищ, тоже рвался бы в ближайшие кусты!

 – Фу! Какая проза жизни! Я ей о высоком: о романтике, о звёздах, о полётах при луне, а она мне о ночном горшке, – пропел эльф и шкодно улыбнулся. – В общем-то, я не возражаю, но хочу предупредить, тут на час лёта кругом одни терновые кусты. Высадить или потерпишь?

Теперь уже настала очередь ведьмочки презрительно фыркать. 

– Терновник говоришь, Братец Кролик? Давай вниз и не забудь щипцы, будешь вытаскивать колючки из моего зада, врун несчастный!

– Ладно, твоя взяла! – засмеялся Лесной король и плавно приземлился в небольшом лесочке. – Девочки направо, мальчики налево, – он встряхнулся и из крылатого сурового воина-мага вновь превратился в остроухого мальчишку-сорванца, и ведьмочка сразу же почувствовала себя свободнее.

– О да! Походы налево любимое занятие всех мальчиков, – съязвила она и дёрнула его за ухо.

– Пошли вместе, – с готовностью согласился эльф и двинулся следом за ней.

Видя такое дело, девчонка заполошно замахала руками и под переливы серебристого смеха убежала за густую поросль невысоких, но густых кустов.

– Иди к рогатому! Иди-иди! Ты шёл в правильном направлении! – выкрикнула она на всякий случай.

– Ну вот! Налево нельзя, направо не берут. 

Выйдя из своего укрытия, ведьмочка смущённо глянула на эльфа и тут же отвернулась. Без всякого стеснения он сделал своё дело и застегнул ширинку на штанах.

– Ты всё? – спросила ведьмочка, и когда он подтвердил, что да, тогда она обернулась. Замявшись, она проговорила: – Раэтиэль, нельзя же так. Неужели было трудно зайти в лес?

– А зачем? – удивился эльф. – Разве есть какая-то разница, где именно писать? – он с недоумением хлопнул ресницами. – По-моему лес везде одинаковый, что здесь, что там.

– Ну, не знаю… слушай, прекрати издеваться надо мной! Ведь ты уже не в кошачьем обличии, потому мог бы соблюдать правила приличия, – возмутилась ведьмочка.

– Аталиса, ты же природная ведьма. Если Улльтор с тобой знаком, значит, ты уже участвовала в сексуальных игрищах. Тогда ты точно знаешь, что мужское хозяйство у всех двуногих устроено примерно одинаково, – эльф смерил её насмешливым взглядом. – Если моё чем-то тебя смущает, ты так и скажи…

– Замолчи! – выкрикнула ведьмочка. 

Даже в подступающей темноте Лесной король увидел, что она покраснела чуть ли не до слёз.

– Что-то я ничего не понимаю. Или ведьмам море по колено только тогда, когда они напьются во время шабаша? А может, ты ещё не вышла из возраста послушниц? – предположил он, удивлённый её реакцией. – Но вроде бы я видел, как ты развлекалась с парнями и это были отнюдь не невинные поцелуи.

– Ну, знаешь! Это уже переходит все границы! – пролепетала ведьмочка и бросилась бежать.

– Постой, Аталиса, нам не туда! – выкрикнул эльф со смехом. – Остановись, дура! Ещё раз напорешься на чудовищ, больше выручать не буду!

Метров через сто ведьмочка остановилась и прислонилась к стволу громадной сосны. 

– Вот гад! Так и знала, что ты шпионил за мной! – выкрикнула она и обвинительным жестом ткнула пальцем в том направлении, где оставила эльфа. – Ты точно мой кот? Я уже в этом сомневаюсь!  

С быстротой ветра Лесной король сорвался с места. Он тенью скользнул к сосне, за которой пряталась ведьмочка, и встал за её спиной. 

– Не злись, моя хорошая, я же пошутил, – шепнул он, склонившись к её уху.    

– О боги! – девчонка схватилась за сердце. – Смерти моей хочешь? Раэтиэль, больше не смей подкрадываться ко мне!

– Хорошо, не буду, – пообещал Лесной король и состроил покаянную мину. – Прости! Клянусь, с этого момента я буду эталоном приличий.

Аталиса глянула на него.

– Врёшь небось, – не поверила она.

– Нет! Даю слово. А теперь идём к пляжу. Скоро совсем стемнеет и к нам зачастят нежелательные гости.

Лесной король взял её за руку, но она неожиданно заупрямилась и подняла к нему посерьёзневшее личико. 

– Погоди, Раэтиэль! Не ожидала, что ты будешь рассуждать как тёмный крестьянин. Я хочу, чтобы ты знал, что мы жрицы Всеобщей матери, а не девицы лёгкого поведения, зарабатывающие на пропитание своим телом. Нет, молчи! Я знаю, что ты скажешь. Разница есть. Сексуальное единство на шабашах означает таинство единения с природой и это самое главное в наших обрядах. Их посредством Всеобщая мать дарит миру свою благодать, и ты это знаешь. Ведь знаешь, да?

Эльф кивнул в знак согласия, – ведь притворство было у него в крови, и ведьмочка сразу же приободрилась.

– Конечно, сейчас уже нет того, что было раньше, но я никогда не пила во время праздников плодородия! – с горячностью воскликнула она. – Терпеть этого не могу! Когда на шабашах начинается пьяный разгул, исчезает всякое таинство единения с природой.

«Ну конечно! Кто бы сомневался, что это таинство единения с природой, а не обычное удовлетворение похоти», – насмешливо подумал Лесной король, а вслух спросил:    

– Скажи, а ты участвовала в оргиях?

– Приходилось, – ведьмочка поёжилась под его немигающим взглядом, в котором читалось брезгливое любопытство, – и всё же изволь проявлять ко мне уважение. Если тебе это не под силу, то я возвращаюсь домой.

 – Моя хорошая, клянусь Небесным отцом, я всегда уважал женщин вашего племени! – спохватился Лесной король.    

– Ты лжёшь, Раэтиэль. Я это чувствую.

– Прошу поверьте, сентау Аталиса! Лично к вам я не питаю ни малейшего презрения, – мягко проговорил Лесной король, а про себя насмешливо добавил: «Как будто мне есть дело до скотского поведения смертных тварей!» Тем не менее он сумел убедить девчонку, что она ошибается, и он хорошо относится ко всем ведьмам на свете и к ней особенно.

Повеселевшая Аталиса спросила, что означает слово «сентау», но Лесной король заявил, что уже не знает от чего он больше устал: от поединка с Улльтором или от её болтовни, но ему кажется, что от последнего.

Он снова обернулся мрачноватым крылатым воином и, подхватив ведьмочку, взмыл в поднебесье. Спустя час они приземлились всё на том же песчаном пляже.

– Ничего не понимаю! – удивилась Аталиса. Несмотря на темноту, она узнала место, которое оставила, привлечённая поединком аса и эльфа.  – Вроде бы я отошла на небольшое расстояние и сразу же наткнулась на ваше сражение. Почему обратно мы добирались так долго? 

– Я же говорил, в Междумирье расстояния непрерывно изменяются, – ответил Лесной король и в его голосе впервые прозвучали усталые нотки. – Давай спать, моя хорошая, – добавил он и, превратившись в мальчишку-эльфа, свернулся клубочком прямо на песке. 

Поежившись от ночной прохлады, ведьмочка присела рядом с ним и тронула его за плечо.

– Раэтиэль!.. Погоди, не засыпай. Я бы сходила за лапником, но одна боюсь. 

– Не нужно никуда идти, – сонно пробормотал эльф и щёлкнул пальцами.

Откуда-то сверху посыпались еловые ветки и Аталиса, как только получила шишкой по голове, тут же закрыла рот и споро взялась за дело. Когда лежак был готов, она плюхнулась на него и с блаженным видом закрыла глаза. «Сказка!.. О боги! Как же я устала».

– Ну-ка, подвинься! Ишь, разлеглась, будто она здесь одна, – проворчал эльф, перебираясь к ней. 

– Вот ещё! Для тебя здесь нет места и вообще, я не собираюсь спать с тобой, – заявила ведьмочка и резким толчком спихнула его на песок. – Вон! 

– Два года ты спала со мной и ничего, а теперь придумала какие-то глупости, – эльф превратился в кота и преспокойно улегся на её груди. – Предупреждаю, спихнёшь ещё раз, сама будешь спать на песке. А знаешь, какие здоровенные мокрицы в нём водятся? Заберутся в ухо и прокрутят дырку величиной с кулак. Ладно, не бойся! Пока ты со мной они к нам не сунутся.

Устрашённая перспективой оказаться в компании злобных мокриц-уховёрток, Аталиса переложила мохнатого изверга себе под бочок, и оба путешественника моментально уснули.

Поутру девчонку разбудило солнышко. Почувствовав его тёплые лучи на своём лице, она открыла глаза и первым делом увидела стайку незнакомых птичек. Нарядные птахи сидели на ветке над её головой и с воробьиным воодушевлением о чём-то звонко сплетничали.   

«Красота! – Аталиса сладко потянулась. – Не хочется вставать, но нужно. К тому же не мешает искупаться, пока есть время».  Приподнявшись на локте, она глянула на заводь у реки, а затем на спящего кота и улыбнулась.  «Кстати! Их кошачьему величеству тоже не мешает умыться, и чем-нибудь посущественней, чем просто лапой».

После посещения кустов расшалившаяся ведьмочка подкралась к коту и, затаив дыхание, взяла его на руки и понесла к реке.

Лесной король до последнего притворялся спящим, а затем, уже у самой воды, резко распрямился и взлетел на дерево, растущее поблизости. От толчка массивного кошачьего тела, Аталиса не удержалась на ногах и плюхнулась в воду. Желая отомстить, она подняла целый фонтан брызг, но предусмотрительный эльф, по-прежнему пребывающий в образе кота, забрался на ветку повыше и, лениво щурясь, уже оттуда наблюдал за радужной игрой света на водной взвеси.

– Ах ты, мохнатый паразит! – Аталиса засмеялась, видя, что ей никак не удаётся его намочить. – Между прочим, зря не хочешь искупаться. Водичка холодная, но в меру. Брр! Бодрит до невозможности!» – сказала она, стуча зубами, и скрутила волосы в жгут, собираясь выходить на берег.  

– Ладно, уговорила!

Лесной король сменил облик и пружинисто оттолкнулся от ветки. Войдя в воду, он поднял такой гигантский фонтан, что ведьмочка, попав под него, едва не захлебнулась. «Да чтоб тебе ни дна, ни покрышки!» – отплёвываясь, воскликнула она, и тут же начала тонуть. Причём тонула она уже не в реке, а в каком-то тёмном омуте, вода в котором была холодна как лёд и совершенно не держала её тело.

Аталиса прекрасно плавала, но сейчас, несмотря на все свои усилия, она продолжала опускаться всё ниже и ниже. Дна всё не было, и она подняла голову. Солнечные лучи уже едва пробивались сквозь толщу воды, и она в панике рванулась вверх.

Кончилось это тем, что ведьмочка по-прежнему продолжала тонуть и ко всему прочему основательно нахлебалась воды, которая оказалась мёртвой не только на вид, но и на вкус. Ко всем прочим страхам рядом с ней пронеслась крупная тёмная тень – сначала раз, затем другой. Вопреки её опасениям, это оказалось не чудовище, а русал – мужской вариант русалки. В общем-то, русалки были им дружественным племенем, вот только помощи именно от этого русала Аталиса не дождалась. Кривя лицо в бессмысленной улыбке, тот немного поплавал вокруг неё, а затем заключил в объятия и потащил на глубину. Кончилось дело тем, что в панике она нахлебалась воды и потеряла сознание. Единственно, что отложилось в памяти ведьмочки – это тёмно-зелёные глаза сумасшедшего русала и его гибкое сильное тело, льнущее к ней с вполне понятными намерениями, и сколько она ни отрывала от себя его ледяные руки, они вновь оказывались у неё на теле.

Очнулась Аталиса уже на берегу. Чтобы привести её в чувство, Лесной король хлопал её по щекам.

– Слава Небесному отцу! Я уж думал, что ты умерла, пока я отбивал тебя у похотливого тритона, – произнес он с облегчением и неожиданно влепил ей полновесную пощечину.

Ведьмочка схватилась за щеку и испуганно глянула на злобно оскалившегося эльфа.

– За что? – пролепетала она.

– Сколько раз тебе говорить, что в Междумирье опасно, а ты как последняя идиотка бросаешься проклятьями! – прошипел он и, вздернув её на ноги, снова залепил пощечину.

– Какие проклятия? Я ничего не говорила! – выкрикнула Аталиса дрожащим от обиды голосом и её глаза заблестели слезами.

– Не реви! – процедил Лесной король. – Что, ещё не поняла? Ведь это сработало твоё пожелание «ни дна, ни покрышки». Как видишь, в Междумирье многого не нужно, чтобы неосторожно произнесённые слова стали проклятием. Причём неизвестно на кого именно оно обернётся.  

К счастью для ведьмочки, гнев эльфа испарился так же быстро, как возник. С прежней беззаботной улыбкой он коснулся её щеки, горящей от его хлёстких пощёчин.

 – Не обижайся, Рыжик, тебе попало за дело. Ты не смотри, что этот мир прекрасен. Чем дальше мы углубляемся в Междумирье, тем менее оно предсказуемо. По сути, это огромная ловушка для тех, кто путешествует по нему. Здесь нет чётких законов как в реальном мире или в мире фейри, поэтому я не могу предостеречь тебя от всех опасностей. Здесь выручает только внутреннее чутье, да и то оно срабатывает не всегда. В общем, впредь веди себя осторожней и слушай, что я тебе говорю. Поняла?

– Поняла! – вздохнула Аталиса. – Прости за невольно вырвавшееся проклятие. Честное слово, это вышло случайно.

– Ладно уж! В конце концов, именно ты оказалась пострадавшей стороной.

– Да уж, редкостное свинство! – донельзя расстроенная Аталиса глянула на себя и ужаснулась. Страстные объятия русала не прошли для неё даром и оставили свой след в виде множества жутких синяков и полос. Она вспомнила, в каком отчаянном положении оказалась и заплакала от запоздалого испуга.

Поддавшись порыву, Лесной король шагнул к ней, и она бросилась ему на шею.  

– Ну-ну, моя хорошая! Успокойся! Ничего ведь не случилось. 

– Тебе легко говорить! Это не ты только что тонул! – взахлёб рыдала Аталиса.

– Забудь! Всё уже в прошлом. Мы оба живы и здоровы. Согласись, это уже не плохо, – пробормотал Лесной король. Помедлив, он обнял дрожащую девчонку и погладил её по мокрым волосам. – Клянусь, больше никто тебя не обидит.

– Правда? А ты не врёшь? Клянешься, что больше никто не будет пытаться меня сожрать или утопить?

Аталиса подняла голову и улыбнулась сквозь слёзы. «И если бы только утопить!» – подумала она со смятением.

– Конечно, моя хорошая. Мы, фейри, никогда не лжем.

Решив, что уже достаточно утешил девчонку, Лесной король отстранился и спросил, хочет ли она есть.

Аталиса энергично закивала и собралась было сказать, что голодна как вурдалак, но он вовремя закрыл ей рот.

– Нечисть тоже старайся не упоминать. Привяжется, потом не отвяжется, – предупредил Лесной король и внутренне помрачнел. «Надеюсь, на этом отпущенная нам мера злоключений исчерпана до дна», – подумал он, но чутьё подсказывало ему, что впереди их ждут новые испытания. Вспомнив о своём обещании, он протянул Аталисе кружку с горячим молоком.

– Пей! Пока ничего другого предложить не могу. Вокруг нас нет существ, питающихся нормальной едой. Нет, моя хорошая, не нужно спрашивать, что едят эти уроды. Услышав их привычное меню, ты тут же расстанешься с выпитым молоком, а у нас не так уж много съестных припасов. 

– Припасы? – удивилась Аталиса. – Не знала, что они есть у нас. А где ты их держишь?

– Они хранятся в арет.

– Арет? – с недоумением переспросила ведьмочка.

– Да, – Лесной король наморщил лоб. – Как бы тебе объяснить? В общем, это такая невидимая пространственно-временная складка, с привязкой к данной неустойчивой реальности...

– Так бы сразу и сказал, что в сумке-невидимке, – перебила его Аталиса и потребовала: – Тогда дай мне хлеба или чего там есть у тебя. Одним молоком сыт не будешь.

– Увы! В запасе только молоко.

– Что? – возмутилась ведьмочка. – Я тебе не кошка, чтобы всю дорогу лакать одно молоко!

– Хочешь, превращу тебя в кошку? Будем на пару ловить мышей, если тебе не устраивает молоко.

– Скупердяй! Ещё одно упоминание о мышатине, и я подарю тебе его обратно, – сказала Аталиса и сделала вид, что её тошнит. – Ой, плохо мне! Давай кружку, я верну молоко обратно.

– Вижу, ты совсем оклемалась, – ухмыльнулся эльф.

– А ты думал, я буду вечность рвать на себе волосы? – фыркнула Аталиса и потянулась за одеждой.

– Подожди, не одевайся! – сказал Лесной король и, когда она замерла, глядя на него непонимающими глазами, пояснил: – Хочу убрать отпечатки лап мерзкого русала, заодно ты согреешься.

– Ну ладно, – согласилась ведьмочка, правда, не слишком охотно.

Ладони Лесного короля почти не касались её обнажённого тела, тем не менее она всё равно чувствовала себя неуютно. Но как он и обещал, багровые следы на её теле побледнели, а кожа начала гореть, будто опаленная сухим жаром, и это окончательно прогнало леденящий холод омута, который пробрал её до самых костей.

– Вроде бы всё, – проговорил эльф, обойдя вокруг. – Одевайся и в путь.

– Дай мне минутку, и я буду готова. 

Привычными движениями Аталиса натянула на себя юбку и кофточку. Возясь со шнуровкой, она не замечала, что Лесной король не сводит с неё глаз.

– Ну что, идём мы, наконец? Солнце уже высоко, а мы ещё с места не сдвинулись, – сердито проговорил он и, не дожидаясь ответа, устремился прочь.

– Постой, Раэтиэль! Ты не видел мой ведовской амулет?

Встревоженная ведьмочка бросилась к месту, где лежала одежда, а затем на всякий случай переворошила лежак. «О боги! Неужели я потеряла его в воде?» – перепугалась она.

– Раэтиэль! Ты действительно не видел амулет? – выкрикнула она с отчаянием.  

– Небесный отец! Какой ещё амулет? Это такой блеклый синий булыжник, что висел у тебя на шее?

– Отдай! – взвизгнула девчонка.

– Не могу! – обернувшись, эльф показал пустые ладони. – Видишь, у меня его нет. Брось, Аталиса, было бы из-за чего расстраиваться! Поверь, это просто жалкая поделка, у которой мало общего с настоящими концентраторами магической энергии. 

«Неужели выбросил?.. Не может быть!» – при одной только мысли о потере амулета у ведьмочки подкосились ноги, и она рухнула на колени. Гнилушка, попавшаяся ей под ноги, рассыпалась, и из трухи выскочили мокрицы. Несмотря на гигантские размеры и мерзкий вид, они не произвели на неё ни малейшего впечатления, хотя парочка лаково отблескивающих коричневых многоножек успела пробежаться по её руке. Случись это при других обстоятельствах, она уже визжала бы от омерзения.

– Раэтиэль! Сейчас же отдай мой амулет!

– А ты сначала догони! – донёсся смеющийся голос эльфа, и ведьмочка бросилась следом за ним.

«Ну, всё! Догоню и убью!» – с ожесточением подумала Аталиса; в душе она опасалась, что эльф действительно выкинул драгоценный камень, который говорил о её принадлежности к ведовскому племени.

***

– Матушка, проснись!

– Матушка, к нам гости!

До сознания наставницы не сразу дошли голоса учениц.

«Раэтиэль, зачем ты это делаешь? Прекрати вмешиваться в мою жизнь!» – мысленно воскликнула она, с большим трудом выплывая из паутины воспоминаний.

«Никогда, Аталиса!» – отголоском далёкого эха до ведьмы донесся издевательский смех Лесного короля. Его настроение вновь переменилось. «Игрушка, ты забываешься! Не смей указывать, что мне делать! Слышишь?! Я делал, и буду делать всё что хочу, – злобно прошипел он и, вновь оказавшись совсем рядом, вкрадчиво добавил: – Моя хорошая, что это мы ходим вокруг да около? Может, пора тебе умереть и этим решить все наши проблемы?»

Горло женщины перехватил спазм, от удушья у неё полезли глаза на лоб. Из тела – на этот раз чужого – по капельке утекала жизнь, но от этого смерть не стала привычней. Воспоминания о ней были ещё слишком свежи, чтобы переживать их заново.

«Не надо, Раэтиэль!.. Умоляю! – выдавила наставница на грани беспамятства и с горечью осознала, что уже не впервые молит жестокосердного эльфа о снисхождении. – Дай мне ещё немного времени! Обещаю, я вернусь!»

«Не медли, любимая! Если ты переполнишь чашу моего терпения, то тебе никто не поможет. Даже Ваэль эн-Огран, несмотря на всё его влияние на моего отца».

Сонное наваждение и удушье отступили одновременно. Наставница резко села и зашлась в сильнейшем приступе кашля. Вскоре тот прошёл, а она по-прежнему хватала ртом прохладный лесной воздух. В этот момент ей казалось, что в мире нет ничего слаще, чем он.

Когда слёзы перестали застилать ей глаза, она увидела около костра молчаливых всадников в воинском облачении. Судя по манере держаться, породистым животным и скромному, но дорогому облачению все восемь человек принадлежали к дворянскому сословию Эдайна.  

 

ГЛАВА 4  

  

Вперед выступил предводитель отряда, с головы до пят закутанный в длинный шелковый плащ – слишком нарядный и непрактичный для долгого путешествия. Не слезая с чёрного породистого коня, нервно приплясывающего на месте, он высокомерно процедил:

– Эй, ведьмы, нам нужна лекарка из вашего проклятого племени. У нас тяжелораненый. Решайте, кто из вас поедет с нами.

Досадуя, что неожиданные визитёры застали её врасплох, наставница поднялась с лежака. Вооружённые мужчины-воины были опасны для молодых необученных ведьм.

Ведьминские круги больше не имели того влияния, что прежде. В королевстве Эдайн исподволь распространялась вера в Единого бога. Причём новая религия встретила горячую поддержку именно у знати, оттого жрицы Всеобщей матери всё больше теряли своё господство над паствой. Но многовековые устои рушатся не сразу, поэтому в обращении к ведьмам дворяне всё же сохраняли внешнее уважение, – ведь народ консервативен и не любит перемен. При случае обидчиков ведьм могли запросто побить палками или забросать камнями, чтобы не забывали о почтении к верованиям предков. И всё же перемены уже давали знать о себе. Они проскальзывали в таких вот мелочах. В приложении к ведьмам всё чаще звучали слова: «проклятое племя» и «распутницы», причём не только из уст проповедников Единого бога, которые как саранча хлынули на земли Эдайна из сопредельных с ним государств.

Встревоженная наставница сделала знак ученицам, чтобы они держались поодаль, а сама шагнула навстречу всадникам. Она подошла к предводителю, и тут сказались последствия недавнего удушья; у неё закружилась голова и он, не давая ей упасть, наклонился и придержал её за локоть. «Сударыня, вам плохо? Я могу вам чем-нибудь помочь?» – спросил он неожиданно учтивым тоном.

Наставница высвободилась из крепкой мужской руки и, отступив, степенно поклонилась. «Спасибо, сударь. Не стоит беспокоиться, со мной всё хорошо».

В ответ на это предводитель надменно выпрямился – видимо, вспомнил, что имеет дело с презренной ведьмой, но всё-таки кивнул, принимая её благодарность.

Наставница бросила на него испытующий взгляд. 

Мужчина был молод – лет тридцати с небольшим; темноволосый и темноглазый, с правильными чертами лица он был хорош собой. Отпечаток властности на лице и уверенность, сквозящая в каждом движении, говорили о том, что он не просто дворянин, а потомок знатного рода, вдобавок привыкший к беспрекословному повиновению.

Чтобы понять, что он представляет собой, как человек, наставница подняла руку и сжала в ладони ведовской камень. Магия и внутреннее чутьё сказали ей, что предводитель всадников много где побывал и много чего повидал на своём веку. В общем-то, об этом было несложно догадаться; нелёгкая судьба оставила отпечаток на его лице в виде преждевременных морщин и горьких складок, залегших у твёрдо очерченного рта. Тем не менее было видно, что трудности его не сломили, а лишь закалили характер. А ещё он был из породы предприимчивых гордецов, которые идут до конца, что бы им ни втемяшилось в голову. Это тоже ясно читалось по его лицу. Но самое главное, он был умён и по-рыцарски честен. Именно эти качества обнадёжили наставницу, и она внутренне расслабилась.

– Правильно я понимаю, что ты у ведьм за старшую? – резко спросил предводитель, которому не понравилось её внимание.

– Вы не ошиблись, сударь, – ответила наставница и оглянулась на учениц. – Если вы немного подождёте, то я соберу всё необходимое для лечения и можно отправляться в путь. 

– Не медли, ведьма! Если раненый умрёт, я спущу с тебя шкуру.

– Не нужно угроз, сударь. Наше служение в том и заключается, что мы спасаем человеческие жизни.

В ровном голосе женщины не было вызова, но она, отвечая ему, неосознанно выпрямилась и опытный взгляд предводителя сразу же подметил её королевскую осанку, да и скрытый гнев не прошёл мимо его внимания. 

– В таком случае ты просто обязана спасти моего слугу. Тебе же будет лучше, – довольно грубо произнёс он, и всё же в его голосе прозвучали невольные уважительные нотки.

Оставив его слова без ответа, наставница направилась к лагерю ведьм, и спустя короткое время вернулась, держа корзинку с лекарствами. Прежде чем отправиться в путь, она обеспокоенно глянула на сбившихся в стайку учениц, которые с любопытством поглядывали то на неё, то на предводителя всадников. 

–  Сударь, вы не подскажете, я должна сопровождать раненого, или мне предстоит оказать ему только первую помощь? – спросила она.

– Ты едешь с нами! – заявил предводитель и, подхватив наставницу, посадил её на своего коня.

– Ваше велич... – воскликнул один из молодых всадников и, осекшись под грозным взглядом, добавил: – Господин, зачем вам самому утруждаться? Давайте я довезу ведьму.

– Родос, когда мне понадобится помощь с женщинами, я обязательно сообщу тебе об этом. Только очень надеюсь, что такое время не наступит никогда, – насмешливо ответил предводитель, под дружный хохот остальных всадников. Он ударил коня по бокам и тот, захрапев, с места сорвался в галоп. 

– Стойте, сударь! Куда вы так понеслись? – запротестовала наставница и, обернувшись, крикнула ученицам: – Девочки, не ждите меня! Сейчас же возвращайтесь в обитель! Поняли?

– Да! Матушка, не беспокойся за нас! – раздался нестройный гул девичьих голосов.

Оставшись одни, ведьмочки тут же разбились на группки и оживлённо зашептались.

– Ой, девочки! Как романтично! Ночь, луна, таинственные всадники и их предводитель такой красивый! – мечтательно сказала одна из учениц, высокая красавица-блондинка. – А вдруг он судьба нашей наставницы? – добавила она, округлив глаза.

К ней тут же подскочила Белочка и стала колотить её кулачками.

– Дура ты, Осинка! Матушке не нужен этот человеческий козёл! – закричала она с отчаянием в голосе. – Она любит только меня... то есть нас, своих учениц.

– Мелкая, ещё раз услышу словечко «дура», то так всыплю, что мало не покажется! – рассердилась белокурая ведьма и, улучив момент, схватила девочку и шлёпнула её по заду. – Это тебе в качестве предупреждения.

Вырвавшись, Белочка спряталась за юбку ясноглазой темноволосой ведьмочки и, кривляясь, состроила обидчице рожицу.

– Дура! – выкрикнула девочка из безопасного убежища. – Наша Осинка дура! Простого заклятия выучить не может, только и горазда, что двуногих козлов привораживать, а потом не знает, как от них избавиться. Кыш, козлики, кыш! Вас жены заждались! А козлики всё «бе» да «бе», любим мы не их, а лишь тобе...

– Ну всё! Моё терпение кончилось!

Осинка бросилась к взвизгнувшей девочке, и они закружилась вокруг темноволосой ведьмочки.

– Девочки, прекратите!.. О боги! Осинка, ну что ты как маленькая? Да, уймитесь вы наконец! – с досадой воскликнула она, тщетно поправляя растрёпанную одежду и причёску.

– Ну, нет! Отойди, Кузнечик! Я как следует надеру ей уши, чтобы не смела больше старших обзывать! – возмущённо выкрикнула Осинка, упорно пытаясь извлечь девочку из-за спины заступницы.

– Дома подеретесь! – сказала темноволосая ведьмочка и подхватила девочку на руки. – Осинка, тронешь её и можешь больше не рассчитывать на мою помощь при сдаче экзаменов, – предупредила она и глянула на остальных ведьмочек. – Девочки, хватит сплетничать! Собираемся и в путь!

– Кузнечик, нас же леший закружит по лесу, – возразила одна из учениц.

– А давайте здесь заночуем, а утром пойдём домой, – предложила другая.

– Нет! Матушка велела нам возвращаться. Значит, мы возвращаемся.

Немного поворчав, что кто-то чересчур много на себя берёт, ведьмочки двинулись следом за Кузнечиком, которая с твёрдым выражением на лице ступила на лесную тропинку, ведущую к ведовской обители.

Боясь пропустить опасность, юная ведьма старательно проверяла окружающее пространство и бедняге лешему, который вздумал пошутить над ними, крупно не повезло. Кузнечик без раздумий запустила в него файерболом и он, лишившись бороды, побежал жаловаться болотным кикиморам.

Тем временем предводитель, немного отъехав, бесцеремонно повернул к себе лицо наставницы.

– Матушка? Вроде бы мне показалось, что ты не настолько стара, – он вгляделся в точёные черты женщины и презрительно фыркнул. – Выглядишь ничего, но действительно уже не первой молодости, а жаль. Говорят, вы ведьмы – горячие штучки, и я надеялся, что по дороге ты согреешь мне постель. Ладно, я ещё об этом подумаю, но, честно говоря, ты не вызываешь у меня желания.

– Уберите руку, пока цела! – прошипела наставница. – Кажется, мы договаривались совсем о другом. Я еду лечить раненого и это всё! 

– Да? А как ты сможешь мне помешать? Хоть ты и ведьма, но всего лишь женщина, – предводитель склонился к её уху и издевательским тоном добавил: – И вообще, будешь много разговаривать, пущу по рукам. На радость моим слугам… – он с сомнением посмотрел на напряжённо выпрямленную спину женщины. – Хотя вам, ведьмам, не привыкать к свальному греху.

– О боги! – развернувшись, наставница бросила на него негодующий взгляд. – К вашему сведению, наши шабаши носят ритуальный характер и посвящены богине любви и плодородия Сьефнейг. Это они дают вашим полям обильный урожай, а живым тварям – обильный приплод. Так что нечего слушать досужие выдумки; вам это тем более не простительно. Теперь относительно вашей угрозы. Только попробуйте, ваше величество, и можете сразу попрощаться с будущими наследниками. Клянусь Сьефнейг! – проговорила наставница жарким шепотом и лицо короля потемнело от гнева.

– Да как ты смеешь? Сожгу на костре! – прорычал он.

– Не поможет. Наши предсмертные проклятья всегда сбываются, – усмехнулась наставница. – Ну что, теперь рискнёте пустить меня по рукам?

Король глянул на тонкую шею женщины, борясь с желанием немедленно её придушить.  

– Зря ты это сказала, ведьма! Отныне ты приобрела могущественного врага.

– Не запугаете, ваше величество! Возможно, это снова заденет ваше самолюбие, но вы лишь один из многих. В моей жизни не счесть могущественных врагов, – с неожиданной печалью отозвалась женщина.

Она встретилась взглядом с королём, но, вопреки его ожиданиям, это был не вызов, а просьба.

– Я так понимаю, дорога не близкий свет?  Тогда я немного посплю, если вы не против. Хочу быть в форме перед лечением.

Радон, так звали короля Эдайна, был страшно зол на ведьму, но счёл её довод разумным и неохотно кивнул. Наставница тут же прислонилась к его груди и, судя по дыханию, почти мгновенно уснула.

Спустя некоторое время с королём поравнялся всадник с лисьим лицом.

– Ваше величество, давайте ведьму. Вы устали, а она доставляет вам дополнительные неудобства.

– Лакмиш, кажется, я уже дал понять, что мне не требуется помощь, – высокомерно ответил король. Заметив выражение искренней тревоги на лице своего ближайшего советника и друга, он смягчился. – Не бойся, дружище, она не причинит мне зла. Это же белая ведьма. Они занимаются только лечением и не вредят людям.

– Не верю я им, ваше величество! Ведовское племя опасно независимо от расцветки. Черная или белая ведьма – это не важно. Любая из них может вас приворожить. Если уже...

– Лакмиш! Думай, что говоришь! – рыкнул король и быстро глянул на приотставшую свиту. – На первый раз я тебя прощаю, но если услышу, что ты распространяешь эти бредни, тебе не сносить головы.

– Простите мою дерзость, ваше величество! Но я всего лишь беспокоюсь о вашем благополучии, – быстро проговорил придворный и, склонив голову, ретировался к остальным сопровождающим короля.

«Рогатый побери! Может, на самом деле передать ведьму кому-нибудь другому? Лакмиш прав. Нехорошо, если пойдут гулять слухи, что она приворожила меня, – хмурясь, подумал Радон и тяжело вздохнул. – Вот они издержки высокого титула. Каждый шаг приходится соизмерять с мнением других. Ну ничего! Скоро наступит время, когда больше никто не посмеет ставить под сомнение мои поступки». 

Королю действительно приходилось нелегко. Он совсем недавно взошёл на престол, и после периода длительной смуты его власть в королевстве ещё не совсем устоялась. Правда, правил молодой монарх железной рукой и желающих перечить ему с каждым днём становилось всё меньше. Тем не менее он был осторожным и умным политиком и скрупулёзно просчитывал каждый свой шаг. Но сейчас его вдруг обуяло бесшабашное настроение и захотелось плюнуть на условности.

«Небесный отец! Неужели я не могу проехаться с ведьмой на одном коне, чтобы не опасаться последствий такой мелочи?» – возмутился Радон и тут его конь оступился. Наставница пошатнулась и он, боясь, что она упадёт, прижал её к себе. В ответ на это она повернулась к нему и обняла его за талию. Король замер. «Чёртова ведьма! Действительно не заметишь, как она тебя окрутит», – растерянно подумал он. Всё-таки Радон был слишком молод и не искушён в общении с женщинами; борьба за власть не оставила ему времени на фривольные развлечения.

Только король взял себя в руки, как спящая ведьма прильнула к нему и, как кошка, потёрлась о его грудь. Когда её тёплое дыхание коснулось обнажённой кожи в вырезе кожаного жилета, он не выдержал и уткнулся носом в её макушку. Волосы женщины чудесно пахли летними травами, и на него мгновенно накатил прилив желания. Король болезненно поморщился и еле сдержал стон. «Вот чертовка! Пожалуй, костёр для неё будет слишком слабым наказанием за такое издевательство! Может, сделать привал и?.. – мелькнула у него мысль, но он тут же одумался. – Ну нет! К рогатому подлую ведьму! За мимолётное удовольствие, я не согласен платить будущим наследником!»

Тем временем, не ведая о мучениях короля Эдайна, Аталиса провалилась в омут сна и снова оказалась в компании Лесного короля в их путешествии по Междумирью. 

Отзывы о произведении

Чтобы оставить отзыв и оценить произведение, необходимо зарегистрироваться.

Отзывов пока нет