МИР НАДЕЖДЫ

  • МИР НАДЕЖДЫ | Анатолий Половинкин

    Анатолий Половинкин МИР НАДЕЖДЫ

    Приобрести произведение напрямую у автора на Цифровой Витрине. Скачать бесплатно.

Электронная книга
  Аннотация     
 274
Добавить в Избранное


Жорка Савельев, прикованный к инвалидному креслу и медленно спивающийся, по совету друга отправляется в виртуальную реальность, чтобы принять новый облик и создать собственный идеальный мир. Но всё оказывается совсем не тем, чем кажется, и постепенно Жорка приходит к выводу, что люди в "Мире надежды" – всего лишь марионетки, а сама виртуальность – ловушка для разума.

Вы приобретаете произведение напрямую у автора. Без наценок и комиссий магазина. Подробнее...
Инквизитор. Башмаки на флагах
150 ₽
Эн Ки. Инкубатор душ.
98 ₽
Новый вирус
490 ₽
Экзорцизм. Тактика боя.
89 ₽

Какие эмоции у вас вызвало это произведение?


Улыбка
0
Огорчение
0
Палец вверх
0
Палец вниз
0
Аплодирую
0
Рука лицо
0



Читать бесплатно «МИР НАДЕЖДЫ» ознакомительный фрагмент книги


МИР НАДЕЖДЫ


АНАТОЛИЙ ПОЛОВИНКИН

 

 

МИР НАДЕЖДЫ

 

ФАНТАСТИЧЕСКИЙ РОМАН

 

 

1

 

- Если вам надоели унылые серые будни, если вы устали от однообразных безрадостных дней, и вам кажется, что все земные радости обошли вас стороной, что ваша жизнь кончена, а впереди только медленное увядание и пустота, то вам самое время посетить «Мир надежды». Это единственное место, способное вернуть в ваши сердца радость и жизнелюбие. Здесь вы сможете получить то, о чем когда-либо мечтали и даже не смели мечтать. «Мир надежды» позволит вам реализовать все ваши несбывшиеся желания. Здесь вы сами себе хозяева, и вольны жить так, как считаете нужным, быть теми, кем хотите быть. В «Мире надежды» нет разочарования и несвободы, поскольку в нем вы сами хозяева своей судьбы. Не упускайте своего шанса, не лишайте себя радостей, которых вас лишила безжалостная, а порой, просто откровенно жестокая жизнь. Не видите смысла в своем существовании? «Мир надежды» даст вам этот смысл. Хотите вернуть то, что судьба и обстоятельства отняли у вас? «Мир надежды» позволит вам это сделать. Не откладывайте, приходите. Здесь нет избранных, здесь нет элиты, тут каждому доступно все то, что имеют другие. Здесь рады каждому, и не будет отвергнут никто. Старые и молодые, здоровые и увечные – в «Мире надежды» все равны. Это единственное место на всем белом свете, где каждый может получить то, чего только ни пожелает. «Мир надежды» ждет вас.

   Жорка Савельев лихорадочным раздраженным движением схватил с колен пульт дистанционного управления и нажал кнопку выключения. В комнате повисла тишина. Жорка откинулся на спинку инвалидного кресла, в котором сидел, и устремил взгляд куда-то в потолок.

   Боже, как же он устал от этой рекламы. По всем каналам одно и то же, двадцать четыре часа в сутки. Во всех фильмах, во всех передачах. Радио, газеты, интернет, все буквально нашпиговано этой рекламой.

   А началось все это чуть более года тому назад, когда какие-то умники закинули в интернет демонстрационную версию этого самого «Мира надежды». Жорка до сих пор не знал толком, что именно это такое. Видимо, что-то типа виртуального мира, виртуальной реальности, с очень высокой степенью интерактивности. Он не разбирался в таких вещах, но испытывал стойкую аллергию ко всему виртуальному, поскольку считал такие вещи фальшивыми и суррогатом. Жалкой подменой, которой все эти компьютерные гении пытаются подменить реальность.

   Жорка никогда не посещал «Мир надежды», и не собирался этого делать. Из принципа. Он снимает стресс? Чушь. Ничто фальшивое не способно его снять. Возвращает потерянные радости жизни, воплощает все мечты? Такой же бред. Ничто виртуальное не способно заменить собой реальное. От реальности невозможно никуда уйти. Она, реальность, всегда будет вокруг тебя, висеть над твоей головой, как дамоклов меч.

   Да, реальность не подарок. Реальность, порой, ужасна. Да что там говорить, она почти всегда ужасна. Бывают, конечно, минуты, а иной раз, и вовсе мгновения, позволяющие почувствовать себя счастливым. Но это действительно именно мгновения. Они быстротечны, но за ними неизбежно следует суровая расплата. За любые, даже самые мелкие радости необходимо платить. А цена, зачастую, бывает слишком высока. Не каждый в состоянии ее заплатить. Взять хотя бы его, Жорку Савельева. Он навсегда прикован к инвалидному креслу. У него нет ни единого шанса когда-нибудь подняться с него. Медицина? Ха. Она сейчас такая, какой была и десять, и пятьдесят, и сто лет тому назад. Никакая. Вердикт всегда один для всех больных: «неизлечимо». И с этим приходится смиряться, с этим приходится жить, поскольку все равно нельзя никуда деться. Он никогда уже больше не встанет на ноги, никогда не сможет пробежаться, и даже не сможет просто почувствовать своих ног. Они мертвые, словно деревянные. Это была плата за земные радости, за мечты, и за эту самую надежду, которую так усердно рекламируют повсюду.

   Но так было не всегда. Еще всего лишь около двух лет назад у него были и ноги, и семья, и эта самая надежда. Он работал таксистом – место не слишком престижное, но все же приносящее стабильный доход, достаточный для того, чтобы не беспокоиться о том, что есть, и что пить. Естественно, он не планировал всю свою жизнь заниматься извозом. Как и все люди, он мечтал о более чистой и более высокооплачиваемой должности. Мечтал, и даже верил в то, что эта мечта когда-нибудь непременно сбудется.

   Но случилось иначе. Автомобильная авария, лихач, вылетевший на встречную полосу, из-за которого Жорке пришлось резко свернуть в сторону и встретиться со столбом. И все, на этом для Савельева все закончилось. Страшный удар, приведший к тяжелому перелому позвоночника. И вот, словно карающий приговор безжалостного судьи, безапелляционный диагноз врачей: паралич нижних конечностей до конца дней.

   С тех пор вместо престижной и высокооплачиваемой работы пожизненная инвалидность и мизерное пособие, на которое не то, что семью содержать, нельзя было даже себя самого прокормить. Таким образом, вместо кормильца он сам превратился в иждивенца, и уже сама только мысль об этом была невыносима для Жорки. Ну и, естественно, какая же жена захочет жить с мужем-инвалидом. И жена Савельева в этом вопросе не была исключением. Такое испытание оказалось для нее непосильным. В один прекрасный день она забрала с собой их дочь и ушла, сказав, что она выходила замуж не для того, чтобы сидеть с больным мужем.  

   И Жорка ее понимал. Софья была привлекательная, и даже красивая женщина, на пять лет его моложе. Зачем ей губить жизнь с мужем, который уже никогда не станет полноценным членом общества, и не сможет зарабатывать на жизнь.

   С того дня для Савельева началась новая эра. Ему приходилось привыкать к жизни инвалида, навсегда прикованного к креслу-каталке. Да, инвалиды не нужны никому, что бы там не говорили о любви, не знающей границ, о верности и прочей чуши. Все эти возвышенные и красивые слова не больше, чем лицемерие. И в этом Жорке пришлось убедиться собственнолично. Вся жизнь, все мечты и надежды разбились в одно мгновение.

   И это было невыносимо. Жорка не находил себе места. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед его мысленным взором проходило все то, чего он лишился. А думы о будущем и вовсе приводили в отчаяние. У него просто не было будущего.

   Жорка, Жорка. Ему было уже сорок два года, но для всех знакомых он всегда был Жоркой. Словно пятнадцатилетний пацан. Впрочем, ему это даже нравилось. Такое обращение даже как-то молодило. Да только настали для него тяжелые времена. Он прошел через предательство, и понял, что человек нужен другим только тогда, когда от него есть какая-то польза.

   От Жорки Савельева никому никакой пользы теперь не было. И сам он не был больше нужен никому.

   Что оставалось в таком положении Жорке? Разумеется, только то, что и всем другим, с кем жизнь обошлась со всей суровостью. Савельев стал топить свое горе в водке. Это мало помогало, но все же позволяло забыться хоть на короткое время.

   Истерия вокруг «Мира надежды» захлестнула планету. Разработчики обещали людям то, что в реальной жизни просто не могло существовать. В течение одного только года число посетителей «Мира надежды» превысило миллиард человек по всему земному шару. Повсюду только и были разговоры об этом «Мире». Но у Жорки они вызывали только раздражение. Его жизнь была разбита и катилась под гору, и он ничего не мог изменить для самого себя. Но и виртуальный суррогат ему не был нужен. Такие штуки хороши только для таких, как Герка Спиваков, которого с натяжкой можно было назвать Жоркиным другом. Если, конечно, у него вообще могли быть друзья. Да и какой ему самому от них прок?

   Герка был то ли программистом, то ли хакером, кто их там разберет. Савельев не знал даже, существует ли между этими двумя понятиями какая-либо разница. Он совершенно не шарил в компьютерах, хотя у него самого он имелся. У кого же в этот компьютерный век его может не быть? Но Герка стал настоящим фанатом этого «Мира надежды». Он буквально жил им, точнее, жил в нем. И Жорка всерьез опасался, что в один прекрасный день тот перестанет различать грань между реальным и виртуальным. Впрочем, самого Германа эта перспектива отнюдь не пугала. Этот психоз вокруг «Мира надежды» (а Савельев называл это именно психозом) глубоко завладел его приятелем. И в этом Герман был далеко не одинок. Подобная одержимость, в глазах Жорки, была сродни с наркотической зависимостью. Каждый, кто побывал в этой виртуальности, уже не мог прожить и дня без того, чтобы вновь не посетить «Мир».  А, да что там говорить, все хотят уйти от реальности, только делают это каждый своим собственным способом.

   Жорка устремил тоскующий взгляд в сторону кухни, где в буфете стояла початая бутылка водки. Боже, как же он нуждался в этом простом, но эффективном лекарстве. Водка, конечно же, тоже является дурманом, но этот дурман был естественным, а не виртуальным. Им люди пользуются на протяжении многих веков. И никогда не перестанут пользоваться. Водка, она, по крайней мере, заполняет внутреннюю пустоту, вакуум, который есть в каждом человеке. А эта виртуальность, этот «Мир надежды» существует всего лишь один год. И является противоестественным для человеческой природы.

   Коротким энергичным движением Савельев развернул свое кресло, и покатил его в кухню. Открыл дверцу буфета. Вот он, лучший друг человека. Жорка  голодным взглядом посмотрел на бутылку водки, и тут же поймал себя на мысли; а не алкоголик ли он? Не превратился ли он в него за последнее время, с той поры, когда жизнь потеряла для него всякий смысл? Впрочем, это уже не имело никакого значения. Он так и так обречен на одиночество, до конца своей жизни будет прикован к инвалидному креслу. Что ему терять?

   Вынув и буфета бутылку, он отвернул крышку. Налил в стакан, который всегда стоял на столе. Горькая жидкость прошла по пищеводу, обжигая внутренности. Не сказать, чтобы сам процесс был приятным, но зато голове и телу после этого становилось лучше. Легкий хмель отгонял на время неприятные мысли или, по крайней мере, не давал им быть такими непереносимыми и подавляющими.

   Тишина в доме тоже действовала на нервы, давила непереносимым грузом, но включать телевизор, чтобы хоть как-то ее заглушить, не хотелось. При мысли о том, что он снова услышит уже ставшую ему ненавистной рекламу, становилось тошно. Это было ничем не лучше, чем предаваться мрачным мыслям о своем положении.

   Поставив бутылку на стол, Жорка подкатил к окну. Колеса кресла-каталки противно скрипели, катясь по гладкому линолеуму. Пейзаж за окном не прибавил радости на душе. Стоял конец октября, а земля уже была покрыта снегом. Обычно такое бывает только в ноябре. Совсем природа испортилась, подумал Савельев, если уже в октябре наступает противная ноябрьская погода. Серое мрачное небо простиралось до самого горизонта. Даже будь у него ноги, Жорка не захотел бы выходить из дома без крайней нужды. Он смотрел на улицу с высоты своего шестого этажа, и на душе у него становилось все гаже и гаже. Депрессия с неодолимой силой охватила Савельева. Снова захотелось приложиться к бутылке, чтобы ничего этого не видеть. Впрочем, он знал, что депрессию это не излечит. Депрессия стала его естественным состоянием, в котором он пребывал все то время, как его оставила жена.

   Что творится в мире, если даже погода стала ненормальной, холодной, промерзлой и серой. Куда катится род человеческий?

   Жизнь такая, каково внутреннее состояние человека? Может, оно, конечно, и так, только ничего с этим Жорка поделать не мог. Все обстоятельства были против него, и он понимал, что никакая сила воли не поднимет его с кресла, к которому он по воле судьбы прикован до конца своей жизни.

 

2

 

   Звонок во входную дверь прервал мрачные мысли Жорки. Кто бы это мог быть? Ведь нежелательные гости могут оказаться еще хуже, чем пребывание в депрессии. Много хуже. Впрочем, он догадывался, кто это может быть. На свете оставался лишь один человек, который время от времени посещал Савельева, прерывал его одиночество и пребывание в чувстве безысходности.

   Подкатив кресло к двери и, даже не заглядывая в глазок, Жорка открыл замок. Ну, конечно же, это он, Герка Спиваков. Стоит довольный, безмятежно улыбается, словно пришел на вечеринку к своему закадычному другу, где его ждет веселое времяпровождение.

   - Привет, Жора.

   - Привет. – По тону Савельева невозможно было определить, рад ли он столь дорогому гостю или же нет. – Входи.

   Он отъехал в сторону, пропуская Германа в квартиру.

   - Однако погодка сегодня, прямо как конец ноября, - как ни в чем не бывало, говорил тот. – Календарь что ли на месяц сдвинулся или как.

   Он поежился от холода, несмотря на то, что был одет в толстую куртку на меху.

   - Чем занимаешься-то?

   Жорка не ответил, лишь невольно нахмурился. А чем, по мнению Германа, он может заниматься?

   Герман Спиваков прошел в комнату, и огляделся по сторонам. Все как всегда. Вещи разбросаны в беспорядке, запустенье, одним словом, холостяцкая квартира, давно не знавшая женской руки. А инвалиду, прикованному к креслу-каталке, явно не до того, чтобы наводить здесь порядок. Тем более что в таком состоянии не больно-то развернешься. Впрочем, Герман знал и про депрессивное состояние своего друга, из которого он уже давно и тщетно пытается его вывести, и про то, что тот топит свое горе в алкоголе, так же тщетно и безуспешно. Он знал, что чувствует Жорка. А, может, всего лишь только думал, что знает. Его-то ведь не бросала жена, и он не паралитик.

   Взгляд Германа остановился на полупустой бутылке водке, стоявшей на столе, рядом со стаканом. Он болезненно поморщился.

   - О, нет, ты по-прежнему пытаешься залить горе водкой.

   Спиваков обернулся, и посмотрел на Жорку.

   - Это же проблемы не решает.

   Он встретился с враждебным взглядом Савельева.

   - А что решит мою проблему? – с вызовом спросил тот. – И вообще, надоели мне твои нотации. У тебя своя жизнь, а у меня своя.

   - Да нет у тебя никакой жизни. Вот это, - Герман указал на бутылку. – Это не жизнь. Это ее отсутствие.

   - Это уж каждому свое, тут ничего не попишешь.

   Жорка проехал мимо Спивакова, как бы игнорируя его. Наставительный тон приятеля лишь раздражал его.

   - Слушай, ну так же нельзя, - не хотел оставлять тему Герман. – Да мне на тебя даже смотреть больно.

   - Тогда не смотри.

   - Нельзя себя так изводить. Надо чем-то отвлечься, ну, я не знаю. Но постоянно жить с такими мыслями в голове. Это же с ума сойти можно.

   - Как я уже и сказал, каждому свое, - не оборачиваясь, ответил Жорка. – И вообще, ты сюда за этим, что ли, пришел? Чтобы на нервы мне лишний раз подействовать?

   - Ну, зачем же ты так. Я просто хочу помочь тебе. Помочь вырваться из твоего состояния.

   - И ты, конечно, знаешь, хорошее средство для этого. Например, «Мир надежды». Не так ли?

   - Да, хотя бы «Мир надежды».

   - Ну вот, что я и говорил. У вас, виртуалов, на этом уже все мозги повернуты, не так ли? Ведь так вас называют? Вы как наркоманы, без компьютера уже и жить не можете.

   - Как наркоманы?! – воскликнул Герман. – Это мы-то? Сам в пьянстве прозябает, и еще называет нас наркоманами.

   - А в чем разница-то? И то и другое, коли на то пошло, дурман. А здесь уж, каждый выбирает то, что ему больше по душе. Алкоголь ли или же виртуальную реальность. Результат тот же.

   - Да нет, - возразил Герман. – В том-то и дело, что между этими двумя вещами нет ничего общего.

   - Разве? Зависимость от алкоголя или же от компьютера – все равно зависимость. И похмелье примерно такое же.

   - Э, нет, - покачал головой Герман. – Алкоголь люди пьют, для того, чтобы забыться. Чтобы ничего не видеть, и не слышать вокруг. Ничего не чувствовать. Одним словом, чтобы не жить. А в «Мире надежды» напротив, там ты живешь полноценной жизнью. Все видишь, все слышишь, все ощущаешь. И там ты выбираешь себе такую жизнь, какая тебя устраивает, полностью удовлетворяет. Ты живешь, твое сознание, твой разум чист. Мозг работает. И ты ощущаешь себя полноценным человеком, получаешь то, чего был лишен в реальной жизни.

   - Да что за чушь? – снова разозлился Жорка. – Чего можно получить в виртуальности? Там же все не настоящее, все нарисованное, картинка. Как там можно жить?

   - Скажи, ты хотя бы имеешь представление, что такое виртуальная реальность? - спросил Герман, прищурившись, глядя на Савельева.

   - А что тут себе представлять. Надел шлем виртуальной реальности, и оказался в нарисованной стране. Там можно бегать, стрелять, махать кулаками, сокрушая всевозможных монстров. Вот только беда в том, что для того, чтобы бегать там, нужно иметь ноги здесь. Иначе не сдвинешься с места. И махать кулаками у себя перед лицом, воображая, что бьешь по нарисованным рожам. А я, как ты сам можешь убедиться, не в состоянии даже подняться со своего кресла.  

   Герман рассмеялся.

   - То, что ты описал, является обычными 3-D очками. Какими до сих пор еще некоторые пользуются для того, чтобы играть в компьютерные игры.

   - Ну, а разве это не то же самое?

   Герман сделал паузу.

   - Да нет, «Мир надежды» - это нечто совершенно иное. Ты не просто все видишь, и все слышишь. – Он  заговорил тихим и вкрадчивым голосом. – Ты все чувствуешь. Запахи, тепло, холод. До всего можно дотронуться, все ощутить. Там полное восприятие, настолько правдоподобное, что оно ничем не отличается  от реального. Все как настоящее. В «Мире надежды» человек может воплотиться в кого угодно, создать себе любое тело по своему вкусу и желанию, стать суперменом, летать по воздуху. Можно все попробовать, все ощутить.

   Жорка кивнул головой.

   - А ясно, - понимающе сказал он. – Виртуальный секс и прочие извращения.

   - Да при чем здесь виртуальный секс, - отмахнулся Герман. – Это, как говорится, на любителя. Там можно воплотить все свои мечты, все свои желания, фантазии. Перед тобою будет огромный выбор миров, различных воплощений. Ты даже не представляешь себе, какое это необычное чувство, невероятное ощущение. В реальной нашей убогой жизни нельзя испытать ничего подобного. У тебя снова будут ноги, ты сможешь ходить, бегать. Если захочешь, сможешь даже стать чемпионом по бегу. Там неограниченный выбор возможностей.

   По лицу Жорки пробежала судорога – Герман затронул его больное место.

   - У тебя, я вижу, большой опыт, - съязвил он. – Ты, наверное, перепробовал много чего.

   - Да, - воскликнул Спиваков. – Да. И именно поэтому я предлагаю тебе самому попробовать. Это вернет тебе желание жить. Даст тебе внутренние силы. У тебя появится хоть какой-то стимул. Водка же, напротив, убивает любой стимул, она убивает само желание жить. И в этом главное отличие между алкоголем и «Миром надежды».

   Теперь на лице Жорки появилось сомнение. Казалось, он раздумывает.

   - Все равно, я не представляю себе, что это такое, и как это может выглядеть, - признался Савельев.

   - То-то и оно, что не представляешь, - подхватил Герман. – Поэтому так и говоришь. Ни один человек, пока он не побывает там, не в состоянии себе даже вообразить,  что он может получить, оказавшись в «Мире надежды».  

   - Но ведь и эта виртуальность людей до депрессии доводит. Побывавшие там уже не могут обходиться без нее. Я слышал, что уже было множество самоубийств среди тех, кто подсел на «Мир надежды».

   - Самоубийства нередки и среди миллиардеров, среди звезд и прочих пресыщенных людей, - возразил Герман. – Это совершенно ничего не значит.

   Жорка понимал, что в аргументах Германа есть зерно правды. Но он не хотел отступать. Виртуальность пугала его.

   - Больше миллиарда человек только за один год стали постоянными посетителями «Мира надежды». Это очень большая цифра. И для многих из них тяжелая и даже беспросветная жизнь стала намного легче и терпимее. Им стало легче жить, появилась цель, ради которой стоит терпеть все земные лишения. Они получают, так сказать, компенсацию за все свои повседневные страдания и унижения. «Мир надежды» не просто снимает стресс, он дает людям возможность стать теми, кем они хотели бы стать. Но жизнь, с ее узкими рамками и жесткими ограничениями, не позволила им это сделать.

   Герман сделал паузу.

   - Я не знаю, как это все объяснить. Я пытаюсь рассказать тебе, что представляет собой «Мир надежды», но это все равно, что слепому от рождения пытаться объяснить, что такое радуга. Это надо увидеть и испытать самому. Надо прозреть.

   Савельев молчал, но теперь он явно размышлял.

   - Я понимаю, что для тебя это может выглядеть так, словно я наркоман, пытающийся уговорить тебя тоже подсесть на иглу. Поэтому и рассказываю тебе сказочки о том, как много чувственного удовольствия может дать тебе этот наркотик. Но, как я уже и сказал, от наркотиков и алкоголя ты не живешь, а в виртуальности напротив, оживаешь. И это непередаваемое ощущение.

   Жорка покачал головой.

   - Ты уже целый год пытаешься затащить меня в виртуальность. Ты ведь был в первых рядах среди тех, кто присоединился к «Миру». Так сказать, был первопроходцем.

   - Конечно. Вот именно. Ведь компьютер моя стихия. Можно сказать, мой дом. Я живу в нем.

   - Сочувствую я твоей Аньке, - насмешливо произнес Жорка. – Как же ты с ней живешь? Или ты ее тоже сделал виртуалкой? Смотри, найдет себе кого-нибудь другого.

   Но Герман отмахнулся.

   - Я не  хочу, чтобы ты закончил свою жизнь, окончательно спившись. Мне больно это видеть, и осознавать, что ты упускаешь свою возможность снова почувствовать себя полноценным человеком, отвергая единственный способ, дающий надежду миллионам людей, находящихся в твоем положении. Ты просто попробуй.

   Жорка вздохнул, на мгновение прикрыв глаза. Теперь на его лице не было прежней категоричности.

   - Ну а что это вообще такое? Программа или что? Ну, одел шлем, подключил его к компьютеру, а дальше что?

   - Для начала устанавливаешь на своем компьютере диск с программой, - разъяснил Герман. – Точнее, с программой, при помощи которой ты входишь на сервер «Мира надежды». Через обычный интернет.

   - И что дальше?

   - А дальше входишь в сеть и подключаешься к «Миру надежды». Проще простого. 

   Жорка поразмыслил.

   - Шлем, вроде бы стоит пять тысяч рублей, - произнес он.

   Герман кивнул.

   - Поверь мне, это совсем недорого. Даже невероятно дешево, учитывая сложность технологии. А если еще сравнить с тем, что получаешь взамен…

   - Я слышал, что диск с этой программой стоит тысячу, а ежемесячная абонентская плата за пользование сервером двадцать долларов. Если там все так круто, как ты рассказываешь, почему такая дешевизна?

   - Чисто в коммерческих целях, - отозвался Герман. – Зачем продавать диск по высокой цене? Чтобы его никто не покупал? Гораздо проще сделать цену на него вообще символической. Я слышал, что компания закрывает глаза даже на пиратские копии. Чтобы завлечь как можно больше народа. Позволить людям бесплатно вкусить все прелести «Мира надежды», дать возможность испытать на себе, что может дать эта виртуальность тем, кто пришел в него. И тогда люди сами понесут свои деньги, чтобы вновь оказаться в этом волшебном мире. И такая дешевая абонентская плата временна, дальше компания наверняка увеличит ее. Но я уверен, что это уже никого не остановит. Процесс запущен и скоро в «Мир надежды» уйдет почти все человечество. Ведь с этим не сравнится никакое телевидение, никакие компьютерные игры. Ничего подобного у людей никогда не было, хотя именно об этом люди мечтали всю свою историю, именно подобное себе представляли, когда рисовали в своем воображении различные виды рая. А чтобы побывать там, люди не пожалеют никаких денег.

   - Я же говорю, как наркоманы, - разочарованно отозвался Жорка. – Еще одна страсть, еще одна зависимость. Такой же суррогат, как и все остальное. И ты, значит, хочешь, чтобы я точно так же подсел на эту иглу?

   - Я хочу, чтобы в тебе снова возникло желание жить. Чтобы к тебе возвратились силы, чтобы ты воспрянул морально и духовно.

   - И эта штука поможет мне это сделать?

   - Да, в этом я уверен. А насчет страсти… Разве привязанность одного человека к другому – не страсть? Разве обычное телевидение – не страсть? Да вся человеческая жизнь одна сплошная страсть. Разница только в том, что от одних страстей хочется умереть, а от других жить. И именно к последнему принадлежит «Мир надежды». Поверь, название очень соответствует содержанию.

   Когда Герман Спиваков ушел, а Жорка закрыл за ним входную дверь, то сразу же вновь почувствовал на душе какое-то опустошение. Он не знал, было ли оно вызвано речами Германа или же его уходом. Но вместе с опустошением в нем вновь возникло желание выпить. Чтобы именно забыться, ничего не видеть и ничего не слышать. Депрессивное состояние, которое можно заглушить только водкой. По крайней мере, так думал Жорка.

   Он подкатил кресло к зеркалу и посмотрел на свое отражение. А из зеркала на него смотрел уставший и измученный мужчина сорока двух лет, обрюзгший и располневший. А ведь когда-то он был весьма привлекателен для представительниц женского пола. Но это время, увы, уже давно прошло, как и сама привлекательность. Голова почти совершенно лысая, лишь на висках и на затылке еще сохранились волосы, да и те были с проседью. А ведь сорок два года еще не старость. Рановато для того, чтобы стать седым. Лицо все какое-то отекшее, явно намечается второй подбородок. Под глазами мешки, как от частой бессонницы, так и от регулярного пьянства. Хотя, нет, какое там пьянство. Ну так, выпивает, время от времени. Ну, хорошо, частенько, что там греха таить. А как еще выдержать такую жизнь? Во что превратилось его тело. А ведь он когда-то занимался боевыми искусствами, и обладал довольно неплохими бойцовскими качествами. Но все это опять было в прошлом.

   В прошлом, в прошлом. Вся его жизнь теперь в прошлом. И как от этого не спиться?

   Не в силах больше смотреть на свое собственное отражение, Жорка оттолкнулся и подъехал к столу. В бутылке вроде бы еще оставалось немного водки. Налил в стакан. Горько, противно, но лучше туман в голове, чем эти неотвязные мысли о прошлом, о том, чего он лишился раз и навсегда. А уж о будущем так и вовсе невозможно думать без страха.

   Вновь начинала давить тишина. Чтобы хоть как-то заглушить ее, Савельев включил телевизор. Все-таки двести пятьдесят каналов. Ну, неужели же он не найдет среди них ничего интересного для себя. После минутных поисков он, кажется, нашел подходящий фильм. Но едва он только успел расслабиться и погрузиться в просмотр, как фильм снова прервался рекламой.

   - Вас обуревает жажда приключений, вы хотите посетить самые экзотические места нашей планеты, но не имеете для этого возможности? «Мир надежды» предоставит вам ее, он позволит вам совершить путешествие в любую точку земного шара и даже за пределами его. Вы хотите посетить иные миры, побывать на других планетах и даже в других звездных системах? Пожалуйста, все это вам даст «Мир надежды». А может, вы хотите понять, что чувствуют представители противоположного пола? И это может вам предоставить «Мир надежды». Любые чувственные, плотские и духовные наслаждения, все, что вы только в состоянии пожелать. Может быть, вы гурман, жаждущий отведать самых изысканных блюд и элитных вин, но у вас не имеется для этого ни средств, ни возможностей? Не беда, все это вам теперь доступно благодаря «Миру надежды».

 

3

 

   Покрутив в руках шлем виртуальной реальности, Жорка Савельев принялся его внимательно рассматривать. С одной стороны, в шлеме не было ничего необычного или фантастического. Прежде всего, это был именно шлем, с 3-D очками и с какой-то металлической сеткой, которая должна была прикрывать шею до самого позвоночника. Жорка заглянул внутрь шлема, и увидел, что изнутри он имел какую-то невероятно сложную конструкцию, предназначение которой было для него непонятным. Вся конструкция выглядела изящно, но была очень легкой. Она не должна была создавать особого дискомфорта при ее ношении.

   - И что же с этим делать? – спросил Савельев.

   - Просто надеваешь шлем на голову, и прижимаешь сеть как можно плотнее к шейным позвоночникам, - ответил Герман, наблюдавший за своим приятелем.

   - А это что за штыри? – Жорка указал на выступы на сетке.

   - Эти штыри, как ты выразился, есть не что иное, как контакты нейросети, предназначение которой давать возможность пользователю полностью погрузиться в виртуальный мир и воспринимать его как настоящий, со всеми исходящими из этого функциями.

   - Нейросеть? – повторил Савельев. – Выходит, эта штука воздействует на нервную систему человека?

   - Так я тебе об этом и талдычу уже столько времени. Пытаюсь втолковать. Как же иначе может происходить восприятие виртуального мира?

   Жорка теперь с сомнением, и даже с какой-то опаской снова повертел в руках шлем.

   - А разве такой конструкции достаточно? – спросил он.

   - Почему же нет? Правда, одно время ходили слухи, что в продажу готовятся запустить специальный костюм для более острого восприятия, но потом очевидно передумали, посчитав, что и шлема вполне достаточно.

   - Понятно, - кивнул головой Савельев. – Но с чего надо начинать, просто одеть шлем и все?

   - Сперва надо установить программу на твой компьютер.

   Герман достал из пакета, в котором он принес шлем, диск.

   - Сейчас я все устрою.

   Он извлек из коробки диск и вставил его в дисковод Жоркиного компьютера. Началась установка.

   - Сколько на это уйдет времени?

   - Установка обычно занимает около получаса.

   - Как компьютерная игра, даже быстрее?

   - Ну да, многие современные игры отнимают несколько часов времени. Но игры занимают слишком много места на жестком диске, а «Мир надежды» содержит только установочный файл, необходимый для того, чтобы войти на сервер компании. Или ты думаешь, что «Мир надежды» можно уместить на какой-нибудь BLU-RAY или еще какой носитель? Для этого никакого винчестера не хватит.

   Герман извлек из пакета еще один шлем.

   - Ого, где ты набрал столько шлемов?

   - Один мой, а второй Анькин, - последовал равнодушный ответ.

   - Она что, добровольно пожертвовала своим шлемом?

   - Она одолжила мне его на время. Вернее, не мне, а тебе.

   - Ты будешь входить вместе со мною?

   - А как же, должен же быть кто-то проводником в твоем первом путешествии.

   Герман положил свой шлем на стол, рядом с компьютером и, развалившись в кресле, принялся ждать, когда закончится установка.

   Жорка взял коробку из-под диска и стал внимательно ее рассматривать. На красивой голографической обложке, переливающейся всеми цветами радуги, была большая трехмерная надпись «Мир надежды». Под ней был изображен пейзаж какого-то фантастического и невероятно изумительного мира, какой только способен возникнуть в богатом на воображение мозге. На обратной стороне коробке, на фоне не менее невероятных по красоте видов, шла надпись:

   «Добро пожаловать в «Мир надежды», в мир, который никого не оставит равнодушным, и где каждый найдет для себя то, чего жаждет его душа. Здесь воплощаются в реальность все ваши мечты, фантазии и желания. Этот мир примет всех и каждого, здесь нет разделения на своих и чужих, и никто не будет отвергнут. Оставьте в прошлом свои земные проблемы и заботы, приходите в «Мир надежды», единственное место, где каждый сможет обрести свое счастье».

   Однако ничего нового тут не сказано, подумал Жорка, все те же общие рекламные фразы о мечтах, фантазиях и желаниях.

   - Ага, все, установка завершилась.

   Герман на мгновение склонился над экраном монитора, а затем принялся присоединять к разъемам шнуры от шлемов виртуальной реальности.

   На экране появилась заставка, идентичная изображению на коробке. Поверх нее шла надпись: «Добро пожаловать в Мир надежды». Под ней была кнопка «Войти».

   - Теперь можно надевать шлем.

   Герман посмотрел на Жорку.

   - Лучше бы тебе лечь куда-нибудь на диван, подложить под голову подушку. Конечно, можно и сидя, но в таком положении может затечь спина и шея.

   Савельев подкатил кресло к дивану и перебрался на него, привычным движением забросив ноги. Герман помог ему надеть на голову шлем, следя за тем, чтобы контакты нейросети плотно прижались к шее.

   - Теперь ложись на спину. Только осторожно.

   Жорка выполнил приказ, и теперь лежал на подушке, ощущая твердость контактов на своей шее.

   - Удобно? – спросил Герман.

   - Вроде бы, да.

   - Вот здесь на шлеме есть кнопка, чувствуешь?

   Жорка поднял руку и пощупал пальцами.

   - Угу, чувствую.

   - Это кнопка запуска. Когда будешь готов, нажми ее.

   - Я ничего не вижу. Очки непрозрачные.

   - Естественно, они такими и должны быть.

   - Теперь прими как можно более комфортное положение тела и максимально расслабься.

   - А как можно расслабиться, но при этом нажать кнопку? – задал вполне здравый вопрос Савельев.

   - Расслабь тело, а рука после запуска расслабится сама.

   Герман принялся надевать свой шлем.

   - Ты готов? – спросил он.

   Жорка почувствовал себя так, словно бы ему предстояло провалиться в преисподнюю. В то же время ему казалось, что он лежит на операционном столе, где ему на лицо одели маску с хлороформом.

   - Готов, - отозвался он.

   - Тогда нажимай.

   И Савельев нажал на пуск.

   - Теперь произнеси: «Мир надежды», вход.

   - «Мир надежды», вход, - послушно повторил Жорка.

    В тот же миг он ощутил, как его сознание как будто бы куда-то перенеслось. Это было странное ощущение, как будто бы он перенесся весь сам. Но куда он не понял. Перед глазами стояла полная темнота.

   Первой мыслью было, что со шлемом что-то неисправно или что-то пошло не так как нужно. Жорка повертел головой, и вдруг увидел свое тело. Но это было не его тело. Какой-то силуэт, фигура, лишенная отличительных черт. Просто две ноги, две руки и туловище. Все какого-то серебристого, переливчатого, словно ртуть цвета. Это напомнило ему компьютерную графику начала девяностых годов прошлого века. Нечто подобное он видел в каком-то старом фантастическом фильме. Кажется, он назывался «Газонокосильщик». На миг он испытал разочарование. Если это все, что может предложить «Мир надежды», то делать ему тут нечего. Болтаться вот так вот в виртуальном пространстве, где сейчас, наверное, появятся какие-нибудь инопланетные монстры… Или тоннель, в конце которого заблещет свет.

   Он поднес руки к глазам. Да, так и есть, карикатурные формы, словом, графика прошлого века.

   - Это что, такое у меня будет тело?

   Жорка обращался к Герману, но тут же подумал о том, что тот его может не услышать. Но ответный голос раздался где-то рядом.

   - Нет, это лишь заготовка твоего тела. Общие черты. А формировать ты его будешь сам.

   Савельев обернулся на голос, и увидел неподалеку от себя точно такую же фигуру, если не считать того, что она была коричневого оттенка. Видимо, это и был Герман. Однако лицо человеческим не было. Было два темных круглых глаза, нос и рот. Абсолютно лысая голова, если, конечно, слово лысая подходило под определение того, что открылось его взору.

   - Ты здесь? – спросил Жорка.

   - Да, я здесь, вместе с тобой.

   - А где это мы, собственно говоря?

   - В главном меню программы, перед входом в портал «Мир надежды». Это место индивидуально для каждого но, поскольку я вошел вместе с тобой, я сделал так, чтобы наши порталы функционировали параллельно.

   - И что дальше?

   - Поскольку ты входишь в «Мир надежды» впервые, ты должен зарегистрироваться.

   - И как же это сделать?

   - Произнеси: «Мир надежды» панель управления».

   Жорка послушно повторил волшебную фразу. Прямо перед ним появилась клавиша с надписью «регистрация».

   - А теперь?

   - Нажимай на клавишу.

   Савельев послушно выполнил указание. Его рука поднялась и коснулась надписи. Надпись тут же исчезла, но вместо нее тут же появилась другая: «Введите логин и пароль». А под надписью была изображена клавиатура.

   - Тут уж придумывай, что хочешь, хоть первое, что придет тебе в голову, - продолжал давать указания Герман.

   Но, как это ни странно, в голову Жорки не приходило ничего. Какой выбрать логин, чтобы потом не чувствовать себя идиотом? Странник, путник, гость, аватар, пришелец? Одно хуже и банальнее другого.

   Внезапно он принял решение, и его пальцы набрали на клавиатуре следующее:

   «Нежеланный посетитель».

   А что, вполне соответствует правде. Он простой посетитель, поскольку не собирается задерживаться здесь надолго. А нежеланный потому, что, несмотря на заверения разработчиков о том, что они рады каждому, он сильно сомневался в том, что, такие как Савельев вообще нужны хоть кому-то. 

   Теперь пароль – двенадцатизначный номер. Ну, тут еще проще. Он набрал двенадцать единиц подряд. Простейший пароль. Его может угадать любой желающий? Да плевать на это. Жорка все равно был уверен в том, что второй раз он уже сюда не придет. И сейчас-то он согласился на это исключительно для того, чтобы сделать одолжение Герману. Пусть отстанет. Савельев войдет, посмотрит, что к чему, а потом скажет, что такое развлечение не по нему, и все останется по-прежнему.

   Так, пароль он ввел. Перед ним засветилась надпись: «Нежеланный гость, дата регистрации 26 октября 2035 года». Под надписью кнопка «ОК».

   Он нажал.

   Вместо ожидаемого появления какого-нибудь фантастического мира, перед ним появилось схематическое изображение человеческого тела.

   - Это еще что? – спросил Жорка.

   - Теперь тебе предстоит совершить моделирование своего тела, - ответил Герман.

   - Чего?

   - Ты можешь создать себе тело на любой вкус. Перед тобой редактор облика. У тебя есть возможность вылепить себе любое тело. Хоть голливудской звезды, хоть эльфа, хоть сказочного богатыря. Одним словом, какое только пожелаешь. Можешь сменить пол или превратится в зверя или птицу. Хоть в инопланетного монстра.

   - А самим собой нельзя остаться? – с  каким-то усталым раздражением спросил Савельев.

   - Разумеется, можно. Но это глупо и банально, никто не входит в «Мир надежды» в своем настоящем обличье.

   - Да не хочу я никакого иного облика, а желаю просто остаться самим собой.

   - Дело твое. Проведи хотя бы косметическую обработку. Ну, там, сделай себя моложе, покрасивей. Как в фотошопе.

   - Мне не нужны все эти заморочки.

   - Тогда нажми кнопку «сканирование», и шлем передаст компьютеру твое истинное обличье.

   Жорка проделал соответствующую операцию. Когда он нажимал кнопку, то почувствовал, как через все его тело прошла какая-то легкая дрожь, словно мурашки или холодок. И внезапно его тело начало меняться. Это больше не была серебристая безликая фигура, в нем появлялись человеческие черты. Мгновение спустя он понял, что это обрисовывается его собственное тело. Настоящее тело. Он поднес к глазам свои руки. Это были привычные ему руки, он узнал формы своих ногтей и все прочее. Одним словом, он снова стал самим собой. Посмотрев на свои ноги, Савельев так и не понял, стоит ли он на них или же висит в воздухе. В пространстве, где нет ни низа, ни верха. Наверное, все же висит.

   Он попытался шевельнуть одной из своих ног. И, к своему великому изумлению, увидел, что она двигается. Не может такого быть, ему это просто почудилось! Он снова двинул конечностью. Нога послушно слушалась, словно и не была никогда парализована. Не в силах поверить тому, что он видит, Жорка пошевелил второй ногой, согнул ее в колене. Обе ноги слушались. У него больше не было паралича. Во всяком случае, здесь, в этом непонятном ему мире.

 

4

 

   В себя его привел голос Германа.

   - Теперь выбери себе гардероб.

   - Что, какой гардероб? – Савельев был настолько потрясен тем, что к нему «вернулись» его ноги, что не сразу понял, о чем ему говорит его друг.

   - Придумай себе какую-нибудь одежду. Поприличней того, что сейчас надето на тебе. Что-нибудь, соответствующее миру, в который ты желаешь отправиться.

   - А здесь что, разные миры?

   В ответ послышался смех Германа.

   - Представь себе. Здесь сотни различных миров, может быть, даже тысячи.

   - И  что это за миры, и чем они отличаются друг от друга?

   - Здесь миры на все вкусы и желания. Ты можешь выбрать едва ли не любую точку земного шара. Ну, во всяком случае, чем-нибудь примечательную. Хоть северный полюс, если ты экстримал, хоть Канарские острова. Одним словом, любое экзотическое место, в котором ты хотел бы побывать, но не имел никогда такой возможности.

   - Звучит заманчиво.

   - Хочешь, можешь отправиться на другую планету или в какой-нибудь фэнтезийный мир или в компьютерную игру. Или же можешь запустить редактор и создать свой собственный мир, по своему вкусу. Там ты можешь даже восстановить свой дом, свою квартиру, улицу. И получится, что ты вообще не покидал свое жилище. Здесь практически нет ограничений, а новые миры добавляются в базу данных ежедневно.

   Герман все это рассказывал с упоением, с каким-то затаенным восхищением, и было ясно, что уж он-то сам перепробовал многое из перечисленного.

   Услышав о том, что можно выбрать едва ли не любую точку земного шара, Жорка подумал о том, что было бы неплохо побывать там, где тепло, солнце и море. Он уже много лет мечтал побывать где-нибудь на морском курорте, но так и не смог на него выбраться. А уж после этой злополучной автокатастрофы и говорить об этом не приходилось.

   - Здорово, - произнес он.

   - Что? – переспросил Герман.

   - Я говорю здорово. Неплохо было бы побывать на пляже под тропическим солнцем. А то эта октябрьская зима мне уже успела изрядно надоесть. А дальше-то будет только еще холоднее.

   - Неплохой выбор, - одобрил Спиваков. – Для новичка, конечно. Тогда давай, выбирай.

   - Как?

   - А ты посмотри перед собой.

   Жорка посмотрел. Действительно, перед ним была опция «Выбор мира». Он смело нажал на кнопку.

   Надпись исчезла, и вместо нее все пространство впереди заняла огромная карта какого-то ландшафта. Под картой были кнопки меню выбора. Рядом с ними светились названия.  

   Савельев протянул руку и стал прокручивать карты. Они делились на несколько категорий: карты земного шара, миры фэнтези, космос и множество других. Некоторые названия были совершенно незнакомы и даже непонятны Жорке. Но они не интересовали его, он принялся бегло прокручивать каталог, содержащий карты земного шара, выискивая климатически теплые зоны. Наконец, он нашел то, что искал. Жаркий тропический остров. Один из широко распространенных  курортов, на который так любят съезжаться туристы со всего света.

   - Ну как, подобрал?

   - Кажется, да. – Жорка смотрел на трехмерное голографическое изображение тропической прибрежной зоны. Складывалось впечатление, что это был фотографический снимок со спутника.

   - Угу, - произнес Герман, вися где-то рядом и рассматривая карту. – Хорошо. Теперь тебе осталось подобрать подходящий гардероб. Ну-ка, что больше всего подходит для пляжа?

   Жорка осмотрел себя самого. На нем была та же самая одежда, что и в реальности. Видимо, прибор отсканировал не только его тело.

   Поскольку он уже несколько наловчился управлению виртуальной клавиатурой, подбор одежды не вызвал у него особых трудностей. Управление было очень удобным и простым, разработчики, видимо, позаботились о том, чтобы разобраться с ним мог любой чайник. Уже через несколько минут на Жорке были пляжная голубая рубашка, с изображенными на ней пальмами, и летние белые брюки, под которыми были надеты черные плавки. Из обуви он выбрал кремовые летние туфли, которые, правда, не совсем подходили к пляжному наряду.

   - Ты готов? – вопросил  Герман.

   - Готов.

   Вот только готов к чему? Он не мог себе представить, каким образом виртуальный пляж может заменить собой реальный.

   - Тогда в путь, - сказал Герка. – Нажимай клавишу «Вход», и до встречи на пляже.

   Жорка протянул руку к кнопке, и почему-то почувствовал страх. Суеверный страх перед неизвестным. Но, в конце концов, откуда он, ведь не расстрельная же команда его ожидает там. И, даже если это так, ведь это же все равно не по-настоящему.

   Он нажал клавишу.

   Внезапно исчезла трехмерная голограмма с опциями меню, исчезла и сама темнота вокруг. Сознание словно оказалось подхвачено каким-то невидимым потоком и понеслось куда-то. Миг, и Жорка Савельев оказался  стоящим на пляжном песке, метрах в десяти от кромки океана, который с легким прибоем накатывал на берег. Ослепительное солнце светило на перекаленном голубом небе, заставляя зажмуривать глаза. Лучи, исходящие от него, были горячими, горячим был и воздух вокруг, и даже слабый прерывистый ветерок, дувший откуда-то со стороны океана, был обжигающе горячим.

   Жорка застыл на месте, изумленно озираясь по сторонам. То, что видели его глаза, не было трехмерной картиной, он действительно находился на тропическом пляже. Иллюзия была настолько полной, что Савельев даже не поверил, что он где-то в искусственной реальности. Ему казалось, что он волшебным образом перенесся на настоящий пляж, где-то посреди Тихого или уж какого там океана. Все было настоящим, он даже ощущал запах моря, которым был пропитан здешний воздух. Всюду, насколько хватало глаз, были тропики: бескрайний  океан, убегающий вдаль берег, экзотические деревья, туристы, загорающие на пляже и купающиеся в лазурной воде. Голоса, шелест листвы, шум океана…

   Но самым невероятным было то, что он твердо стоял на своих ногах, которые отказались носить его уже почти два года назад. Теперь же не было даже намека на то, что Жорка когда-то был парализован.

   Не веря своим глазам, Савельев схватился руками за ноги. Руки ощутили настоящую брючную ткань, а под нею ноги. Более того, его ноги ощутили прикосновение рук сквозь ткань, а так же и саму ткань. К ним вновь вернулась чувствительность.

   Жорка провел руками по ногам. Они были худые, с атрофированными мышцами, такие, какие были в действительности. Но они действовали. Они держали его. Чтобы убедиться в этом, Савельев шевельнул одной ногой. Она исправно слушалась. Белый песок захрустел под подошвой туфли. Он двинул второй ногой, и она тоже исправно послушалась его. Жорка почувствовал, как в его груди лихорадочно забилось сердце. То ли от радости, то ли от изумления. А, скорее всего, от того и от другого.

   Он снова был здоров.

   Савельев потрогал одной рукой другую, ощущение было в точности таким, каким и должно было быть. Он чувствовал кожу, а кожа чувствовала прикосновение. Он спит, конечно же, он спит. Это всего лишь сон, потому как никакая виртуальность не может быть настолько правдоподобной. В доказательство он ущипнет самого себя.

   Жорка так и сделал. Но боль от щипка убедила его в обратном. Боль была настоящая, такая, какой она всегда бывает, если ущипнуть себя за кожу.

   Он провел руками по груди. Руки ощутили рубашку,  ощутили шелк, из которого она была сшита.

   Неожиданно за его спиной раздался смех. Савельев резко обернулся и увидел позади себя Герку Спивакова, который весело улыбался, наблюдая за реакцией своего друга.

   А Герка, шельмец, тоже был в своем настоящем виде, правда, отретушированном, словно фотография в фотошопе. Нет, никакой косметолог не в состоянии провести такую коррекцию. Герка был на два года моложе Жорки, но сейчас он омолодил себя лет на десять, а то и на все пятнадцать. Да, больше двадцати пяти ему нельзя было дать. Он был одет в одни только красные пляжные шорты, и его торс выглядел мускулистым и рельефным. Конечно, Герка и в реальной жизни баловался бодибилдингом, но таких идеальных пропорций не имел никогда. Он всегда был покрыт небольшим слоем жирка, от которого безуспешно пытался избавиться уже много лет. Волосы стали гуще, исправлены черты лица, устранены недостатки. Но, в целом, это был все тот же Герка Спиваков, которого Савельев знал почти всю свою жизнь.

   Герман смеялся, видимо Жорка выглядел настолько нелепо и потрясенно, что на это нельзя было смотреть без смеха. К тому же, когда он повернулся, его ноги, отвыкшие от движения, переплелись между собой, и Савельев едва не растянулся на песке. Однако ноги сами собой восстановили опору и Жорка устоял.

   Посмотрев на свои туфли, Савельев сделал несколько нерешительных шагов назад. Ноги слушались, а это значило, что и сам позвоночник функционирует исправно.

   Не в силах удержать своего восторга, Жорка рассмеялся в ответ. Он ходил! Он снова ходил!

   Быстрым порывистым движением он нагнулся и принялся стаскивать с себя туфли и носки. Его босые ступни ощутили раскаленный  песок. Но его жар только доставил ему удовольствие. Ноги все чувствовали, они полностью восстановили все свои функции. Это было невероятное ощущение.

   - Что ты делаешь? – спросил Герман.

   Но Жорка не ответил, на мгновение поднял свое счастливое лицо на друга, и вдруг, сорвавшись с места, помчался прямо к океану. Ноги несли его без всякого труда, проваливаясь в рыхлый песок. Они были сильными, как и прежде. В эпоху, которую он привык называть «до аварии». Герман смеялся за его спиной.

   Несколько гигантских прыжков, и Савельев очутился в воде. Она была словно парное молоко, нагретая жарким тропическим солнцем. Он бежал вдоль берега, по щиколотку погрузившись в океанскую среду. Брызги разлетались во все стороны. Но он продолжал бежать, все увеличивая скорость. Чувство, которое он при этом испытывал, было непередаваемым. Ему хотелось бежать, не останавливаясь, до самого горизонта но, пробежав метров двадцать, он затормозил. Сердце билось учащенно, легкие, отвыкшие от бега, испытывали нехватку кислорода. Его белые брюки промокли насквозь, но он не обращал на это внимание. Он нагнулся и опустил руки в океан. Вода, настоящая вода, он ощущал ее. Не просто видел, а чувствовал всей кожей. Набрал полные пригоршни морской влаги и плеснул ее себе в лицо.

   Господи, да неужели же это все всего лишь иллюзия? Неужели ему это все только кажется? Нет, не может этого быть! Он снова зачерпнул горсть воды и попробовал ее на язык. Почувствовал вкус соли. Это была настоящая морская вода, со всеми ее свойствами. Всю свою жизнь он мечтал здесь побывать, но так и не смог этого сделать. И лишь только теперь он начал понимать, почему «Мир надежды» смог завлечь такое множество людей.

   Жорка повернулся и посмотрел на Германа. Тот стоял на прежнем месте и продолжал весело улыбаться. Неторопливым шагом он двинулся к Савельеву.

   - Ну, что теперь скажешь? – спросил он, выжидающе глядя на своего друга.

   Выпрямившись во весь свой рост, Жорка, с сияющим от счастья лицом, смотрел на того, кто привел его в этот мир.

   - Это… - Он запнулся от восторга, а затем обвел руками округу. – Это просто нет слов! Это потрясающе! Я никогда не думал, что это может быть так. Нельзя выразить.

   - А-а, - победоносно протянул Герман, подходя вплотную. – Я же говорил тебе: попробуй. Это куда лучше твоей водки. Здесь действительно можно получить от жизни все. Ну, как твои ноги?

   Словно демонстрируя, Жорка пошевелил пальцами ноги.

   - Прекрасно! Лучше никогда не было.

   - Я рад за тебя. И если у тебя с ногами все прекрасно…

   Он неожиданным быстрым движением коснулся плеча Савельева. У того изогнулись брови от изумления и неожиданности.

   - Ты водишь! – вдруг выкрикнул Герман и бросился наутек.

   - Ах ты…

   Жорка сорвался с места и бросился следом за Спиваковым. Они бегали по белому перекаленному песку, увертываясь, и поминутно саля друг друга. Их смех разносился по всему пляжу.

   Наконец, устав, они уселись на песок у самой кромки воды. Савельев вытянул ноги, и они погрузились в океан. Небольшие волны то накатывали, то отступали. Жорка поднял руки, и пощупал голову, проверяя, есть ли на ней шлем виртуальной реальности. Но на голове ничего не было, кроме его редких волос на висках и на затылке. Шлем исчез, вместе со всем остальным, оставшись в каком-то ином мире, который теперь казался Савельеву сном. Вот она реальность, вокруг него. Вот она, настоящая жизнь. Но как ему вернуться назад, если он захочет? Впрочем, захочет ли он вообще когда-нибудь возвращаться в тот убогий мир, из которого его вытащил Герман? Он был здесь в «Мире надежды», и никогда не чувствовал себя более счастливым. Снова пошевелил пальцами ноги, и приподнял ее над водой. Но набежавшая волна снова нахлынула на ступню.

   - Каким образом это все получается? – спросил он, обращаясь к Герману. – Как получается, что я все вижу, слышу, чувствую и обоняю?

   При этом его рука сама собой погрузилась в сухой песок, зачерпнула полную горсть и дождем высыпала обратно.

   - Ты видел такой старый фильм, под названием «Матрица»? – спросил в ответ Герман.

   - Видел.

   - Так вот, то, что ты видишь вокруг себя – это матрица.

   Объяснение было простым, но, тем не менее, невероятно сложным.

   - Ты хочешь сказать…

   - Да, я хочу сказать, что все это внушено нам матрицей, через нейросеть, которая сейчас надета на наши с тобой головы и шеи. Она заставляет нас видеть, слышать и чувствовать то, что заложено в программу «Мира надежды». А на самом деле ты лежишь у себя в комнате на диване, а за окном стоит, наступившая не по сезону рано, зима. Я же сижу рядом с тобой в кресле, в не очень-то, скажем, удобной позе.

   - Получается, что все, что окружает нас, и что нам кажется реальностью…

   - На самом деле – иллюзия, - закончил за Жорку Герман.